Мысли Леи постепенно унесли её к последним событиям и людям, а конкретно, к Франческе и Бастиану.
Ну, с рыжей всё было понятно. Она якобы любила Айсена без памяти и делала всё, чтобы он был с ней. Но когда случилась беда, она тут же стушевалась и улетела в свои покои с ссылкой на стресс, даже не попытавшись помочь так называемому «любимому». Хотя Лея была даже рада этому – никто не мешался и не лез под руки, когда они вдвоём с Бастианом поднимали Айса на ноги. А потом тащили его практически на себе.
Бас (Лея сократила слишком длинное по её мнению имя нового знакомого) ни капли не жалел заносчивого высокомерного засранца, но выполнял всё, что девушка от него требовала. И даже умудрился вечером позвать её на свидание, дружеское, конечно же, на что Лея лишь возмущённо отмахнулась от него. Придумал, тоже! Гулять под звёздами, когда несчастный Айсен лежит с больной головой и жалобно стонет (в её фантазии). Нет, конечно же ей и самой хотелось проучить вредного принца, но не сейчас. Сейчас ей хотелось быть с ним и только с ним. Ведь она, кажется, на самом деле втюрилась…
- …а ещё говорил, что магия на тебя не действует. – проворчала Лея.
Айс гневно хмыкнул.
- Она и не действовала. Я просто хотел побесить этого типа, чтобы знал своё место…
- Побесил? – усмехнулась девушка. – Молодец!
- Я ничего не понимаю. – не сдавался Айсен. – Что-то тут не так. А, Ледышка?
Сейчас он выглядел таким растерянным, что Лее захотелось пожалеть его ещё сильнее. Она потянулось рукой, чтобы пригладить выбившиеся на лоб курчавые пряди, а он вдруг перехватил её руку и резко потянул на себя, стребовав поцелуй. Его губы были мягкими и тёплыми, и Лея не сопротивлялась, наслаждаясь долгожданным прикосновением не только губ, но и душ. А после принц немного отстранился и, глядя ей в лицо, прошептал.
- Я не отдам тебя ему!
- Почему? – осмелела Лея, сама не замечая, как выпалила следующее. – Ведь ты меня не любишь. А он, возможно, питает ко мне интерес…
- Потому что ты моя, Ледышка! – перебил её парень. – Моя! И не смей больше подпускать его к себе так близко… Иначе я за себя не отвечаю.
«Ага, сейчас» - подумала про себя Лея. – «Посмотрим на твоё дальнейшее поведение».
Но вслух ничего не сказала, прижавшись к мерно вздымавшейся груди принца. А он машинально обнял её и даже (о, боги!) провёл рукой по волосам, а после прижал Лею к себе ещё сильнее. Кажется, его опять клонило в сон, да и девушку тоже.
Они не заметили, как уснули, обнимая друг друга так нежно и искренне.
А после наступило утро.
***
Сквозь никем не занавешенные с вечера шторы в комнату пробрался солнечный луч, щекоча кончик носа Его Высочества, отчего тот тихонько чихнул и проснулся. А вот Лея, всё так же крепко спала, прижимаясь к нему во сне, и Айсен почувствовал…
Да разве он мог что-то чувствовать?!
Но, если бы мог, наверняка он назвал бы это нежностью, всепоглощающей, необъятной, от которой так тепло становилось в вечно ледяной груди. Разве он заслуживал такую невесту? Она осталась с ним на ночь лишь потому, что переживала. Потому, что боялась, что с ним что-то случится нехорошее. Уснула в его ледяных объятиях, не помышляя о большем.
Удивительная, невозможная, совершенная. Его Ледышка.
Айсен горько усмехнулся, признаваясь себе: совсем не его. Пара невинных поцелуев ничего не меняла. Понятно же, что она любит того, своего настоящего парня из другого мира, ведь по дороге к Королевскому замку все уши прожужжала о нём. И поэтому он должен будет её отпустить. Неизвестно как, но должен…
Да, собственно, почему сейчас он об этом размышляет? Ведь сам он не способен любить, матушка с детства не уставала повторять это, объясняя юному принцу его истинную сущность. Проклятие не позволяло Айсену быть обычным человеком, жить как все и… любить как все. И он свято верил в это до того дня, как повстречал Лею, потому что никогда раньше не испытывал ничего подобного. И, если он не мог любить по-настоящему, то как тогда называлось то чувство, что он испытывал к девушке?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Солнечный луч не спешил покидать спальню, которая вскоре должна была стать их общей. Хотя бы для всеобщего мнения. Солнце придавало поистине волшебное сияние сонному, такому умиротворённому лицу Леи, и он не удержался, проведя по нежной коже щеки своей ладонью, вновь ощущая, как грудь наполняется живительным теплом. А ведь они бы могли стать настоящими мужем и женой, если б не этот тип, что умудрился вручить ей его же кольцо в качестве предложения руки и сердца. Почему-то сейчас захотелось придушить его особенно сильно.
Лея во сне зашевелилась, закинув на него по-собственнически ногу и что-то промурлыкав. И Айсен не смог устоять, потянулся к её губам, желая всего лишь коснуться их, но вошёл во вкус и не смог так скоро оторваться, причём, когда он уже осознал это, огромные голубые глаза вовсю смотрели на него изучающе. И, кажется, никто не был против.
Однако принц, застигнутый врасплох, замешкался. И теперь две маленькие ладошки сами ухватили его за голову, не отпуская далеко, чтобы вновь приблизить их губы в ответном поцелуе…
- Ага, попался!
Этот возглас влетающего в покои Барсика заставил подскочить обоих, едва не столкнувшись лбами. Или всё же стукнувшись – Айсен вскрикнул, хватаясь за слегка уменьшившуюся шишку на лбу, которая теперь вновь грозила вырасти, а Лея схватилась за сердце.
- Теперь я точно тебя покусаю! – шипел белый тигр, щерясь на принца.
«Ох уж эта меховая шкура! Ну и получит он у меня, защитничек! Такой момент испортил!» - только и успела подумать Лея ещё не отошедшими от сна мозгами, переполненными гормонами любви, как вслед за котом-переростком в покои принца ввалилась добрая часть прислужниц с открытыми ртами и горящими любопытством глазами.
Конечно! Это надо ж! Застать Его Высочество в одной постели с невестой! До свадьбы! Немыслимая пошлость!
Лее было на это плевать, ведь между ними, кроме поцелуя, ничего не было. Но вот, расталкивая толпу любопытных барышень, на «сцену» вышла сама королева Герда, и такого ужаса в её глазах никто никогда не видел!
Игра была потрясающей: она некоторое время будто не могла говорить, всем своим видом показывая, сколь мерзко и унизительно для неё поведение сына и его невесты. А потом махнула рукой, выпроваживая насмотревшихся на шоу зевак и офигевшего от поворота событий Барсика (нет, он не ожидал «подкрепления», мечтая разобраться с наглецом сам!). И когда все лишние ушли, Герда тяжко вздохнув, обратилась к одинаково раздражённо смотревшим на неё молодым людям.
- Вы одеты, ну что ж. – словно разочаровавшись из-за этого факта, произнесла она. – Хотя бы не придётся тратить на это время.
- Может, избавите нас от нотаций, Ваше Величество? – закатил глаза Айсен – вот только строгой мамочки ему сейчас не хватало!
- Прости, мой сын, но нет. – высокомерно произнесла королева. – Ввиду того, что вы сейчас…хм…устроили, я приняла решение приблизить дату свадьбы! Дабы как можно скорее смыть этот позор с нашей семьи… Особенно это касается тебя, Лея!
- Но мы ничего дурного не делали! – возразила девушка. – Мы просто спали в одной кровати…
- Вы просто СПАЛИ! – передразнила её Герда. – Но всё, с меня хватит вашей взаимной дурости. Свадьба будет послезавтра и не днём позже!
Дверь хлопнула, а Айсен с Леей недоумевающе переглянулись.
- Ну и ладно. – отчеканила девушка. – Месяцем раньше, месяцем позже…
Принц пожал плечами.
- И чем раньше снимем проклятие, тем раньше ты будешь свободна…
Лее показалось, или в его голосе действительно промелькнула грусть? Или это были отголоски от очередной ссоры со строгой матерью?
Настроение, как ни странно, не испортилось. Утренний поцелуй всё ещё горел на губах, и одно воспоминание о нём грело душу и веселило бабочек в животе.
И всё же стало немного грустно. Как жаль, что всё это очень скоро закончится…
