брал. Грязно. Развратно. В таких позах, о которых и вспомнить стыдно. До обеда не выпускал из своих рук. Брал в ванной. В спальне. В гостиной. На кухне.
После я ещё долго лежала и приходила в себя на постели, а он сытый и спокойный ушёл на работу. Будто ничего не случилось. Сделал зарядку и пошел, но перед выходом напомнил о главном правиле, которое я и не думала нарушать.
— Мелкая, запомни. Пока я тебя трахаю, ни один мужик к тебе не подойдёт ближе чем на метр. Яйца ему оторву, если кто покусится и в глотку запихну. Усекла?
— Да, — с трудом выдавила из себя.
Даже, чтобы произнести эти две буквы мне потребовалось огромное количество усилий.
— Хорошая девочка. Не забудь купить шмоток на вечер. Стен отвезёт тебя в магазин.
— Мисс, будете примерять? — напомнила о себе женщина-консультант.
Платье, которое она демонстрировала, было и в самом деле красивым, но слишком откровенным. Вырез на спине открывала половину попы, а такое платье вроде как вообще не предполагала ношение нижнего белья. А про цену этого наряда говорить страшно.
В этом магазине, куда меня привёл нанятый стилист самое дешёвое платье стоит десять тысяч долларов. Выходит, что Рагнар я выхожу в одни только убытках. И какой ему толк от меня? Одни растраты. Вон, в самый дорогой торговый центр сказал отвезти. Сказать, что я удивилась, когда машина остановилась рядом с "Челси Маркет", значит ничего не сказать.
"Челси Маркет" — это не то место, куда может зайти любой желающий. Он находится в бывшем промышленном районе и занимает целый городской квартал. Часть моего любимого парка "Высокой Линии" проходит как раз со стороны десятой авеню сбоку от здания, так что прогулку по парку можно совместить с обедом в этом здании.
Изначально здание Челси было построено, как часть фабричного комплекса Национальной бисквитной компании Nabisco и знаменито тем, что именно здесь в 1912 году было изобретено печенье Oreo.
Уже позже. Если не ошибаюсь, где-то в девяностых годах комплекс был превращен в коммерческие торговые и офисные помещения. Бывшую пекарню приобрела какая-то крупная компания за 2,4 миллиарда долларов. Теперь на первом этаже располагаются рестораны, кофейни, бары, магазины с одеждой и ювелирными изделиями, а на остальных — офисы и студии, в которых заседают в основном работники телевизионных продакшенов, в числе которых Google и Youtube.
Ответив отказом, я тщательно рассматривала другие экземпляры. Те платья, что предлагали консультанты и стилист были красивы, но не затрагивали душу, а покупать их, чтобы просто висели на вешалке и лишний раз тратить деньги Рагнара не было желания.
Я прошла мимо очередного наряда и услышала, как за спиной выругался Стэн. Было видно, что он предпочёл бы заняться чем-то более полезным, чем просто следить за какой-то девчонкой. Но надеть первый попавшийся наряд я тоже не могла. Тем более для выхода в свет. Я всегда внимательно относилась к этому вопросу. Если выбирала, то только самое изысканное… естественно за приемлемую цену. Привыкла под строгим надзором родителей. Если ошибалась хоть немного или покупала слишком дорогое, то ругани было не избежать.
Чёрное приталенное платье в пол сразу запало в душу. Каждая девушка хоть раз испытывала это чувство, когда при виде какого-то наряда она сразу понимала, что всё. Это её. Сейчас со мной происходило нечто подобное.
Просто глядя на него я уже знала, что не ошибаюсь в выборе. И для сегодняшнего вечера оно подходит идеально. В меру строгое и очень женственное. Никаких глубоких вырезов, броских блестяшек. Самым откровенным здесь можно было назвать лишь рукава, воротник и переднюю сторону подола, которые были сделаны из плотного сетчатого материала.
Решено. Беру его.
— Хммм… хороший выбор, — одобрительно закивала стилист, увидев моё платье. — К такому наряду и много украшений не нужно. Бриллиантовые серьги и сумка-клатч вполне подойдут, но боюсь оно не для вас. По крайне мере не для сегодняшнего вечера, — вдруг заявляет она с полной уверенностью. — Женщина это лицо мужчины. Чем дороже она выглядит, тем солидней кажется он в глазах остальных.
— Женщина это лицо мужчины, — согласилась я. — Но боюсь если я пойду в одном из тех платьев, что подобрали вы, то меня примут за эскортницу. В лучшем случае.
Не ожидавшая такого ответа, женщина побагровела. Видимо она ждала, что я безропотно буду одевать всё, что она скажет, но… либо наши предпочтения во вкусах отличались, либо она по какой-то только ей известной причине, подбирала самые откровенные платья, не предназначенные для похода в приличное место.
— Да как ты смеешь так со мной говорить?! Я работала со звёздами Голливуда.
— Согласитесь, то, что предлагаете вы, слишком откровенно и не подходит для приличного ужина, — впечатленная, я продолжала твёрдо настаивать на своём по двум причинам. Первое, может она и работала со звёздами, но я чувствовала некий подвох. А второе, пусть я и продала себя, но не всем вокруг. У меня был только один хозяин. — У всех сложится самое отвратительное и низкое впечатление о мистере Картере. Не знаю, как вы, а мне бы не хотелось оскорбить его или опозорить, явившись в таком. А появившись в выбранном мною наряде, я лишь подчеркну мнение окружающих о нём, как о деловом и серьёзном человеке, не терпящего компромиссов.
На секунду на немолодом лице отразился ничем неприкрытый гнев и неприязнь. Слишком бурная реакция на того, кто просто отказался примерять платье.
— Какие-то проблемы? — вмешался Стэн.
— Ваша подопечная считает, что не нуждается в моих услугах, — оскорблённо заявила она.
— В чём дело?
— Я не ношу те наряды, которые выбрала она, — объяснила и не соврала, но говорить о своих подозрениях не стала. Может я правда чего-то не понимаю. Вряд-ли столь высокопоставленный специалист стал бы рисковать своей карьерой, ради… зачем ей вообще вредить мне или Рагнару? Зная его нрав, только сумасшедший решится на такое.
— Носишь-не носишь, тебя никто не спрашивает. Одеваешь то, что тебе говорят хозяева и точка! — приказывает Стэн и уходит. Демонстрирует, что его решение даже не обсуждается.
— У меня один хозяин и это не ты, — бросаю ему след.
А тот останавливается и смотрит безэмоционально, скучно. Не видит нужды что-либо отвечать. Звонок телефона увлекает его куда больше и вмиг заставляет напрячься.
— Уистлер у телефона… Да, босс… Хорошо. Будет сделано, — маска спокойствия вмиг слетает с него, оставляя следы раздражения. — Бери что выбрала и валим. У меня нет времени разбираться.
Ему звонил Рагнар? Он что-то сказал?
— Делайте, что хотите. И передайте мистеру Картеру, чтобы больше не смел
