— Ну-с? — К ней подошел Алессандро, который с интересом стал разглядывать витрину. — Что берем?
— Глаза разбегаются, — с досадой призналась Элви. Ей хотелось купить все. Но съесть все невозможно. Значит, надо выбрать два или три, только какие именно?
— Вы говорили, что хотите чизкейк, — напомнил ей Виктор. — Чизкейк, мороженое и шоколад.
— Да, но посмотрите, как аппетитно выглядит этот из хрустящей карамели. А шоколадные торты! Взять шоколадную бомбу или шоколадный с помадкой? Или вот морковный торт. Это вообще произведение искусства, — простонала она.
Виктор оглядел то, на что указывал ее палец, и пожал плечами:
— Да возьмите их все.
— Все? — пискнула она, разрываясь между предвкушением удовольствия и страхом за свою прожорливость.
— Почему бы нет? Вы пять лет просидели на голодном пайке.
— Виктор прав. В случае чего мы вам поможем с ними расправиться, — заявил Харпер. Он подошел к витрине и, выбрав чизкейк, передал его Алессандро. Потом взял шоколадную бомбу и шоколадный лед. А Виктор — шоколадный с помадкой и торт из хрустящей карамели.
Элви посмотрела на то, что осталось на витрине, покусала губу и быстро схватила вишневый сюрприз.
— Обожаю вишни, — виновато пояснила она.
— А мороженое? — вспомнил Виктор.
— Ах да! — Осторожно уложив торты в свою тележку, она повезла ее к отделу замороженных продуктов и резко затормозила возле стеллажей с мексиканской едой — с такос, приправами и всем остальным. Элви обожала мексиканскую еду. Сама отлично ее готовила. Но в течение пяти лет, только этим и занимаясь, не имела возможности лизнуть то, что стряпала, даже кончиком языка. Чуть ли не в полуобморочном состоянии она стояла в хвосте длинного ряда стеллажей и таращилась на них. Можно было бы приготовить такос или чимичангас, или — ооо! — пахитас. Нужно купить кусок мяса. Или, может, цыпленка? И помидоров, и лука, и сыра, и...
— Нам наверняка потребуется еще одна тележка, — пробормотал Эдвард и отправился на поиски. Занятая дополнениями к списку необходимых покупок, Элви пропустила его слова мимо ушей.
— Боюсь, мы все не увезем, — нахмурился Алессандро, когда Эдвард открыл багажник «БМВ».
— Можно часть взять с собой на заднее сиденье, а что-то пристроить на переднем, — предложила Элви, вытаскивая пакеты, сложенные в первой тележке. Всего тележек было три. Она понимала, что немного увлеклась, но мужчины не останавливали ее, даже наоборот. Казалось, они специально подзуживали ее, чтобы она согрешила третьим смертным грехом из семи — чревоугодием.
Каждый раз, когда Элви оказывалась в затруднении: что выбрать — это или то? — они просто брали и то и другое, складывая все в тележку. Пару раз ее спутники выбрали что-то и для себя. У сидевшей за кассой Дон глаза полезли на лоб, когда она увидела эту гору покупок, и Элви поняла, что к завтраку история про ее поход в универсам облетит весь город.
А заодно и рассказ о том, как они расплачивались. Когда подошел этот момент, Элви хватилась сумочки и наконец сообразила, что второпях оставила ее дома. Она стояла и растерянно глядела в пространство, туда, где сейчас обреталась ее сумочка, но тут перед ее глазами возникли четыре мужские руки. И каждая держала кредитку.
Победителем оказался Виктор. Под его взглядом остальные убрали свои кредитки и бумажники.
— Он вместительнее, чем кажется, — сказал Харпер, когда они уложили в багажник последний пакет. — Пожалуй, куплю-ка я себе такую же модель.
Элви промолчала, но ей стало интересно, чем же занимаются эти ребята. У двоих машины стоят дороже, чем ее дом, а третий, как о чем-то будничном, говорит, будто купит себе еще одну. Кстати, «родстер» Алессандро — машина не из дешевых. Судя по всему, Мейбл удалось подобрать ей богатеньких вампиров.
На глаза Элви попалась машина, которая как раз въехала на парковку. Вглядевшись, она поняла, что не ошиблась, когда та остановилась под фонарем. В этот момент водитель открыл дверь и вылез наружу. Элви затаила дыхание, а потом приказала свистящим шепотом:
— Пригнитесь!
И с облегчением увидела, что мужчины послушались и укрылись за «БМВ» Эдварда. Все, кроме Виктора. Он посмотрел на них, сидевших на корточках.
— В чем проблема?
Она схватила его за руку и потянула вниз.
— Там кое-кто, с кем не хочется встречаться.
— Это, должно быть, отец О'Флаэрти, я прав? — холодно спросил он.
Элви очень удивилась тому, что Виктор знает священника.
— Он чудесный старикан, но к моему обращению относится не так, как остальные. Хотя это понятно, как мне кажется.
— Разве? — помрачнел Виктор.
— Он священник, а я — вампир, — просто сказала она.
Виктор что-то пробормотал себе под нос и выпрямился.
— Эй! — зашипела Элви. Не выпуская его руку, она поднялась вслед за ним. И увидела, что отец О'Флаэрти уже скрылся в универсаме. — О... Теперь можно ехать.
По дороге домой Элви думала над тем, что она попробует в первую очередь. Решение трудное, но никакой срочности уже не было — в отличие от недавнего желания немедленно отправиться в универсам, чтобы купить чизкейк. Кстати, всей компанией они съели шесть упаковок печенья, пока ходили по магазину. Сейчас Элви чувствовала себя наевшейся до отвала и в прямом, и в переносном смысле. Болела голова, болел живот. Но все равно глазами она съела бы что-нибудь еще.
— О Боже! Вы что, скупили весь магазин? — воскликнула Мейбл. Вместе с идущим за ней по пятам Ди-Джеем она вошла на кухню со стороны галереи. В это время Элви в сопровождении мужчин вошла на кухню через дверь из гаража. Руки у них были заняты пакетами из универсама.
— Глаза разбежались, не могла остановиться, — призналась Элви.
Мужчины сложили пакеты на полу.
— Мы принесем остальное, — предупредил Виктор и повел всех за собой.
— Там есть еще? — недовольно спросила Мейбл. — Элви, куда мы все это денем? У нас только два холодильника.
— Там нет ничего скоропортящегося, — успокоила ее Элви. Подхватив пакет с мороженым, она открыла морозильную камеру. — В основном коробки и банки. Мы в первую очередь внесли то, что может разморозиться.
Мейбл покачала головой и взялась за пакеты, чтобы помочь ей.
— Надеюсь, ты не съешь все это за один присеет, — озабоченно заметила она, опустошая пакет. — Не то будешь мучиться животом.
— Конечно, нет, — успокоила ее Элви, уверенная, что так оно и будет. Ей хотелось съесть чего-нибудь, но она уже была сыта. За пять лет желудок у нее, наверное, стал размером с горошину. От печенья он растянулся. Она собирается растягивать его дальше?
Да, сам собой в голове возник ответ. Еще совсем чуть-чуть. Маленький кусочек чего-нибудь. Но чего, не могла придумать. Тут на кухню вернулись мужчины с остатками покупок.
