так? Все интереснее и интереснее! Не скидывай этот адресок через бортовую сеть, хорошо?
– Обижаете, господин капитан! Только лично тебе в руки… А ты сейчас куда?
– К себе. Опять я поесть нормально не успел, наглотался в кресле питательных гелей – хоть запью по-человечески.
Виктор закончил копировать данные, подбросил на ладони информдиск, выдернул из гнезда управления яхты универсальный ключ и протянул все это Гардону.
– Пойдем. Я тоже в командный отсек.
* * *
Кристина повертела в руках электронный ключ.
Карл бы обязательно ее выслушал! Он бы помог, не ушел вот так, почти не прощаясь, без объяснений, и не оставил бы ее один на один с проблемами и… И ему никогда не пришло бы в голову поцеловать руку, в которую он вложил одноразовый пропуск.
Она присела на краешек кровати и почти с ненавистью посмотрела на свой прощальный подарок. То есть на прощальный подарок Сержа… Она совсем запуталась. В электронной глубине черного прямоугольника прорисовались выход, лифт, пассажирский салон на второй палубе и пунктир к каюте. Волшебство развеялось куда раньше, чем она себе намечтала. А может быть, оно как раз развеялось ровно в предназначенный день и час, но Кристину забыли об этом предупредить. Она встала и окинула взглядом царящую вокруг сдержанную роскошь. Если на грузопассажирском судне такие люксы, то как же они выглядят на туристических лайнерах…
Она скинула халат на пол, постояла обнаженной, словно исполняя какой-то древний ритуал очищения, глубоко вздохнула и начала одеваться.
Прощаясь с Карлом на «Гравистаре», она казалась себе незаслуженно обиженной его непониманием и сорванным совместным отпуском. На Летиции с мальчишкой Ником она была снисходительна, взросла и мудра. Вчера рядом с Сержем она превратилась в форменную нимфоманку…
– Ну, спасибо тебе, Бак, – прошептала Кристина. – Из-за твоего долбаного файла у меня все пошло наперекосяк! Что у нас вообще происходит?! Служебная информация пересылается через общий доступ, без визы начальника базы… Как будто Карл в глаза ее не видел!
Ей вдруг сжало горло. Смутная тревога, которую разбудил в ней Ник и на время разогнал Серж, вернулась. Кристина оглянулась на смятую кровать, выключила свет, повесила сумку с планшетом через плечо и выскользнула в коридор.
Справа располагался выход из отсека, слева – каюты командного состава и проход к ходовой рубке. Переборка между пустующими люксами и полутемным командным отсеком была поднята. Первая от нее дверь обозначена как бар. Накануне Кристина ничего вокруг не замечала и была уверена, что это – еще одна каюта. Она невольно задержала взгляд на вывеске, которая крайне неоднозначно смотрелась в самом сердце космического корабля, и вздрогнула. Вспыхнул верхний свет. Дальний люк, ведущий из командного отсека к рубке, ушел в сторону, пропуская внутрь космолетчика, одетого в комбинезон виртуального контроля, сплошь покрытый насечками, как будто кто-то упражнялся в черчении, попеременно используя чернила, жесткую проволоку и дымчатое стекло. С правого плеча чертежные элементы густой паутиной разбегались на грудь и спину, а под левой ключицей формировали многоугольное гнездо, отливавшее металлом – туда подключалась гарнитура управления.
– Господин капитан!
От неожиданности Гардон сбился с шага.
– Мне нужно с вами поговорить…
Кристина остановилась в нерешительности и уставилась на взлохмаченного парня с шевроном бортинженера, который вошел в отсек вслед за командиром экипажа.
На первый взгляд бортинж выглядел не слишком солидно: высоченный, щекастый, с густой пшеничной шевелюрой и с таким же густым баритоном, который распугал все звуковые волны до самой обшивки, вынудив их метаться по замкнутому пространству между каютами:
– Здравствуйте, прекрасная незнакомка! Какая невероятная встреча!
– О чем поговорить? О моем штурмане?
Кристина, которая уже начала неуверенно улыбаться бортинженеру, словно с размаху влетела в стену чистого вакуума. Изнанка штурманского «встретились-расстались» оказалась жесткой… Как он так живет?! Кристина заглянуть не успела на эту варварскую сторону, а там, на ледяной стене, уже заботливо выведено крупными буквами: «А что ты хотела? Что этот капитан должен о тебе подумать?»
Все еще лишенная дара речи, она качнула головой и попятилась. Повисла неловкая пауза.
– Рэд… – негромко сказал Блохин.
Гардон оглянулся на него, беззвучно шевельнул губами и не без труда вспомнил имя девушки, которую они подобрали в космопорте Летиции.
– Кристина, да?
– Да, сэр.
– Ну. Я тебя слушаю. Что случилось?
– Я, то есть наша группа, работает по программе «Гравистар». Есть предположение, что часть энергии гравитационных волн теряется в процессе… Извините, господин капитан! Меня… Я не должна здесь находиться.
Девчонка заморгала, побледнела-покраснела и опустила голову.
– Что-то я ничего не понял, – сказал Рэд, не стал дожидаться, пока острый приступ человеколюбия у бортинженера достигнет пика, и открыл дверь каюты. – Заходи, Кристина. Виктор, пойдем с нами, побудешь техническим консультантом.
Он прошел вперед. Кристина посмотрела ему в спину и остановилась в нерешительности.
– Мы же не хотим пренебречь любезным приглашением господина капитана? А это – именно оно и есть, не сомневайся.
Кристина как во сне перешагнула порог.
– Это правда, что ты из Дальней разведки? – спросил ее бортинженер.
– Я? Да.
– О, почти коллеги! Значит, это нормально, что мы на ты?
– Мы… Наверное.
Рабочий пульт, переходящий в двухтумбовый стол-трансформер, сейф, диван, пара кресел, шкаф для личных вещей, пенал с аварийным снаряжением. По сравнению с люксом обстановка капитанской каюты оказалась скромнее. За стенкой располагался хозблок, который при должной фантазии можно было посчитать за кухню или даже за полноценную вторую комнату. Стены помещения были абсолютно безликими. Пульт моделирующей системы лежал на полу возле дивана. На журнальном столике, выдернутом из стены между креслами, обнаружилась пара пустых стаканчиков из-под кофе и открытая пачка сигарет, на диване валялось скомканное полотенце, а на высокой спинке офисного стула небрежно висела форменная куртка. Создавалось впечатление, что хозяин заходил сюда исключительно для того, чтобы добавить немного беспорядка, но каждый раз его что-то отвлекало, и долгожданный кавардак не наступал.
Стаканчики капитан смахнул в мусоросборник, сигареты бросил в ящик стола.
– Садись, Кристина. О чем ты хотела со мной поговорить?
Рэд еще немного выдвинул и зафиксировал узкую столешницу и посмотрел, как гостья усаживается в кресло с таким видом, точно ей предложили сесть на электрический стул.
Слезы обиды она проглотила, глаза остались сухими. Она шлепнула на столик гостевой ключ, выдернула планшет из сумки, которая осталась лежать на коленях, и подалась вперед. Сумка ей помешала. С досадой скинув ремешок, пропущенный через плечо и грудь, Кристина уронила ее на пол. На нежно-бирюзовой блузке расстегнулась лишняя пуговица, но остальные удержались на местах, иначе девчонка, наверное, провалилась бы на первый технический уровень, если б заметила. Кончики ушей у нее все еще забавно горели.
