тонкозернистого материала в горько-соленые озера, как правило встречающиеся в аридных областях, В этих областях реки или отсутствуют, или пересыхают. Весь обломочный материал приносится бурями и вихрями. Он слагает пачки и прослои глин и алевритов, а иногда тонкозернистых песчаников, чередующихся с прослоями чистых солей.
В периоды ослабления и прекращения ветров отлагаются частые соли. Как только начинаются бури, озера заносятся пылью и глиной — отлагаются алевриты и глины. Периодическое повторение бурь и затишья является причиной ритмической слоистости, столь характерной для озерных отложений.
Пыль переносится в воздухе на тысячи километров, но все же ее передвижение ограничено путями ураганов и бурь. Мгла, состоящая из тончайших глинистых частиц, находится в воздухе во взвешенном состоянии, и размеры и пути ее передвижения не ограничены. Ее распространение планетарно.
Абсолютное весовое количество глинистых частиц во мгле ничтожно, но принос их неограничен и запасы неисчерпаемы. Накапливаясь в течение длительного времени, мгла может дать вполне осязаемый осадок. Этот осадок особенно важен там, где другие источники терригенного материала отсутствуют. К таким областям в первую очередь относятся поверхности морей и океанов, удаленные от берегов. В сложении осадков этих областей глинистые частицы мглы принимают заметное участие. Отмечалось оно для красной глубоководной глины и других абиссальных осадков — глобигеринового, диатомового и синего илов.
Участие мглы в образовании глинистых осадков больших озер и болот несомненно, а иногда может играть ведущую роль. В нормальных же осадках мгла рассеивается среди других компонентов. Она заметна только тогда, когда эти компоненты отсутствуют или представлены в ничтожных количествах.
Интересной разновидностью пыли является красная пыль, выносимая ветрами из Африки и выпадающая перед Альпами, а зачастую и севернее их. К. Г. Эренберг [Erenberg, 1849] показал, что она состоит из красной глинистой массы, мельчайших частиц кварца и преимущественно пресноводных микроорганизмов. Эта пыль окрашивает дождь и снег, сильно действуя на воображение людей. В прошлом подобные дожди называли «кровавыми». Два указания имеются в «Илиаде» Гомера. Многочисленные описания ураганов и сопровождавших их «кровавых» дождей содержатся в творениях римских писателей начиная с 461 г. до н. э. Еще более фантастические описания относятся к средним векам. Рассказы о «кровавых» дождях XVII и XVIII вв. становятся более реалистичными. Все эти явления фиксировались главным образом в Западной и Центральной Европе, в Южной Англии, во Франции, Италии, Албании, а также в Сирии и Иране.
Широкое площадное распространение однотипных красных осадков, содержащих одинаковую микрофауну, пусть даже в виде тончайших прослойков, могло сыграть огромную роль для корреляции геологических разрезов, но, к сожалению, эта красная пыль быстро смывалась дождями и уловить ее в разрезах пока не удается. Большее геологическое значение имеют споры и пыльца растений, переносимых ветром на огромные расстояния. Размеры их обычно равны десяткам микрон, но транспортируются они лучше, чем минеральные частицы такого же размера, так как имеют меньший удельный вес, чем кварц и глина.
В монографии Д. Эрдтмана [Erdtman, 1943] описываются наблюдения, производившиеся на палубе парохода, шедшего из Дании в Нью-Йорк. Споры и пыльца садились все время, в трех случаях образуя типичные споровые дожди. Определение состава спор и пыльцы показало размеры переноса: обычно несколько сот километров, в двух случаях 650 и около 1500 км.
Изучение торфа на Фарерских островах показало наличие спор растений, растущих в Норвегии (580 км), Шотландии (420 км) и Исландии (430 км). Торф Гренландии заключает споры деревьев, преобладающих в Лабрадоре (1000 км и более).
По сути говоря, все эти наблюдения излишни. Пере-нос пыли на расстояния в несколько тысяч километров — факт бесспорный и доказанный. Споры и пыльца обладают аэрозольной крупностью, значительно меньшей, чем обычные минеральные частицы пыли.
Пути вест-индских ураганов показывают, что африканские споры и пыльца свободно переносятся в Центральную и Северную Америку, а американские формы транспортируются в Южную и Северную Европу. Указание Эренберга о нахождении южноамериканских микроорганизмов в красной пыли, осаждающейся в Европе, может быть вполне правильным.
Определения диатомей и данные о их распространении, приведенные в работах Эренберга, были просмотрены с точки зрения современной науки специалистом по диатомеям. Он считает, что в основном определения и Ma-, териал о распространении, данные Эренбергом, подтвержу даются современными исследованиями. Большинство диатомей — космополитные пресноводные формы или формы, присущие Европе. Сравнительно мало морских форм. Для большинства форм, считавшихся Эренбергом южноамериканскими, сейчас доказано космополитное распространение, но все же три вида и в настоящее время остаются южноамериканскими.
Загадочен состав фораминифер в красной ураганной пыли. Он необыкновенно однообразен и резко отличается от состава фораминифер как в верхнемеловых известняках Сахары, так и в песках пляжа Северной Африки. Более или менее часто встречаются только две группы: формы, близкие к Rotalia, и формы, близкие к Textularia.
Таким составом обладают только фораминиферы, живущие в подземных водах Сахары и Каракумов. Нахождение их в песках и пыли Северной Сахары вполне естественно и неизбежно. Это еще более подтверждает вывод, что основным источником пыли, несомой из Африки в Европу, являются пресноводные, солоноватоводные и наземные голоценовые отложения обширных пустынных равнин Северной Африки. Они постоянно и непрерывно выдуваются ветром и дают неисчерпаемые количества пыли, переносимой в Европу на больших высотах.
Мы знаем эоловые отложения, в основном состоящие из терригенного, карбонатного, галогенного, кремнистого и органогенного материала, но мы не знаем отложений, которые в основном состояли бы из целых организмов, перенесенных ветром. Если можно так выразиться, «эоловые» организмы всегда встречаются в ограниченном количестве в виде примеси ко всем типам эоловых отложений. Они не являются породообразующим материалом. Очень редко количество их значительно, например в диатомовой пыли.
Перенос смерчами организмов уже освещался ранее, поэтому сейчас можно ограничиться лишь краткой сводкой.
Случаи переноса крупных животных — слонов, китов, больших рыб — неизвестны. Теоретически они возможны, но в пределах немногих метров.
Животные средних размеров (лошади, коровы, буйволы), а также люди поднимаются на метры и даже немногие десятки метров и переносятся на сотни метров, изредка на 2–3 км. В 1904 г. во время смерча под Москвой мальчик пролетел около 5 км.
Небольшие животные — куры, собаки, кошки — особого внимания не привлекают, и их полеты регистрируются редко. Известно, что они легко переносятся на несколько километров, возможно на 10–20 км.
Своеобразен и интересен перенос животных, могущих летать (птиц и насекомых), во внутренней полости урагана. Расстояние определяется длительностью способности птицы или насекомого поддерживать себя в воздухе. Туча саранчи из Африки опустилась на судно, попавшее в «глаз бури» и находившееся в 2000 км от берега. Сотни стрекоз были перенесены более чем на 1000 км. Аналогичные данные — порядка тысяч километров — приводятся и для птиц. Вместе с птицами и насекомыми переносятся и другие организмы,
