10 октября 1941 года в должность командующего 43-й армией вступил генерал-лейтенант С.Д. Акимов.
Биограф генерала Акимова историк и журналист Валерий Степанов в одной из своих книг пишет: «Степан Дмитриевич Акимов родился 11 января 1895 г. в деревне Ханцевка Холмского уезда Псковской губернии. Из крестьян, окончил школу в селе Монастырь Воронцова. Примечательно, что в графе «народность» в его УПК стоит дореволюционное и почти забытое сегодня слово «великоросс», вписанное им собственноручно. Служил в царской армии с 1916 г., прапорщик. В Красной армии с октября 1918 г. В межвоенный период окончил курсы комсостава «Выстрел» и прошел все ступени командирской лестницы. За участие в советско-финляндской войне был награжден орденом Ленина – высшей наградой СССР, а за прошлые заслуги имел два ордена Красного Знамени, орден Красной Звезды и медаль «XX лет РККА». Он был одним из наиболее подготовленных командиров Красной армии, поэтому не случайно, что в декабре 1940 года С.Д. Акимов был назначен сначала инспектором пехоты, а чуть позднее – помощником командующего Прибалтийским Особым военным округом (Приб-ОВО) по военно-учебным заведениям».
В начале Великой Отечественной войны генерал Акимов участвовал в приграничных сражениях в должности помощника командующего Северо-Западным фронтом. Руководил сводной боевой группой, сформированной из разрозненных частей и подразделений в районе Даугавпилса. Его группа удерживала переправы на реке Даугава. В начале августа командовал 48-й армией Северо-Западного фронта. Армия противостояла противнику в районе Новгорода, Чудова и Колпино. В начале сентября генерал Акимов отвел свою армию к Шлиссельбургу. Уже тогда в Ставке выражали недовольство действиями командующего 48-й армией. В середине сентября полевое управлении 48-й армии было расформировано, войска переданы на доукомплектование другой армии. Генерал Акимов направлен на учебу в особую группу Академии Генштаба имени К.Е. Ворошилова. Но уже в октябре занят переформированием вышедшей из рославльского ада 113-й дивизии, потерявшей под станцией Занозная у Варшавского шоссе своего командира генерала Преснякова.
10 октября назначен на должность командующего 43-й армией, в состав которой входила и 113-я стрелковая дивизия.
Один прапорщик царской армии сменял на посту командарма 43 другого прапорщика. И тот и другой прибыли на Московское направление из-под Ленинграда. Такие, как Собенников и Акимов, не позволили группе армий «Север» сделать в Прибалтике с Красной армией то, что сделала группа армий «Центр» под Белостоком и Минском: сотни тысяч убитых и пленных, в том числе несколько генералов, потеря 2585 танков и 1449 артиллерийских орудий. Северо-Западный фронт под командованием генерала Ф.И. Кузнецова личный состав и основную часть вооружения сохранил, отводя войска и технику от рубежа к рубежу. Тогда еще в Ставке это не могли оценить.
В эти дни 43-я армия, как, впрочем, и весь Западный фронт, переживала тяжелейшие дни московской обороны. Генерал Акимов попал в самое пекло кровопролитных боев в ильинском и малоярославецком секторах Можайской линии. Командовать армией он будет недолго.
К сожалению, долгие годы имя этого талантливого и храброго генерала было просто-напросто вычеркнуто из истории, из списков боевого состава 43-й армии. Даже маршал Жуков, подробно описывая бои в центре Западного фронта, ни разу не назвал имя своего непосредственного подчиненного генерала Акимова.
История Великой Отечественной войны сейчас восстанавливается. Прежде во многом закрытая даже для специалистов, профессионально изучающих этот период, теперь открывается. Вернее сказать – приоткрывается. Потому что по-прежнему на многих папках стоит запрещающий знак – чернильная клякса «Секретно». Похоже что прятать свою историю от народа, подвиги и страдания отцов и дедов от их детей и внуков – это прямо-таки профессиональный долг властей, чиновников, обслуживающих власть.
Но поклон таким неутомимым следопытам пустыни истории, как Валерий Степанов! Он опубликовал биографию генерала Акимова, его приказы и распоряжения. Некоторые из них будут приведены в этой главе.
Опасность, которая грозила 43-й армии, заключалась еще и в том, что она одновременно и дралась, заняв новые рубежи под Боровском, Малоярославцем и Угодским Заводом, и продолжала формироваться, восстанавливаться.
8 сентября 1941 года директивой Ставки ВГК № 002743 командующим Резервным фронтом был назначен прибывший из-под Ленинграда генерал армии Г.К. Жуков. Через два дня Резервный и Западный фронты были объединены в один, Западный, и Жуков возглавил этот фронт. Спустя несколько дней правое крыло объединенного фронта было преобразовано в отдельный, Калининский фронт, под командованием генерал И.С. Конева.
Таким образом, назначение генерала Акимова на армию, стоявшую в центре обороны Западного фронта, не могло пройти мимо комфронта. Тем более что на участок обороны этой армии приходилась деревня Стрелковка, родина Жукова, откуда он только что успел вывезти свою семью.
В эти дни в войска Западного фронта прибыл заместитель наркома обороны армейский комиссар 1-го ранга Л.3. Мехлис. Мехлис лично руководил восстановлением 43-й армии. Некоторые исследователи утверждают, что именно Мехлис приказал отстранить от командования и отдать под суд генерал-майора Собенникова.
И вновь слово биографу генерала Акимова Валерию Степанову: «Акимову предстояло организовать и провести огромную работу по сбору, приведению в порядок и сколачиванию остатков соединений и частей, разбросанных на большом расстоянии друг от друга от Тулы, Калуги и Козельска до Вереи, и с их помощью организовать отпор врагу, устремившемуся к Можайской линии обороны. Задача была крайне сложной. Сплошного фронта обороны не было. К тому же наметившийся с началом операции «Тайфун» разрыв между 43-й и 49-й армиями с каждым днем увеличивался, а 33-я комбрига Д.П. Онуприенко, выведенная в резерв фронта и находившаяся на этом же направлении, была небоеспособной и бездействовала».
Армия после марша из-под Рославля, Спас-Деменска и станции Занозной, марша, который порой переходил в бег, выглядела не просто потрепанной. Это были жалкие остатки того, что они представляли всего лишь неделю назад. 145-я и 148-я танковые бригады вышли в район сосредоточения, как указывалось в донесениях, без материальной части . А это означало, что танки и тяжелое вооружение гаубичных и артиллерийских полков, противотанковые орудия, склады боеприпасов и снаряжение были брошены в пути или оставлены поврежденными на последних позициях. Трудно обвинять в этом бойцов и даже командиров. Когда в баках танков кончалось горючее, когда взрывом мины или снаряда убивало конную запряжку и орудие оставалось на руках у неполного расчета, когда за артсклад отвечала только последняя караульная смена, оставленная без связи, без приказа и без еды… Однако для многих из них, вышедших к Белоусову, Малоярославцу и Боровску, их марш к своим заканчивался расстрельным рвом. Говорят, комиссар Мехлис многих из них опрашивал и допрашивал лично и тут же принимал решение, кого куда.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
