шагом, описал их историю с найденными долларами и разгромленной конторой. Ту самую историю, что приключилась на самом деле с Настей и Лешей в начале учебного года.
Ну Лешка, ну дает! Это же надо — так все описать. И всех узнать можно. А сама Настя — она просто героиней какой-то получилась. Взять хоть тот момент, когда она становится свидетелем разгрома конторы. По Лешкиной версии выходило, что она сама все это видела и не только не растерялась, а ушла от погони проходными дворами.
Интересно, где там были проходные дворы? Настя засмеялась:
— Да, что-то я там их не заметила. Может, еще разок пойти посмотреть?
Но вообще — здорово! Настя торопилась печатать дальше: ей не терпелось узнать, как развернутся события. Заглянула мама, но увидела, что дочка стучит по клавиатуре с пулеметной скоростью, и не стала мешать, а вышла и осторожно закрыла за собой дверь.
К ночи Настя напечатала тридцать пять листов и вымоталась до предела. Даже голова закружилась, когда встала. Зато в этот вечер она не тосковала. Просто сил на это уже не осталось.
Правильно она читала где-то, что от всех печалей помогает работа.
Утром Настя проснулась поздно и сразу вспомнила про недопечатанный детектив. Хотела садиться за компьютер, но тут вошла мама и заставила ее сначала пойти позавтракать.
После завтрака пришлось разбирать вещи, готовиться к поездке. Доставали летние наряды, казалось, уже надолго спрятанные в шкаф, смотрели, что нужно подшить, погладить, составляли список вещей. В общем, занятие увлекательное. Потом мама ушла в магазин, а Настя снова уселась за компьютер.
В детективе наступил самый ответственный момент: когда компания ребят во главе с Алешей и его девушкой Настей… Тут только до Насти дошло: это она — его девушка! Ничего себе… Правда, в книге чего только не бывает, но вообще-то…
А, ну и пусть. Может тот, кто будет читать, не сообразит, что Алеша — это Лешка, а Настя — она сама? Фамилии-то другие… И Настя вновь застучала по клавиатуре: ей очень хотелось успеть допечатать.
Тут позвонила Лена, спросила, что задано по русскому, и пришлось сначала искать дневник, а потом вспомнилось, что она еще сама ничего не сделала. Конечно, не так уж много и задано, но все равно, после разговора с подружкой про то, «как все здорово, что скоро сделают ремонт, и тогда…» — Настя села за уроки.
Потом опять немного попечатала, пока папе срочно не понадобилась ее помощь: она часа три набирала на компьютере какие-то таблицы. Жуткая работа! Но помогать надо, ничего не сделаешь.
Так что весь воскресный день у Насти получился разорванным на мелкие кусочки, и к вечеру она не смогла бы отчетливо вспомнить, чем и сколько времени занималась. И вообще, сегодня — это еще сегодня или уже завтра?
Несколько оставшихся до каникул дней прошли как во сне: Настя с утра шла в школу, а после уроков бежала домой, быстро обедала и отправлялась в квартиру Дениса — снимать обои со стен. В абсолютно пустой квартире гуляло по комнатам гулкое эхо, и сама квартира постепенно приобретала вид подвала — с облезлой штукатуркой на неровных серых стенах.
— Можно снимать фильм под названием «После атомного взрыва», — задумчиво сказал Лешка, разглядывая большую комнату.
Все расхохотались и стали придумывать новые названия для этих «декораций». Первую премию получило единогласно то, что предложила Лена: «Страшные сны вампира». Лена не смогла толком объяснить, почему именно вампиру должны сниться такие сны, но премию в виде шоколадки дали ей. Правда, эту шоколадку она тут же разделила на всех.
Часов в шесть Настя отправлялась домой — делать уроки и, главное, печатать! Подвига первого дня она уже повторить не могла — не было ни времени, ни сил, но листов на пятнадцать ее хватало, так что допечатать Лешкин детектив до начала каникул она успевала.
В школе все шло по-прежнему: ученики откровенно отдыхали в предчувствии каникул — все сильно устали к концу первой четверти, да и преподаватели уже не очень приставали. Настя иногда ловила на себе пристальный взгляд физика. И не только на уроке, а иногда и на перемене, когда они случайно встречались в коридоре.
Глава XIII
В ИНТЕРНЕТЕ СНЕГА НЕТ!
И вдруг все снова завертелось в радужной карусели! В школе наконец раздали дневники с отметками за первую четверть, и классная руководительница торжественно поздравила всех с началом каникул.
Домой Настя шла в приподнятом настроении, ярко светило солнце. По физике ей поставили четверку! Вообще-то могла бы и пятерку получить, если бы в начале четверти троек не нахватала.
Ничего, все еще впереди. Главное — Настя почувствовала, что может сделать все, если захочет.
Что еще надо человеку для счастья?
А надо, чтобы рядом были хорошие друзья, но у нее с этим — полный порядок! Вот она перекусит немного и опять пойдет к Денису — там осталось совсем немного обоев в маленькой комнате. А потом, может быть, они сходят куда-то отпраздновать окончание четверти.
К друзьям пойти не удалось. Дома царил кавардак: вещи валялись по всем стульям и диванам, посреди комнаты стоял раскрытым огромный чемодан на колесиках, а среди этого хаоса металась мама со списком в руках.
— Мама, что случилось? — испугалась Настя.
Выглядело все действительно жутковато.
Оказывается, ничего страшного, просто поездка перенеслась на два дня вперед. Нашлось три свободных места, к тому же за то, что им приходилось ехать чуть раньше, делали приличную скидку. Выгода потрясающая, зато проблем добавилось.
— Надо собираться, завтра уже самолет, а я ничего не успеваю, — пожаловалась мама, в сердцах швыряя в чемодан охапку кофточек, и беспомощно подняла глаза на Настю.
Девушка даже немного растерялась — она редко видела свою умную, рассудительную маму в таком состоянии. Но надо же что-то делать! И она поинтересовалась:
— Чай пить будем?
— Чай? — удивилась мама. — Чай — будем. Только у меня ничего не приготовлено. Я с работы позвонила на фирму, и меня там огорошили новостью. Пока писала заявление об отпуске, пока бумаги распихивала…
— Ага, — сообразила Настя. — Тогда я за печеньем. Самолет завтра когда?
— В двенадцать.
— Успеем!
И Настя умчалась в магазин. Купила еще ветчины и сыра, чтобы на ужин и на завтрак всем хватило, а заодно несколько шоколадок. Не помешают.
Потом бегом домой. Там ситуация несколько изменилась: мама больше не металась по комнатам, она сидела в той же позе, в которой ее оставила Настя, и задумчиво смотрела в стенку. Что она
