в любом случае, с точки зрения Коуэна, это почти то же самое.
В интерпретации Франклина это выглядело так: Коуэн действовал в соответствии со своими убеждениями, а не просто болтал о них, и он выполнил свою миссию, пусть и ценой собственной жизни.
С другой стороны, Франклин, при всей своей буйности, умирать за убеждения не собирался.
В отличие от первого интервью ФБР с Франклином, во время которого допрашивающие агенты чередовали вопросы, я предложил Дуайеру не пытаться каждый раз заполнить паузу в разговоре. Молчание добавляет неуверенности, а поскольку Франклин привык контролировать ситуацию, ему придется, так или иначе, говорить.
В нашей практике это обычное явление, которое мы наблюдаем как во время переговоров по освобождению заложников, так и в ходе интервью с заключенными в тюрьме. Мы называем это «голосовым вакуумом», необходимость заполнить который нередко испытывает другая сторона. Именно это, по словам Дуайера, и произошло в данном случае.
Согласно нашей стратегии, при подлете к Солт-Лейк-Сити самолет должен был сделать круг над тюрьмой штата Юта в Дрейпере. С воздуха это серо-белый комплекс строгого вида зданий, отдаленно напоминающий фабричные корпуса. Воспользовавшись случаем, Дуайер указал на объект и заметил, что именно здесь примерно три с половиной года назад был расстрелян двукратный убийца Гэри Гилмор. Он подробно описал, как Гилмора привязали к стулу перед стеной из мешков с песком, как прикололи к левой стороне груди бумажную мишень. Пятеро местных полицейских стояли за занавеской с маленькими отверстиями, через которые они целились из винтовок.
Вскрытие, проведенное судмедэкспертом, продолжал Дуайер, показало, что пули разорвали сердце Гилмора в клочья. Так же умер бы Франклин, если бы его передали властям Юты, отметил агент. На самом деле Гилмору предоставили выбор между расстрелом и повешением, но драматическое описание произвело желаемый эффект. Франклин уставился в иллюминатор самолета и не сразу смог отвести взгляд. По-моему, Дуайер сделал блестящий ход.
Хотя Франклин еще не признался ни в одном убийстве, я считал, что первоклассное представление Дуайера во время полета все равно даст положительные результаты в будущем.
Ближе к концу отчета Дуайер написал: «В заключение следует отметить, что многие предложения, сделанные Отделом поведенческих наук при подготовке к проведению интервью, были чрезвычайно ценными, и практически каждая предложенная методика удалась в той или иной степени. Интервью редко проводится в идеальных условиях, и лишь немногие следователи имеют возможность изучить то, что ему предшествовало. Однако изложенное выше ясно указывает на то, что предложения отдела являются ценным орудием в следственном арсенале Бюро».
Большинство из нас привлекает образ джи-мэна[12] (и его возможности, стоящие за пределом человеческих), и это главная причина того, что многие из нас хотели бы стать такими же. Но давайте будем честны и признаем, что на одном из уровней ФБР – это государственное бюрократическое учреждение, как и любое другое, с конкурирующими интересами, повестками дня и центрами силы.
Вот почему на этой, все еще ранней и предварительной стадии нашей эволюции, вотум доверия много значил для нас в становлении нашей легитимности и поддержке разработки криминального профайлинга, анализа расследований и активных поведенческих стратегий, которые станут основным ядром моей работы и работы моих будущих коллег. Центром внимания становилось подтверждение правильности концепции наших исследований и методов.
И, повышая коэффициент морщинистости Франклина, мы значительно понижали свой собственный.
Глава 10
Из-за дурной славы Франклина маршалы стремились как можно скорее и с как можно меньшей оглаской, без лишнего шума доставить его в тюрьму Солт-Лейк-Сити. Зафрахтованный самолет приземлился в международном аэропорту Солт-Лейк-Сити и подрулил к дальней стороне аэродрома, где у Национальной гвардии Юты был свой ангар. Но как только самолет остановился, маршалы выглянули в иллюминатор и увидели ожидающих на взлетно-посадочной полосе телевизионщиков 2-го канала и кружащий над ангаром вертолет. Очевидно, кто-то в местном правительстве хотел устроить медиашоу. Маршалы приказали отвести самолет в похожий на пещеру ангар, а трактор закрыл наружную дверь. Внутри уже выстроился небольшой отряд воздушной полиции с винтовками М16.
Заместитель маршала США надел на Франклина пуленепробиваемый жилет и посадил его в один из трех закрытых фургонов. Возглавляли колонну пять полицейских-мотоциклистов из Солт-Лейк-Сити, грузовик ВВС с установленным пулеметом и патрульные машины городской полиции с ревущими сиренами. Как сказал Дуайер, представление соперничало с парадом, устраиваемым в День благодарения сетью универмагов «Мэйси». План состоял в том, чтобы отвезти Франклина в подвальный гараж тюрьмы. Дуайер спросил сопровождавшего его полицейского, чего ожидать по прибытии. Ему ответили, что там соберутся представители всех средств массовой информации Солт-Лейк-Сити. Дуайер забеспокоился: не повторится ли нечто похожее на инцидент в подвальном гараже полицейского управления Далласа, когда Ли Харви Освальда застрелили на глазах у толпы с фотоаппаратами и репортеров[13].
Во время поездки в город Франклин был спокоен и довольно разговорчив, но как только они добрались до гаража и его вместе с сопровождающими вывели из фургона, их ослепило море вспышек. В этот момент заключенный в темных очках потерял самообладание и начал кричать, что его преследуют за расистские убеждения и что его «пытается подставить коммунистическое федеральное правительство».
Следуя нашей стратегии оказать на Франклина максимальное психологическое давление и упомянуть ближе к концу полета о том, что он может разделить судьбу Гэри Гилмора в тюрьме Дрейпера, Дуайер сказал тюремным чиновникам, что ожидает от Франклина рассказа о его преступлениях другим заключенным – это должно в какой-то мере облегчить стресс и послужить своего рода исповедью.
Мы уже видели нечто подобное после первого интервью Франклина с Дуайером и Фредом Риверо в Тампе. Дуайер также предложил опросить тех заключенных, которые будут иметь какой-либо контакт с Франклином в течение следующих двадцати четырех часов, и выяснить, сказал ли он им что-нибудь. Как и предполагалось, Франклин признался в ряде преступлений нескольким заключенным.
С таким персонажем, как Франклин, никогда нельзя быть уверенным, правдивы такие признания или просто являются обычным хвастовством перед другими преступниками с целью придать себе значимости и повысить статус. Сами по себе они были бы бесполезны, поскольку не могли быть приняты во внимание в суде. Но они дали федеральным прокурорам, как и прокурорам штата, дополнительную уверенность в том, что они могут приступить к судебному разбирательству.
Хотя прокуратура округа Солт-Лейк и детективы местной полиции чувствовали, что собрали достаточно доказательств, чтобы выдвинуть обвинения от имени штата, они согласились, что лучшей стратегией было бы начать с федерального дела о гражданских правах. Окружной прокурор предъявил два обвинения в убийстве первой степени, рассматривать которые планировалось после федерального обвинения.
В понедельник, 10 ноября, Франклин, скованный по рукам и ногам и в сопровождении назначенного судом адвоката Стивена Маккоуи, предстал перед судьей Дэниелом Алсапом, который выдал ордер на
