Вдруг в нескольких метрах от Эйдена раздался всплеск. Это была Ланж — на животе, голова ее все еще оставалась погруженной в черную воду. Эйден пробрался к ней, перевернул лицом вверх, затем потащил к берегу. Уложив женщину на относительно сухое место, он начал вдувать ей воздух в легкие через рот. Прошло несколько секунд, и Ланж, сильно дернувшись, вновь начала дышать. Собрав все силы, Эйден ухватился за крепкое плечо женщины-воина и перевернул Ланж на живот. Затем он стал сильно нажимать на ее мускулистую спину, чтобы освободить легкие от воды. В Ланж было два метра тридцать сантиметров роста, причем все ее тело состояло из сплошных мускулов. Эйдену пришлось изрядно потрудиться.
Так же нелегко было и отнести ее к роботу. Ланж пыталась идти сама, но свалилась после первого же шага, потеряв сознание. Однако когда они все-таки добрели до машины, она снова, и уже окончательно, пришла в себя и настояла, чтобы спаситель положил ее. Жеребец ждал возле машины Эйдена, который принялся ему объяснять, что случилось, но Ланж перебила его:
— Сражение идет для нас не лучшим образом, — проговорила она. — Необходимо ввести в него ваше подразделение. Это просил меня сообщить вам Каэль Першоу.
Ланж в подробностях рассказала обо всем, что случилось перед тем, как она отправилась на задание. Жеребец заметил, что, судя по далекому то затихавшему, то нараставшему гулу, по отсвету вспышек в ночном небе, битва, должно быть, бушует и сейчас.
Повернувшись к Ланж, он указал рукой на рваные, глубокие царапины на лице и теле адъютанта.
— Скверные царапины, — заметил он.
— Не имеет значения, — махнула рукой Ланж. Тем не менее Жеребец быстро достал индивидуальную аптечку и начал обрабатывать раны.
— Я использую «Кровавые Лепестки», — сказал Жеребец. — Они воспрепятствуют распространению любой инфекции и ускорят регенерацию тканей.
Ланж, не слушая Жеребца, повернулась к Эйдену. Голос ее зазвучал решительно и властно:
— Если вы будете следовать теперешним курсом, то, скорее всего, выйдете из болота прямо в тыл Волков. Если, конечно, мои расчеты правильны. Мы знаем, как легко искомкаются показания приборов в здешних условиях.
— То, что мы в тылу у Волков, можно использовать как стратегическое преимущество, — заметил Эйден. — Но нас только восемь. Этого недостаточно для засады? Нет?
— Нет, — ответила Ланж.
— Тогда нам необходимо осуществить диверсию.
— Диверсию?
— Да. Вы можете подвести нас ближе к станции, к месту, где заработала бы связь?
— Разумеется. В десяти километрах отсюда есть возвышенность. Там я смогу наладить устойчивую связь со штабом соединения.
Жеребец продолжал обрабатывать Ланж раны, но она нетерпеливо оттолкнула его. Этот жест означал, что сейчас она не нуждается больше ни в какой медицинской помощи.
— Хорошо, — кивнул Эйден. — Мы пойдем пешком. Жеребец, подведи звено как можно ближе к позициям Волков, но не покидай болота. На мой мостик посади какого-нибудь свободного воина из тринария Джоанны. Через некоторое время я к вам присоединюсь.
Он обернулся к Ланж.
— Пойдемте. Кстати, вам придется вступиться за меня. Из-за этого, — он указал на Черную Ленту, — Каэль Першоу не станет со мной говорить, да и без нее он не принял бы совета от вольнорожденного.
Ланж подумала, что это в какой-то мере правда, но промолчала. У нее было предчувствие, что с помощью Хорхе им удастся выпутаться из безнадежной, казалось бы, ситуации и избежать поражения.
17
Джоанна подозревала, что манипуляции Кочевника серьезно повредили нейрошлем. Хотя техник и присоединил шлем обратно, Джоанна чувствовала себя в нем точно так же, как много лет назад, когда впервые его надела. От него словно исходили импульсы, вызывавшие головокружение, и возникало ощущение, что нормально функционирующий робот, как слепой, топчется по кругу.
У Джоанны мелькнула даже мысль, что Кочевник нарочно испортил прибор. Он, по ее мнению, был способен и на такое.
Она глубоко вздохнула. Воздухоочистители не работали, и в кабине стоял мерзкий запах. После того как Кочевнику с огромным напряжением удалось высвободить «ногу» робота, боль в его руке стала такой одуряющей, что его вырвало. Кое-как он сумел прибрать за собой, но запах остался. Проветривать же кабину смысла не имело не только из-за сломанных воздухоочистителей — снаружи царил еще более гнусный запах.
Кочевник долго ворочался и ворчал, пристраивая поудобнее свое разбитое тело, потом заснул — опять в жестком пассажирском кресле. Ворчал он потому, что Джоанна даже не поблагодарила его. В конце концов, он спас ей жизнь.
— Спасать своего командира — твой долг, — заявила ему Джоанна. — В этом нет никакого великодушия и вообще ничего выдающегося. Ты остаешься все таким же никчемным членом низшей касты, каким всегда и был. Я, конечно, должным образом отмечу тебя в своем рапорте. Но этим ограничивается благодарность, которую ты заслуживаешь.
— Делайте, как хотите, капитан, — пробормотал техник.
— Послушай, Кочевник, может быть, это тебя удовлетворит: я довольна, что могу дальше служить Клану. А это, без сомнения, твоя заслуга. Я уважаю тех, кто выполняет свой долг. Надеюсь, теперь ты счастлив?
— Честно говоря, даже не понял, о чем вы толковали.
Джоанна была рада, что теперь Кочевник спит. Его занудно-язвительные комментарии по любому поводу действовали на нервы почище зубной боли.
Она совершенно не представляла, где в данный момент находится. Ни один прибор на пульте управления не работал. Приходилось, как говорится, идти вслепую. Никаких ориентиров не было — болото и черная стена джунглей, поразительное однообразие.
У Джоанны здорово разболелась голова. Может быть, от нейрошлема? Она закрыла глаза, и на мгновение перед ней возникла картина полностью функционирующих приборов. Но в тот же миг робот шагнул в зыбкую топь. Это заставило Джоанну немедленно возвратиться к реальности и сосредоточиться на управлении. Голова заболела еще сильнее, когда робот угрожающе накренился, ударившись о толстое дерево. Джоанне послышалось, как что-то трещит в отделении под кабиной, но она сочла это игрой воображения или результатом неправильной работы шлема.
Теперь было абсолютно ясно — они ходят по кругу. Это часто случается с роботами на неизвестной территории, когда отказывают приборы. Джоанна потеряла всякое представление о том, что находится сзади, впереди, слева или справа. Из этого блуждания ничего хорошего не выйдет. С равным успехом можно просто стоять на месте.
Она остановила БМР и попробовала съесть оставшийся у нее паек. Удалось проглотить совсем немного: запах в кабине никак не способствовал улучшению аппетита.
Заглянув в смотровую щель, Джоанна приметила несколько высоких деревьев. Они были такими огромными, что выделялись даже в сплошном хаосе джунглей. Их ветки и листья время от времени дергались, словно какие-то животные, вероятно потревоженные нежданными пришельцами, затеяли беспокойную возню. Джоанна слышала, что некоторые животные проводят всю свою жизнь на верхних уровнях джунглей или лесов и никогда не спускаются на землю. Земля для них — своего рода сказочная страна, где побывали только некоторые особо отважные родичи. Для воинов Клана точно таким же сказочным, мифическим местом была Внутренняя Сфера. Много поколений назад их предки оставили ее, чтобы обрести где-нибудь среди далеких звезд новый дом. Тогда еще даже не было Кланов. С тех пор воины каждого поколения надеялись принять участие во вторжении во Внутреннюю Сферу. Решение о его начале должны принять Ханы — когда Кланы будут иметь достаточный военный потенциал для великой битвы.
Вдруг среди листвы одного из деревьев показалась отвратительная морда. Все мысли о пути Кланов у Джоанны сразу улетучились. Одного взгляда на монстра было достаточно, чтобы даже такой воин, как Джоанна, вздрогнул. Существо было чудовищным: с рогами, толстенной нижней губой и с клыками, похожими на ножи великана.
На подобное зрелище Джоанна отреагировала однозначно. Прицелившись из левого ПИИ, она выстрелила в уродливую башку и с удовлетворением пронаблюдала, как тварь падает вниз. Это было похоже на победу над монстром в ночном кошмаре.
Джоанна двинулась дальше.
Когда робот проходил мимо особенно мрачного переплетения лиан и ветвей, вдруг с громким предупредительным сигналом заработала радиостанция. Джоанна сразу же послала длинную серию позывных и неожиданно для себя через минуту получила ответ.
— Я слышу вас, капитан Джоанна, — послышалось из переговорного устройства, и Джоанна узнала голос одного из «вольняг» Эйдена.
— Где командир звена Хорхе? — спросила она.
— Он... он оставил свою машину и назначил командиром меня.
— Вас командиром?
— Да. Вы не согласны?
— Вы же знаете, что это именно так. Четверо из ваших... воинов принадлежат моему тринарию. Вы не можете ими командовать. Нужно выбрать начальником одного из них. Их не должен вести подонок-вольнорожденный!
