Уже на лестнице Чезаро остановился и сделал короткую заметку в тетради.
– Считаете меня самозванцем? – спросил я у него.
Секретарь закрыл тетрадь и покачал головой.
– Лично я так не думаю, мистер Ринг, но мне предписано удостовериться.
– Ну и как? – Я холодно улыбнулся. – Похож я на Теодора?
– По манере общения – похожи… но не всегда, уж простите.
– Люди меняются, мистер Чезаро.
Секретарь не ответил. Он опять открыл тетрадь и сделал ещё одну пометку.
Я не стал его дожидаться и зашагал по ступеням на третий этаж. По пути нам встретился Бернард с пустым подносом в руках. Камердинер не обратил внимания ни на меня, ни на секретаря, будто прошёл мимо пустого места.
Но в моей голове прозвучало короткое:
– Всё готово. – И Бернард с невозмутимым видом проследовал вниз.
– Так куда мы всё-таки идём, мистер Ринг? – поинтересовался секретарь, догоняя меня уже в коридоре третьего этажа.
– Я же вам сказал, что хочу перекусить, – ответил я с раздражением. – Ну сколько можно повторять?
– На третьем этаже нет столовой, – прищурился секретарь.
Я остановился перед огромной двустворчатой дверью, ведущей в общий зал для торжеств, и повернулся к мужчине.
– Не хотелось бы это произносить, но вы вынуждаете: у меня есть некоторые привилегии, секретарь Чезаро. В конце концов, я внук императора. Вы понимаете, о чём я? В этой школе, на первый взгляд, все равны, но я… хм… я немного ровнее. У меня спецобслуживание. Вы ведь видели Бернарда с подносом и не сделали никаких выводов? И после этого вы считаете себя аналитиком Суда?
Чезаро не стал больше допекать меня вопросами.
Он слишком устал быть бдительным, поэтому согласно кивнул, вытянул тетрадь из-под мышки и черкнул в ней карандашом. Уверен, произнесённая мной фраза полностью соответствовала тому, что бы мог сказать настоящий Теодор Ринг.
Что ж.
Я никогда не бывал в зале для торжеств, но сейчас мне придется делать вид, что я хожу сюда постоянно.
– Прошу. – Смерив секретаря многозначительным взглядом, я повернул дверную ручку.
***
Это было огромное помещение в зелёно-голубых тонах.
Стены и потолок украшали традиционные фрески с изображением Великой Родовой битвы: воины-адепты, молнии, огненные шары, обнажённые мечи…
Невысокая сцена с голубым тяжёлым занавесом располагалась у противоположной стены; справа блестела барная стойка из лакированного белого дерева; слева высились окна с зелёными стёклами-мозаиками. На потолке вместо привычных люстр висели осветительные сферы, источающие холодный голубоватый свет и охваченные синими молниями. Такие же сферы я видел в тренировочном зале в подвале-убежище Сильвер.
Я ожидал, что зал будет заставлен столиками, как, например, было в банкетном зале в особняке Орриванов, но здесь всё оказалось иначе.
Посередине стоял лишь один-единственный столик, зато сервирован он был по-королевски (правда, его роскошный вид вызвал во мне тревогу: я ведь не знал даже, как пользоваться всеми этими вилками и ножами).
На столе ждал ужин.
Причём, на двоих.
Я бегло оглядел стол. По виду разгадал рыбу, цыплёнка и странного вида суп. Ещё были салаты, пирожные, напитки в нескольких графинах, что-то, похожее на котлеты, закуска в виде улиток… да всего и не перечислить.
– Действительно, спецобслуживание, – пробормотал рядом Чезаро.
– Располагайтесь, – улыбнулся я ему, махнув рукой в сторону стола.
Причем так радушно и по-хозяйски, будто это был мой личный замок и мой личный зал для торжеств.
Секретарь покосился на еду.
– Извините, мистер Ринг, но я на службе.
– Странный вы какой-то, – усмехнулся я. – Бернард приготовил ужин не только для меня, но и для вас. Камердинер он догадливый. Понимает, что вы тоже человек и можете быть голодны. Или вы думаете, что я вас отравить собираюсь? Ну-у… это было бы глупо с моей стороны. Я всеми силами пытаюсь тюрьмы избежать, а никак не наоборот.
Чезаро замялся.
– Если только немного.
Я повесил сумку на спинку стула, расположился за столом и со вздохом оглядел секретаря.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Вы лобстеров хоть пробовали?
(Я кое-как вспомнил это слово – слышал его от Шона Ривера, своего приятеля с Рынка Нищих, и, если честно, даже не представлял, как выглядели лобстеры, зато знал, что эти твари стоили так дорого, что никто из Речного квартала не мог их себе позволить).
– Лишь однажды, – ответил Чезаро, усаживаясь за стол напротив меня и оглядывая блюда (наверняка, искал тех самых лобстеров).
Я выставил указательный палец.
– Постойте-ка, кое-чего не хватает. – Я неторопливо поднялся и направился к бару.
Зашёл за барную стойку, пробежался глазами по стеллажу с алкоголем.
Ту самую бутылку виски – с серебристой этикеткой, из воспоминаний Чезаро – я обнаружил на верхней полке. Разглядев знакомую бутылку в моих руках, секретарь замотал головой.
– Нет-нет, мистер Ринг. Я не буду. Я на службе.
– Как хотите, – пожал я плечом и уже собрался вернуть её на место.
Но Чезаро вдруг обронил, как бы невзначай:
– Ну… если только чуть-чуть. – И добавил, оправдываясь: – Устал, как собака. И день нервный.
Я понимающе кивнул.
– Льда только нет.
Вместе с бутылкой я прихватил два чистых стакана, что рядком стояли под барной стойкой, и снова уселся за стол. Откупорил виски, плеснул в стаканы. Один подал секретарю, второй взял сам.
Чезаро посмотрел на виски, потом – на меня, потом – снова на виски.
– Я понимаю, мистер Ринг, вы пытаетесь быть радушным, насколько это возможно в данных обстоятельствах, но я хочу, чтобы вы знали: моя аналитика будет объективной в любом случае.
Я коротко хохотнул.
– Нисколько не сомневался. Это всего лишь аперитив перед ужином.
– Не советовал бы злоупотреблять в вашем возрасте, – сказал Чезаро.
– Я ещё и прямо в школе это делаю, представляете? – Я сделал крупный глоток из стакана.
После грязного рома элитный виски показался мне чуть менее крепким, но не настолько, чтобы никак на меня не повлиять. По глотке прокатилась волна обжигающего спирта, окутала жаром желудок.
Чезаро боролся с собой недолго.
Через несколько секунд он тоже отхлебнул из стакана, потом ещё пару раз. Прикрыл глаза, смакуя любимый вкус виски… и больше их не открывал.
Он всхлипнул и обмяк, руки упали вдоль тела, голова завалилась вперёд – Софи сработала именно так, как я и ожидал.
Отлично.
Поднявшись из-за стола, я плеснул в стакан Чезаро ещё немного виски, потом поспешил к бару и вылил часть напитка в раковину, оставив в бутылке чуть меньше трети. Бутылку вернул на стол и поставил рядом с секретарём. Расковырял вилкой рыбу и цыплёнка, пару ложек салата положил Чезаро на тарелку, себе – странного вида котлету.
Для имитации трапезы этого было вполне достаточно.
Теперь настало время для другого дела.
Я открыл сумку и нашарил в кармане скомканных спортивных брюк склянку с порталом. Потом запер двери зала изнутри и отошёл подальше от стола, повернувшись лицом к стене. Кинул прощальный взгляд на баночку с чёрной жидкостью и мысленно прорисовал маршрут.
Через несколько секунд жидкость стала серой – портал вобрал указанный путь.
Я облизал пересохшие губы, задержал дыхание и швырнул склянку прямо в стену.
Послышался скрежет, по стене поползли, заискрились чёрные молнии, зал наполнился вонью канализации, и в стене раскрылась пульсирующая теменью бездна.
На переход у меня было секунд пять-семь.
Я шагнул к стене. И тут краем глаза заметил шевеление у бара.
– Рэй! Ты свалить решил, что ли?! – прокричали оттуда.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Я машинально повернулся на крик.
Ко мне неслись двое: Дарт Орриван и Ральф Купер – и до меня им оставались считанные метры.
Глава 3.4
