подготовку которого не могла обеспечить существовавшая система образования. Поэтому она лишила иезуитов, в руках которых находилось большинство школ, права на исключительный контроль над обучением и поручила голландцу Герхарду ван Свитену, своему лечащему врачу, провести модернизацию сферы образования. В университетах открылись новые кафедры, в том числе по естественному праву и политическим наукам.
Когда в 1773 году Орден иезуитов был распущен, Мария-Терезия воспользовалась его огромными богатствами для финансирования национальной системы начального образования. В 1774 году был принят очень важный закон о школьной реформе, в соответствии с которым во всех селах открывались начальные школы (с двухлетним сроком обучения), а во всех городах – средние (с пятилетним сроком обучения). Открывались также специальные училища и школы, в том числе Горная и Торговая академии. Обучение в них шло за государственный счет.
Всего Мария-Терезия довела общее число школ до шести тысяч, основала публичные библиотеки в Праге и Инсбруке, устроила превосходные обсерватории в Вене, Граце и т. д.
Кроме того, Вена стала важным мировым культурным центром.
Историк А. Ю. Ватлин пишет:
«При венском дворе творили такие гениальные композиторы, как Франц Йозеф Гайдн и Вольфганг Амадей Моцарт, коллекция художественных произведений, собранных во дворце Хофбург, могла поспорить с сокровищами Лувра и Версаля».
Несмотря на войны, в которые очень часто оказывалась втянутой Австрийская корона, «Вена всегда оставалась процветающим городом, а численность ее населения за период правления Марии-Терезии выросла с 80 тысяч до 175 тысяч человек».
В 1775 году императрица отменила внутренние таможни и границы. Вся страна, включая Венгрию и Тироль, объединилась в единый таможенный район. Был введен новый таможенный тариф, имевший целью поощрить национальную промышленность.
Религиозная политика императрицы оказалась менее последовательной. Еретики всех исповеданий всегда внушали ей сильнейшее отвращение, поэтому протестанты в ее царствование подвергались различным притеснениям. Религиозный гнет стал особенно заметен в последние годы царствования Марии-Терезии, когда после кончины императора Франца I Стефана набожность императрицы приобрела особенно мрачный характер.
* * *
За годы совместной жизни Мария-Терезия родила от своего мужа шестнадцать детей (в том числе пять сыновей), десять из которых дожили до взрослого возраста. Она была любящей, но строгой матерью, с педантичностью следившей за воспитанием и образованием своих детей. Постоянно занятая государственными делами, она могла не видеть своих чад по несколько дней, но при этом она неукоснительно требовала от нянь подробных отчетов о здоровье и успехах детей. На все у нее имелись четко сформулированные указания, а няни могли не бояться беспокоить императирцу в любое время дня и ночи.
Главным стремлением императрицы в последние годы правления стало обеспечение для детей браков, политически выгодных Австрии. В частности, она убедила своего любимого Иосифа после смерти его первой жены жениться на сестре баварского наследника Марии-Иозефе, к которой он питал откровенную антипатию. Как говорится, антипатия антипатией, но у наследника не было детей, и брак этот мог быть очень важным этапом на пути к Баварскому трону.
Ее сын Леопольд женился на Марии-Луизе, испанской принцессе из династии Бурбонов, и унаследовал корону Тосканы. Фердинанд стал правителем Ломбардии и женился на наследнице герцога Моденского. Из дочерей Марии-Терезии лишь Мария-Кристина вышла замуж по своему выбору за принца Альбрехта Саксонского, хотя у того не было ни достаточных средств, ни политического влияния. Три ее дочери вышли замуж за Бурбонов: Марию-Амалию взял в жены герцог Пармский, Марию-Каролину – король Фердинанд Неаполитанский (этот брак планировался с ее сестрой Иозефой, но та умерла накануне свадьбы), а Марию-Антонию – французский дофин, который в 1774 году стал королем Людовиком XVI.
Ангелика Кауфман. Мария-Каролина с семейством. 1783
Династические браки потомков габсбурго-лотарингского трона способствовали расширению его влияния и дали императрице гордый титул «тещи всей Европы».
Императрицу Марию-Терезию «не слишком строго судили за те несчастные браки, которые она устраивала для целого выводка своих детей. По сложившейся традиции вопросы династии и дипломатии ставились намного выше возможной семейной идиллии. По ее представлениям, императоры не могли знать, что такое счастливый брак. Она сама была замужем за известным развратником и волокитой, который постоянно унижал ее достоинство бесконечными интрижками и любовными связями».
* * *
Последние 15 лет жизни Мария-Терезия не снимала траур по мужу и стригла волосы, как монахиня; все ее вещи, обои в комнатах и экипажи были черного цвета. В той же комнате, где умер император, переделанной в капеллу, до сих пор служится месса в день его смерти. Восемнадцатого числа каждого месяца она запиралась в своих комнатах и никого к себе не допускала, и точно так же она проводила в молитвах ежегодно весь август месяц.
Она больше не жила на первом этаже Венского дворца и переселилась на третий, где все стены были обиты черным бархатом. Когда старость и необыкновенная тучность не позволили уже Марии-Терезии выходить из комнаты, под ее покоями устроили церковь, и она могла следить за службой через особый люк, не вставая с кресла. Несколько раз императрицу опускали в креслах на веревках в подземелье, где покоился ее муж. В последний раз, когда хотели поднять ее, веревки лопнули.
Императрица закричала:
– …Он хочет удержать меня! О, я скоро приду сюда!
И в самом деле, через несколько дней она заболела и умерла. Произошло это в Вене 29 ноября 1780 года.
Все современники с похвалой отзывались о ее величии, о ее обаятельных манерах и красоте. В лучшие годы своей жизни Мария-Терезия была действительно выдающейся государыней, одной из ведущих фигур европейской политики XVIII века. Как правительница, она стремилась вызвать в подданных любовь и сознательно поддерживала образ «матери нации». Она не любила «чрезвычайных мер» и избегала резких конфликтов, но умелое сочетание «мужской» дипломатии с чисто женским характером всегда являлось ее сильнейшим оружием. К старости, правда, она впала в ханжество, и это несколько подпортило ее посмертную славу. Но, как бы то ни было, время ее правления можно считать «золотым веком» австрийской истории. Быть может, лучшим свидетельством тому служат слова ее злого гения – прусского короля. Узнав о кончине императрицы, Фридрих II написал д’Аламберу:
«Известие о ее смерти исторгло у меня искренние слезы. Она делала честь своему полу и короне. Я воевал с ней, но врагом ее не был».
Глава десятая
Реформатор Иосиф II
Мария-Терезия умерла 29 ноября 1780 года. Ее старший сын Иосиф до конца ноября был ее соправителем, а после смерти матери унаследовал от нее владения Габсбургов – эрцгерцогство Австрийское, королевства Богемское и Венгерское.
