– Все гораздо хуже. Ой, Марк! Я не могу вернуться на Колонию Бета!
– Что? Почему? Мы планировали… Ты планировала… Это твои родители что-то заподозрили насчет нас? Они запретили тебе…
– Да нет! Во всяком случае, я так не думаю. Дело в деньгах. Точнее, в их отсутствии. Без стипендии графини я не смогла бы поехать и в прошлом году. Мама с па говорят, что они на мели, а я представления не имею, как заработать нужную сумму за несколько месяцев. – Карин решительно закусила губу. – Но я непременно что-нибудь придумаю.
– Но если ты не сможешь… Но я еще не закончил дела на Колонии Бета, – жалобно проговорил он. – Мне еще предстоит год учебы и год лечения!
Или больше.
– Но ты ведь потом намерен вернуться на Барраяр, верно?
– Да, наверное. Но целый год врозь… – Он обнял ее крепче, будто злобные родители вот-вот вырвут ее у него из рук. – И это будет… очень трудно без тебя, – приглушенно пробормотал он.
Через некоторое время, глубоко вздохнув, Марк оторвался от нее. И поцеловал ей руки.
– Не стоит паниковать, – ласково проговорил Марк, адресуясь ее пальцам. – У нас есть несколько месяцев, чтобы что-нибудь придумать. А за это время много чего может произойти. – Он поднял голову, попытавшись изобразить спокойную улыбку. – Все равно я рад, что ты тут. Пошли посмотришь моих жучков-маслячков.
– Кого?
– Почему все так странно реагируют на это название? Мне казалось, оно довольно простое. Жучки-маслячки. Не полети я на Эскобар, так никогда и не узнал об их существовании. Выходит, в любом случае не без пользы слетал. Меня на них навела Лили Дюрона, точнее, не на них, а на Энрике, который как раз вляпался в крупные неприятности. Он великий биохимик, но никакой деловой жилки. Я внес за него залог и вытащил из тюрьмы, а потом помог забрать экспериментальные образцы у идиотов-кредиторов, их конфисковавших. Ты бы посмеялась, глядя, как мы осуществляем налет на его лабораторию. Пошли посмотришь.
Он поволок ее за руку по коридорам огромного дома.
– Налет? На Эскобаре? – с сомнением в голосе переспросила Карин.
– Ну, возможно, налет – это громко сказано. Все прошло исключительно мирно и без эксцессов. Скорее кража со взломом. Мне на самом деле пришлось припомнить кое-какие прежние навыки, хочешь верь, хочешь нет.
– По-моему, это не очень… законно.
– Может, и нет, зато этично. Жучки принадлежат Энрике, в конце концов, это он их создал. И любит, как домашних зверушек. Он плакал, как дитя, когда сдохла одна из его любимых королев. Трогательное зрелище. И если бы именно в тот момент мне не хотелось его придушить, я бы ему очень посочувствовал.
Карин как раз начала задумываться, не имеют ли эти чертовы препараты для похудания какой-то побочный психологический эффект, о котором Марк не соизволил ей сообщить, когда они добрались до подвальной прачечной особняка Форкосиганов. Она не бывала в этой части дома с детства, когда играла тут в прятки со своими сестрами. Из окон под потолком лился слабый свет. Длинный темноволосый курчавый тип на вид лет двадцати задумчиво бродил среди кучи полураспакованных ящиков.
– Марк, – вместо приветствия изрек он, – мне нужно больше полок. И лавок. И света. И тепла. Девочки мерзнут. Ты обещал.
– Прежде чем кинешься покупать новые, пошарьте по кладовкам, – дала практический совет Карин.
– О, отличная мысль! Карин, это доктор Энрике Боргес с Эскобара. Энрике, это моя… мой друг Карин Куделка. Мой лучший друг. – При этом Марк собственнически сжимал ее руку. Но Энрике лишь рассеянно кивнул девушке.
Марк повернулся к широкому накрытому подносу, лежащему на ящике.
– Не смотри пока, – кинул он ей через плечо.
Карин припомнилось кое-что из совместного сосуществования с дорогими сестрицами: открой рот, закрой глаза, и тебя ждет большой сюрприз… Она предусмотрительно проигнорировала его указания и придвинулась поближе – посмотреть, чем он там занимается.
Марк снял с подноса крышку, и взгляду Карин предстала кишащая масса коричнево-белых существ, тихонько поскрипывающих и наползающих друг на друга. Карин широко раскрыла глаза: насекомовидные, большие, перебирают лапками и шевелят усами…
Марк погрузил руку в колышащуюся массу, и Карин не выдержала:
– Фу!
– Все нормально. Они не кусаются и не жалят, – ухмыльнулся он. – Вот видишь? Карин, познакомься с жучком-маслячком. Жучок, это Карин.
Марк протянул на ладони жука размером с ее большой палец.
Он что, правда хочет, чтобы я дотронулась до этой твари?! Что ж, в конце концов, одолела же она курс бетанского сексуального обучения. Какого черта! Разрываясь между любопытством и отвращением, Карин протянула руку, и Марк положил жука ей на ладонь.
Крошечные лапки щекотали кожу, Карин нервически засмеялась. В жизни не видела такого уродства! Хотя… Кажется, на прошлогоднем курсе ксенозоологии ей доводилось препарировать тварей и попротивней. Мало что сохраняет привлекательность в распотрошенном виде. Да и пахло от жучков не так уж скверно – просто зеленью, как от зеленой изгороди.
Марк принялся объяснять, как жучки перерабатывают органику в своих воистину омерзительных с виду брюшках. Рассказ дополнялся педантичными поправками, вносимыми в повествование новым эскобарским другом. Насколько могла судить Карин, с точки зрения биологии все звучало вполне логично.
Энрике сорвал лепесток с одной из десятка роз, лежавших кучей в какой-то коробке, и положил лепесток ей на ладонь рядом с жуком. Жук проворно схватил лепесток передними лапками и принялся его поглощать. Энрике ласково улыбнулся тварюшке.
– И – да, Марк, – добавил он, – девочкам нужно еще еды. Как можно скорей. Это я получил утром, – махнул он на коробку с розами, – но до вечера нам не хватит.
Марк, с беспокойством наблюдавший за Карин, только сейчас заметил коробку с розами. Взгляд его скользнул на эмблему – торговый знак лучшего цветовода столицы.
– Где ты взял цветы? – удивленно спросил он. – Погоди-ка, ты купил эти розы на корм жукам?!
– Я спросил у твоего брата, где можно раздобыть какие-нибудь растения земного происхождения, которые могли бы понравиться девочкам. Он сказал: позвони туда-то и закажи. Кстати, кто такой Айвен?.. Да, только это чертовски дорого. Боюсь, нам придется пересмотреть бюджет.
Марк кисло улыбнулся и, прежде чем ответить, мысленно сосчитал до десяти.
– Понятно. Боюсь, возникло небольшое недоразумение. Айвен – наш двоюродный брат. Тебе, вне всякого сомнения, рано или поздно не избежать встречи с ним. Есть куда более дешевые растения земного происхождения. Полагаю, ты и сам можешь найти их на улице… нет, пожалуй, не стоит посылать тебя одного. – Он уставился на Энрике примерно так, как Карин смотрела на жука, лежавшего в ее ладони. Жучок тем временем уже почти разделался с розовым лепестком.
– Кроме того, мне как можно быстрее нужен лаборант, – добавил Энрике. – Ежели, конечно, мне предстоит заняться новыми исследованиями. И доступ ко всему, что известно здешним аборигенам о барраярской биохимии. Не хочу тратить время на изобретение велосипеда.
– По-моему, у брата есть кое-какие связи в университете Форбарр-Султана. И в Имперском научно-исследовательском институте. Уверен, он сможет обеспечить тебе доступ к чему угодно, если это не засекречено. – Марк пожевал губу и нахмурился, на мгновение напомнив глубоко задумавшегося Майлза. – Карин… Ты, кажется, говорила, что ищешь работу?
– Да…
– А ты бы ничего не имела против работы лаборанта? Ты ведь в прошлом году прослушала на Бете пару курсов по биологии…
– Бетанская подготовка? – встрепенулся Энрике. – В этой дыре есть люди с бетанской подготовкой?
– Всего лишь пара общих курсов, – поспешно пояснила Карин. – И на Барраяре полно народу, получивших самое разное галактическое образование.
Этот малый что, полагает, будто тут все еще Период Изоляции?
– Неплохое начало, – благосклонно провозгласил Энрике. – Но я вот что собирался спросить, Марк. Разве у нас в данный момент достаточно средств, чтобы нанимать кого-то?
