Читаем без скачивания Россия в 2017 году. Чем закончатся эксперименты со страной? - Владимир Фортунатов

Но не только для транспорта — автомобильного, авиационного и железнодорожного — планировалось кратное увеличение добычи нефти и газа. В Программе нашла отражение и идея всесторонней химизации народного хозяйства страны. Пластмассам и синтетике отводилась колоссальная роль в подъеме жизненного уровня населения Советского Союза. И формулировалось это следующим образом: «Одна из крупнейших задач — всемерное развитие химической промышленности, полное использование во всех отраслях народного хозяйства достижений современной химии, в огромной степени расширяющей возможности роста народного богатства, выпуска новых, более совершенных и дешевых средств производства и предметов народного потребления. Металл, дерево и другие материалы будут все более заменяться экономичными, практичными и легкими синтетическими материалами». В химизации виделся и важнейший резерв интенсификации сельского хозяйства: «Резко возрастет производство минеральных удобрений и химических средств защиты растений». Достаточное количество нефти и газа становилось необходимой предпосылкой для осуществления всесторонней химизации народного хозяйства.

Важны были углеводороды и для решения жилищно-бытовых проблем. На XXII съезде была намечена широкая программа строительства жилья. Обещалось, что к 1980 году «каждая семья, включая семьи молодоженов, будет иметь благоустроенную квартиру, соответствующую требованиям гигиены и культурного быта». С одной стороны, для осуществления намеченной программы требовалось форсировать механизацию строительных работ, для чего также было необходимо нефтяное топливо. С другой стороны, построить жилье было мало, в холодной северной стране его нужно было еще и обогреть. А без газа сделать это было чрезвычайно сложно. Планируемые объемы строительства не могли быть подкреплены ни углем, ни мазутом, ни дровами. Железные дороги просто не выдержали бы подобных объемов перевозок. Кроме того, нельзя было не учитывать и экологический аспект. Легкий, экологически безвредный, высококалорийный газ, безусловно, обеспечивал реализацию социальной программы создания человеческих условий жизни.

Таким образом, уровни добычи нефти 690–710 млн т, а газа до 680–720 млрд м3 должны были обеспечить реализацию следующих народ нехозяйственных задач: 1) бурный рост транспорта, включая такие его нефтяные виды, как автомобильный, авиационный, тепловозный; 2) химизацию различных сторон народного хозяйства; 3) газификацию теплоснабжения городов и населенных пунктов страны.

В первой половине 1960-х годов после долгих усилий найти большую нефть за Уральским хребтом были обнаружены уникальные запасы «черного золота» в Широтном Приобье (Мегионское, Усть-Балыкское (1961), Федоровское (1963), Мамонтовское (1965) месторождения, легендарный Самотлор (1965) — жемчужина Среднего Приобья и др.). Стало ясно, что колоссальные запасы газа сосредоточены на Ямале. Указанные месторождения по своей ресурсной базе становились серьезными конкурентами лучших и крупнейших в стране месторождений Волго-Уральского региона. Нефть Широтного Приобья обладала прекрасным химическим составом и эксплуатационными характеристиками. Западносибирское «черное золото» — относительно легкое, с приемлемой вязкостью, с низким содержанием серы и парафина. По своему химическому составу оно не только не уступало, но даже превосходило по качеству знаменитую «Брент» (BRENT) — смесь, являющуюся эталоном на международных рынках. К сожалению, система магистральных трубопроводов бывшего СССР и России устроена так, что в трубе смешиваются западносибирская нефть и нефть более низкого качества Волго-Уральской провинции (имеется в виду нефть пермокарбоновых отложений). В результате образуется наш основной экспортный продукт — смесь «Юралс» (URALS), которая по качеству и по цене значительно уступает BRENT-смеси.

Последующие годы стали временем стремительного расцвета Западной Сибири и отечественного нефтегазового комплекса в целом. В беспрецедентные сроки усилиями тысяч нефтяников, газовиков, строителей была решена крупнейшая народнохозяйственная задача — с нуля, в тяжелейших климатических условиях при практически не изменившейся структуре капитальных вложений была создана новая энергетическая база, которая вывела НТК на совершенно иной уровень развития, а Советский Союз сделала мировым лидером по добыче углеводородов. В то время как старые сырьевые районы в силу объективных причин стали снижать добычу, Западная Сибирь смогла не только компенсировать эти потери, но и обеспечить невиданный в мировой практике прирост добычи. Дискуссии, которые сопровождали принятие решения о Западной Сибири, позволили просчитать все «за» и «против» и принять, как показало время, абсолютно верное решение о форсированном выходе нефтяников и газовиков в Широтное Приобье и в Ямало-Ненецкий автономный округ. Благо, в 1960-х годах до застоя было еще далеко, и страна успешно смогла мобилизовать людей и средства для реализации этого эпохального народнохозяйственного проекта.

Догнать и перегнать Америку не удалось, но СССР занимал достойное место в мире по важнейшим количественным показателям.

Оценка валового внутреннего продукта крупнейших стран мира (по паритету покупательной способности валюты в ценах 1993 года, в млрд долларов США) [52]

  

Третья Программа КПСС и ее выполнение [53]

  

продолжение таблицы.

  

Но качественные показатели — производительность труда, производство и потребление промышленной и сельскохозяйственной продукции на душу населения, снижение капиталоемкости, энергоемкости и материалоемкости на единицу продукции и т. д. — улучшались крайне медленно. Стоит также вспомнить, что 60-е годы были неплохими для развитых стран мира, которые отнюдь не стояли на месте.

Справедливости ради, а не для оправдания хрущевского волюнтаризма стоит вспомнить, что не только выполнение, но и перевыполнение намеченных планов новый кремлевский мечтатель обусловливал благоприятным международным положением. Международная политика СССР в 1960-1970-х годах носила глобальный характер. На решение как вполне оправданных, так и явно иллюзорных задач советское руководство не жалело средств. К началу 1970-х годов был достигнут стратегический паритет, равенство с США в ракетно-ядерном вооружении. В 1962 году СССР и США смогли найти выход из Карибского кризиса. В 1965–1975 годах СССР оказывал помощь Демократической Республике Вьетнам в борьбе с американским империализмом. После разгрома Израилем Египта, Сирии и Иордании в 1967 году СССР много помогал арабским странам. В 1968 году сотни тысяч советских солдат вошли в Чехословакию. После военных столкновений на советско-китайской границе началось ее укрепление. В основном по военно-стратегическим соображениям в 1974 году началось сооружение Байкало-Амурской магистрали[54]. И это далеко не все затратные проекты, которые не предусматривались Третьей Программой КПСС.

Глобальные внешнеполитические амбиции требовали огромных затрат. Официальных данных на сей счет в открытой печати никогда не публиковалось, но по некоторым данным, только на поддержание и развитие военно-промышленного комплекса уходило до 70 % валового национального продукта, производившегося в стране. Дальнейшее развитие производительных сил серьезно тормозили отсталые, неэффективные общественные отношения, особенно система управления.

«Крайне централизованная, командная, административно-директивная экономика „в чистом виде“ сменилась иной ее разновидностью — своего рода экономикой согласования или согласовывания.

Ткань переплетающихся хозяйственных взаимоотношений стала столь обширной, что просто по команде, без многократного предварительного согласовывания разросшаяся экономика вообще не смогла бы функционировать. Но так как согласовывание это осталось административно-бюрократическим, оно обеспечивало лишь очень замедленную обратную связь, очень грубую пропорциональность и очень ограниченные возможности развития, никак не заменяющие планово-рыночное регулирование и не отвечающие требованиям научно-индустриального производства. Вместе с тем в экономике согласовывания фактически резко ослабла прежняя централизация, так что на деле высшее хозяйственно-политическое руководство не могло уже добиваться выполнения своих директив с той же быстротой и неукоснительной строгостью, как раньше».[55]

Страной по-прежнему вроде руководили марксисты. Сборники речей, докладов, поздравлений и т. д. Генерального секретаря ЦК КПСС Л. И. Брежнева назывались «Ленинским курсом». Но, похоже, ни в труды В. И. Ленина, ни тем более в труды К. Маркса и Ф. Энгельса ни вожди коммунистического строительства, ни все, кто принадлежал к номенклатурному правящему строю, не заглядывали. Эти люди жили в условиях послесталинский реальности и строили свои взаимоотношения, как это сейчас модно говорить, «по понятиям». По своим номенклатурным представлениям и понятиям. Да, в стране действовала совершенно идиотская практика планирования производства различных товаров. Считалось, что государственные плановые органы планировали производство различных товаров и услуг по 25 млн позиций. Под каждую позицию следовало выделять материальные и людские ресурсы, фонды заработной платы и т. д. Но кому-то удавалось с помощью знакомств, взяток обеспечить для своей позиции, для производства определенного товара и услуги привилегированное положение. Многие отношения в стране регулировались не столько законами, принятыми Верховным Советом СССР, сколько подзаконными актами, которые принимались «в рабочем порядке» на уровне министерств и ведомств. Число подзаконных актов дошло до 400 тысяч. Эту ситуацию многие расценивали как абсурдную. Но с помощью знакомств, взяток, благодаря правильно организованному убеждению и стимулированию всегда имелись возможности для принятия еще одного совершенно необходимого подзаконного акта, который развязывал руки, позволял успешно работать, а самое главное, отчитываться.