комнату, а потом позвала их на кухню. Там были распахнуты дверцы всех шкафов, и на полу стояли пустые раскрытые коробки.
— Складывайте все, — махнула рукой тетя Паша. — Только чашки не убирайте и пару тарелок оставьте, чтобы пообедать. Все, что бьется, переложите бумагой — вон стопка газет.
— Хорошо, — кивнула Настя и посмотрела на Лешку.
Тот глядел на нее и улыбался. Чего это он, спрашивается?
— В общем, располагайтесь, — и тетя Паша ушла.
— Ну что, начнем? — Девушка присела к коробкам. — Давай ты мне будешь подавать тарелки, а я их — заворачивать в бумагу.
Лешка все еще смотрел на нее, и только когда Настя повернулась к нему, отправился наконец к шкафу за посудой.
С посудой возни оказалось много — каждую плошку, каждую тарелку пришлось заворачивать в газету, да еще и перекладывать тряпками и кухонными полотенцами. Наконец полки опустели, все было переписано, коробки забиты, заклеены и пронумерованы. Настя с облегчением села на табуретку — все-таки это тяжелая работа. Лешка уселся напротив и откинулся спиной на стену.
Но отдохнуть им не удалось: заглянула Лена и позвала на помощь. Оказывается, надо снимать карнизы. Вот это работенка! Снимали шторы, складывали их, потом отдирали карнизы от стены и упаковывали их в какие-то тряпки, пеленали скотчем. Окон много, возни достаточно, и все ребята запыхались, перепачкались пылью и паутиной. Потом тетя Паша отправила их чиститься и по домам:
— Все, на сегодня хватит. Завтра, если сможете, приходите — упакуем остальное. А в субботу уже будут грузчики.
Выходя из квартиры, Настя оглянулась — пустые стены, вся мебель сдвинута к середине. Стало заметно, что квартира не такая маленькая, как казалось. Все-таки мебель здорово съедает пространство.
Интересно, как здесь будет, когда вселится семья Дениса? А впрочем, что гадать? Скоро увидим. И Настя поспешила вслед за друзьями.
На улице уже темнело — все же осень. Скоро вообще будет темнеть в четыре часа, и снег выпадет…
Ребята провожали Настю домой и разговаривали о том, надо ли приходить в субботу. Решили, что надо — мало ли, может быть помочь придется, да и вообще…
У дома Настя заторопилась — вдруг Костя прислал письмо? — и, попрощавшись, побежала по лестнице наверх. Лешка грустно посмотрел ей вслед и отправился домой. Но его взгляда Настя не уловила.
Дома ее встретила мама, удивилась, что дочка вся в пыли, спросила, «из какой мусорной кучи ее достали», но Настя отмахнулась и кинулась к компьютеру. Быстро загрузила Интернет, еле дождалась, пока сможет попасть на почту, и открыла нужную страницу.
Ничего!
Даже маленькой записки. Да что же такое?
Ну ладно. Наверное, и правда деньги кончились, и теперь надо ждать, пока он купит новую карточку? Или… Настя выключила компьютер и стала переодеваться.
Тут мама зашла в комнату:
— Это сразу в стирку неси. Где же ты перепачкалась?
— Денис переезжает на новую квартиру, и мы помогали вещи упаковывать. А как рукопись? — вспомнила Настя.
— Пока никак, — кратко ответила мама. — А вот с поездкой…
— Мам, я знаю, куда надо ехать, — вдруг осенило Настю. — В Египте есть такой отель — «Melia», там очень здорово! И можно попробовать взять горящие путевки, они будут дешевле.
— А ты откуда знаешь?
— У одной девочки в классе, — вдохновенно выкручивалась Настя, — брат ездил весной. Сказал, что понравилось.
— А можно с ним поговорить? — оживилась мама.
Такого вопроса Настя никак не ожидала и стала на ходу придумывать, что брат сейчас уехал куда-то учиться, и поговорить с ним никак нельзя. Мама подозрительно посмотрела на нее и ушла на кухню, а Настя умылась и села за уроки. До конца четверти почти ничего не осталось. А завтра физика…
Все-таки здорово получилось с отелем. Вдруг правда удастся туда попасть? Вот будет здорово, если она там с Костей встретится! А если он так и не ответит ей, то есть не захочет с ней иметь больше никаких отношений, то можно будет хотя бы посмотреть на него. Издали. Навязываться она не собирается!
На следующий день совсем подморозило, и Настя, когда бежала в школу, жалела, что не надела перчатки — утренний морозец кусался всерьез. Да, скоро зима, и с этим надо считаться. А в Египте лето…
Но подумать о возможной поездке нет времени. Первым уроком физика — не расслабишься! Настя влетела в класс за несколько минут до урока, села рядом с Лешкой и тут же вспомнила о рукописи. Но не в классе же об этом говорить! Поэтому она просто сказала «привет» и достала учебник и тетрадь. Сегодня АКМ должен сообщить результаты контрольной. Честно говоря, Настя немного волновалась. Отчего-то ей была важна эта отметка. И даже не из-за того, что родители за хорошие отметки покупали ей интернетную карточку.
Константин Михайлович вошел быстрым шагом и внимательно осмотрел класс. Насте почему-то показалось, что на ней он задержал взгляд чуть дольше, чем на остальных. Она вспыхнула — неужели совсем плохо? Но он отвернулся, пошел к столу, достал тетрадки с контрольными работами и стал их раздавать. Каждому. Сам. При этом заглядывал в тетрадь и говорил, какой раздел надо повторить.
Класс переглядывался — что за новый подход такой? Но не роптал: чем дольше длится раздача тетрадей, тем меньше времени останется на всякие дополнительные опросы.
Настя с замиранием сердца ждала своей очереди, а он как нарочно пошел с другого ряда. Наконец учитель сказал:
— Вознесенская Настя.
Настя подняла голову и встретилась с его глазами. Он внимательно несколько секунд смотрел на нее, потом подал тетрадь и сообщил:
— Отлично.
И пошел дальше.
Настя замерла, потом раскрыла страницу с контрольной — пять! С ума сойти! Нет, она, конечно, понимала, что написала неплохо, но что так… Здорово! Теперь и на каникулы можно с чистой совестью. Когда там они начинаются?
Урок все еще длился. АКМ не начал новую тему, а принялся объяснять, какие ошибки сделало большинство. Рассказал, как НА САМОМ ДЕЛЕ надо решать задачи, и стал вызывать к доске, давать эти задачки для решения. Народ маялся, АКМ поправлял ошибки, но к концу урока почти все — за исключением самых безнадежных — поняли, что надо было делать.
Настя за урок еще несколько раз ловила на себе взгляд учителя. Но может ей только показалось, что он ее выделяет из всего класса. Подумаешь, пятерку получила!
После уроков Настя вышла из школы вместе с Лешкой. В воздухе мелькали первые снежинки — несмелые, робкие. Совсем еще маленькие, они даже до земли не долетали, а таяли прямо в воздухе. Но
