Читаем без скачивания Сатанинский взгляд - Уоррен Мерфи

– Уж не хотите ли вы сказать, что мы должны после атомного взрыва сидеть сложа руки? – спросил командующий Западной станцией запуска ракет.

– Нет, куда лучше уничтожить весь мир в ядерной катастрофе, лишь бы проучить одного и без того перепуганного человека. Прощайте, товарищи, у меня больше нет времени на подобные разговоры.

– Чем мы можем вам помочь, Анна? – спросил старый революционер.

– Если вы верите в Бога, молитесь, чтобы Василий Рабинович не взял в свои руки командование армией. Я читала характеристику его личностных и профессиональных способностей и могу сказать, что если бы кто-то из присутствующих наложил в штаны от страха, это было бы вполне адекватной реакцией на данную ситуацию.

Василий Рабинович был в восторге от танков. Ему нравилось, как, выстроившись в ряд, они дают залп по горному хребту, и тот обваливается под ударами снарядов. Ему нравилось, как дрожит земля под гусеницами танков. Ему нравилось, как разбегалась пехота, когда на ее позиции наступали танки. Ему нравились танки. И гаубицы тоже.

– Здесь все, как на настоящей войне, сэр, – сказал Василию полковник.

Василий попытался стряхнуть со своего костюма пыль Форта Пикенс, военной базы в Арканзасе. Это было бесполезно. Пыль не только не стряхивалась, но еще сильнее въедалась в ткань. Здесь, в Форте Пикенс, было столько пыли, что ее хватило бы на все костюмы, сшитые за всю историю человечества.

– Отлично, полковник! – закричал Василий, перекрывая грохот гаубиц. – Отлично!

– Лучше, чем во Вьетнаме, сэр. Здесь мы, по крайней мере, видим, куда стреляем.

– Да, горный хребет – великолепная мишень. Вы когда-нибудь думали о войне с русскими?

– Сэр, я постоянно думаю об этом. Дня не проходит, чтобы я не подумал о войне с русскими. Они – наши первейшие враги.

– Так, может быть, завтра утром и начнем?

– Для этого нам нужна небольшая разминка.

– Что значит разминка? – воскликнул Василий. – Вам платят деньги, чтобы вы постоянно находились в состоянии боевой готовности, вы получаете колоссальные бюджетные ассигнования, полковник. Как вы можете говорить о какой-то там разминке?

– Для того, чтобы подготовиться к большой войне, необходимо сначала провести небольшую кампанию. Репетицию. Это надежнее всяких учений.

– Я всегда думал, что следует готовиться к войне для того, чтобы сохранить мир, а не воевать ради того, чтобы воевать, – сказал Василий.

– Надо иметь в виду и то, и другое, – ответил полковник. На нем был полевой шлем, на боку висел пистолет. – Если бы вы не были моим командиром во Вьетнаме, я не стал бы даже говорить с вами об этих вещах.

– Просто я хочу продемонстрировать русским, что мы имеем боеспособную армию. Мне не нужна полномасштабная война с ними. У меня нет желания убивать.

– Ни одна война не обходится без жертв, сэр.

– Мне достаточно всего лишь нескольких сражений. Даже, может быть, одного-единственного сражения.

– Как и всем нам, сэр. Только любое сражение уже означает войну.

– Именно этого я и опасался, – вздохнул Василий. – Кстати, вам не кажется, что танки должны стрелять прямо с ходу? Если это невозможно, лучше использовать гаубицы.

– Это не соответствует нашим методам ведения боя.

– Делайте, как я вам сказал, – осадил полковника Василий.

– Но, сэр...

– Делайте, как я сказал! – повторил Василий.

Чутье подсказывало ему, что раз этим воякам необходимо готовиться даже к самой пустяковой войне, ими нужно соответствующим образом руководить. Ведь самое страшное, что может произойти, – это начать войну и проиграть ее. Тогда ему не удастся произвести на русских должного впечатления. Америка должна во чтобы то ни стало выиграть войну.

Василий записал в блокнот: «Один полк, с полным вооружением».

Этого было мало. Ему необходимы были дивизии, причем боеспособные дивизии. Он не оказался бы здесь, не занялся бы самоличной проверкой и выяснением, стреляют ли орудия и есть ли кому стрелять из них, если бы не столкнулся вновь с американской военной машиной.

После того, как ему не удалось запустить ядерную ракету и тем самым предупредить русских, что его лучше оставить в покое, Рабинович решил добраться до верхушки американского военного руководства, которое, как известно, сидит в Пентагоне в огромном пятиугольном здании. Здесь американский генералитет составляет планы производства новой военной техники, разрабатывает военную стратегию и решает вопросы, связанные с поддержанием самой сложной и современной системы вооружений в мире.

Очень скоро Василию захотелось бежать оттуда: он понял, что ему следует обзавестись собственными танками, оружием и людьми, умеющими из него стрелять, – в противном случае он не сможет защитить себя от русских. Рассчитывать на защиту со стороны Пентагона явно не приходилось.

Василий без труда миновал все посты охраны – для этого ему требовалось всего лишь посмотреть постовому в глаза, и тот сразу же видел у него в руках несуществующий пропуск, а на плечах – несуществующие погоны с множеством звездочек.

Он приметил импозантного вида мужчину с настоящими звездочками на погонах и тут же сделался его ближайшим советником.

– Я ищу человека, – сказал Василий, – который смог бы собрать армию в единый кулак. Чтобы она могла наверняка выиграть пару сражений. Короче говоря, я ищу человека, который знает, как вести войну.

Мужчина с генеральскими звездочками задумался.

– Не могли бы вы выразиться более определенно? – спросил он наконец.

– Я имею в виду солдат, оружие, танки, самолеты. Все, что необходимо для войны.

– Гм, это сложный вопрос, – промычал генерал. – Я бы посоветовал вам обратиться в Отдел разработки военной доктрины. Там наверняка смогут вам помочь. Видите ли, сам я далек от конкретных вопросов, связанных с оружием и военным контингентом Последние десять лет я занимаюсь канцелярскими вопросами.

– Вы производите впечатление военного человека. Что входит в ваши обязанности?

– Я действительно самый что ни на есть военный человек. В мои обязанности входят анализ и прогноз военных расходов. Я составляю всевозможные расчеты и сметы.

На лице Василия отразилось такое недоумение, что генерал, не дожидаясь вопросов, решил пояснить:

– Я занимаюсь оценкой тон или иной ситуации с точки зрения необходимых для нее затрат. Прикидываю потери в живой силе, военной технике, прогнозирую, во что это обойдется государству, и так далее. Вспомните, как вы мне однажды помогли. Мы тогда работали в Массачусетском технологическом институте и пришли к выводу, что стремление Америки выжить обходится чересчур дорого. Мы заявили, что необходимо перестать вколачивать в это дело столько денег, поскольку такие траты не по карману нашей стране. Вы помогли мне получить мою первую звезду. Мы разнесли в пух и прах пресловутую концепцию выживания, с математической точностью доказав всю ее абсурдность.

Отдел разработки военной доктрины помещался в небольшой комнате с пятью столами, на каждом из которых стояло по компьютеру. Среди сотрудников отдела не было ни одного в звании ниже полковника. Здесь располагался мозговой центр, определявший, как, когда и при каких обстоятельствах Америке следует вступать в войну.

Василий решил, что здесь он получит всю необходимую информацию. Однако через час он вышел из отдела с многообещающим названием, чувствуя, что ни слова не понимает по-английски. И это при том, что в России он закончил одну из лучших английских школ и до сих пор не испытывал особых трудностей в общении с американцами. Более того, он настолько поднаторел в языке, что даже снискал репутацию «хитрого главаря мафии» – именно так писали о нем журналисты нью-йоркских газет, настоящие знатоки криминального мира.

Здесь же, в отделе разработки военной доктрины, на Василия сыпались выражения типа: «концептуализация рефракций», «синергетическая координация», «модели координирования реакции», «критерии инсургентных манифестаций». За все время пребывания в отделе он не услышал ни одного простого и понятного слова вроде «атака» или «отступление».

Хотя Василию и удалось внушить сотрудникам отдела, что он является председателем Объединенного комитета начальников штабов вооруженных сил, это оказалось совершенно бесполезным, так как один из офицеров сказал:

– Нет необходимости объяснять вам, что это такое. Вы и так все знаете. А главное, сэр, вы прекрасно понимаете, что бессмысленно искать в Пентагоне человека, который бы смыслил что-либо в вопросах ведения войны.

Василий побывал еще в двух отделах, после чего просто-напросто спросил, где находятся американские танки и оружие. Он понял, что ему придется все делать самому.

Так он оказался в Форте Пикенс, штат Арканзас, поразив тамошнее командование своим умением управлять техникой и личным составом на боевых маневрах.