с пользой для себя.
– Причиной моего прихода к вам сегодня, – упрямо сказала она, – было намерение пригласить вас на скромный ужин у меня дома.
– Танцы будут? – заинтересовался Мелвилл.
– Разумеется, нет!
Невозможно танцевать в черном платье.
– Очень жаль. И на какую дату назначено это благословенное событие?
– Мм… на сегодня. Это было внезапное решение… надеюсь, вы простите, что получили приглашение так поздно.
Спутник бросил на нее взгляд искоса, словно предположив, что Элиза о чем-то умалчивает.
– Кто еще будет? – с подозрением спросил он.
– Сомерсет. И Селуины. И, надеюсь, Винкворты.
– Ясно. Что же, после продолжительных раздумий и учитывая свои предыдущие договоренности, боюсь, вынужден сообщить, что прийти не смогу.
– Какие предыдущие договоренности? – требовательно спросила Элиза.
– Я договорился с самим собой проводить как можно меньше времени в обществе Винквортов. Я обнаружил, что презираю их – за исключением мисс Винкворт, которую нахожу всего лишь скучной.
– Вы виделись с ними лишь однажды!
– На мой взгляд, вполне достаточно.
– Но это оправдание неудовлетворительно, – запротестовала Элиза.
– К чему мне оправдания? Простой факт заключается в том, что я не предвижу для себя удовольствия от посещения этого ужина. Зачем нам идти?
Элиза внезапно остановилась посреди мостовой и повернулась к Мелвиллу. Ее охватила такая досада на этого человека, на все случившееся, что она едва не расплакалась.
– Я полагала, вы ищете моей дружбы, милорд, – в отчаянии бросила она. – А что такое дружба, если не поддержка в подобных ситуациях?
Мелвилл надолго задержал на ней взгляд.
– Пожалуй, мы можем заключить сделку, – предложил он.
Элиза возвела глаза к небесам, молча прося у Бога терпения.
– Какую сделку? – спросила она наконец, не отводя глаз от неба.
– Если мы придем… – протянул Мелвилл, словно одновременно пытался сообразить, что ему потребовать взамен, – то вы покажете мне свои картины.
Удивленно воззрившись на него, Элиза промолвила:
– С вами легко иметь дело.
Она ожидала чего-то гораздо более возмутительного.
– Я так вам и говорил все это время, – заметил Мелвилл.
– Сделка принимается, – сказала Элиза, пропустив мимо ушей последнюю фразу. – Пожалуйста, приходите в половине седьмого. – И поспешила прочь.
– В половине седьмого?! – вскричал ей вслед Мелвилл голосом, в котором явственно звучал ужас.
Элиза не удостоила его ответом.
Глава 10
Вечер превратился в катастрофу не сразу. Более того, до прибытия гостей все складывалось наилучшим образом: вернувшись домой, Элиза обнаружила, что миссис Винкворт прислала записку с согласием; столовую красиво убрали свежими цветами; Перкинс и повар умудрились состряпать прекрасное меню, в которое (чудо из чудес!) входила и телятина. Принарядившись к ужину (Элиза щеголяла в свободном платье наподобие туники из черной итальянской кисеи, которую сколола на груди черной агатовой брошью, а Маргарет надела шелковое платье под цвет глаз), подруги остались довольны своими отражениями. У Элизы забрезжила надежда: возможно, ужин пройдет достойно, несмотря на внезапность, а также то обстоятельство, что по всей Англии сложно было бы подобрать компанию настолько неподходящих друг другу гостей.
Надежда просуществовала лишь до прибытия Винквортов, появившихся на десять минут раньше. Они-то возрадовались, узнав, что проведут вечер в обществе высокопоставленных особ. Но после сообщения, что на ужин приглашены еще и Мелвиллы, от их ликования не осталось и следа.
– Ты знала? – требовательно спросил адмирал у жены.
– Леди Сомерсет не упомянула об этом в записке, – ответила та.
– Есть поводы для беспокойства? – спросила Элиза.
Винкворты недолюбливали Мелвиллов. Она это знала, но подумала, что их претензии на проникновение в высший свет помогут им справиться с неприязнью.
Адмирал Винкворт с таким пылом встопорщил усы, что ими можно было бы подметать пол.
– Когда я квартировал в Калькутте, миледи, – заявил он, – среди военных было в порядке вещей якшаться с местными женщинами. Но чтобы отпрыск благородного семейства женился на одной из них, смешал британскую кровь с этими…
– Лорд Мелвилл и леди Каролина – мои гости! – яростно перебила его Элиза. – Должна попросить вас обращаться с ними учтиво.
– Да будет мне позволено говорить прямо… – снова начал адмирал.
– Нет! – выпалила Элиза. – Прошу прощения, но я бы предпочла, чтобы вы этого не делали, сэр.
Сердце Элизы забилось с головокружительной быстротой. Она и Маргарет обменялись паническими взглядами.
– Если вам будет неуютно в их обществе, то… – Элиза умолкла, не договорив.
Она не может предложить Винквортам уйти… или может? Нет. Часы пробили половину седьмого, снизу донесся звук открываемой двери. Слишком поздно.
– Все в порядке! – вмешалась миссис Винкворт, посылая мужу успокаивающий взгляд. – Не правда ли, супруг мой?
– Достопочтенный граф Мелвилл и леди Каролина Мелвилл, – возвестил Перкинс.
– Добрый вечер, – пролепетала Элиза.
Мелвиллы выглядели как обычно великолепно. Леди Каролина была одета в жемчужно-серое платье из невесомого атласа, отделанное кружевом, в волосах ее сверкали жемчужины. Мелвилл нарядился в облегающий черный фрак, белые жилет и панталоны. Его кудри слегка намокли под начавшимся дождем.
– Узрите! – провозгласил он, отвешивая Элизе изысканный поклон. – Мы прибыли вовремя.
– Похоже, вы очень горды собой, – заметила Маргарет со спокойствием, какого Элиза в себе не обнаружила.
– Да, это действительно большое достижение, – заверила ее леди Каролина. – Мы уже давно не были настолько пунктуальными.
– У нас на флоте опоздавших принято пороть, – проронил адмирал Винкворт.
Повисла пауза.
– В таком случае неудивительно, что все военные так мрачны и печальны, – заметила леди Каролина.
Маргарет рассмеялась, адмирал поперхнулся, миссис Винкворт застыла в напряженной позе, а ее дочь молчала, трепеща от страха. И когда вскоре Перкинс объявил о прибытии Сомерсета, Элиза едва не лишилась чувств от облегчения. Ее обрадовало даже появление Селуинов.
– Сомерсет, вы уже познакомились с лордом Мелвиллом и леди Каролиной, – сказала она. – Но, лорд и леди Селуин, я не уверена, что…
– Нет, мы незнакомы, и я полагаю, это сущее недоразумение! – заявила леди Селуин, и ее лицо озарилось радостью. – Право, у нас столько общих друзей, они должны были представить нас друг другу много лет назад.
Леди Селуин умела очаровывать, когда того хотела, и Мелвилл, подпав под ее обаяние, ответил поклоном на реверанс и улыбкой на улыбку.
– Что это за друзья такие? – спросил он в притворном гневе. – Мы должны сурово их выбранить за небрежение.
– Саути, например, – сообщила леди Селуин, восприняв вопрос буквально. – Скотт. Шеридан[5].
– О боже, Шеридан, – выдохнула миссис Винкворт, весьма впечатленная.
– Впрочем, он уже умер, – объяснил ей Селуин.
– И как мне известно, Сомерсет, вы уже встречались с миссис и мисс Винкворт, – продолжила Элиза. – Хотя, возможно, не с адмиралом…
– Нет, право, мы все уже встречались с его сиятельством, не так ли, супруг мой? – сказала миссис Винкворт, делая шаг вперед.
– На скачках? –
