Джоанне запуск ракеты казался отличным примером абсурдной, нелепой тактики. Она и не ожидала ничего другого от Эйдена, в любом придуманном им плане могли быть лишь псевдовеличественные жесты, сомнительные хитрости и атака без всякой логики. Все это как раз в духе Эйдена. Еще с той поры, когда он был кадетом. Теперь же он стал воином, и тяга к таким действиям неизбежно приведет его к гибели. Джоанна презирала все, чем Эйден гордился. Нужно быть невменяемым, чтобы позволить обстоятельствам загнать себя под фальшивую личину грязного «вольняги». Это означает только одно: Эйден никогда не завоюет Родовое Имя. Джоанне было очень горько, что сама она до сих пор терпела поражения на Испытании Крови. Но она искренне верила, что если бы Эйден получил Родовое Имя — это было бы настоящим оскорблением всему самому святому в обычаях Клана.
По сигналу Эйдена Джоанна двинула свой боевой робот вперед. Необходимость исполнять приказы жалкого командира звена приводила ее в безумную ярость.
Эйден смотрел на огненный след ракеты с восторгом. Не было во всей Вселенной такой вещи, к которой Эйден рвался бы с яростью фанатика, кроме воинской славы. Не имело значения, кем его считают остальные, — верно— или вольнорожденным. Бой был для него всем; бой и слава, которую можно заслужить.
Отдав сигнал к наступлению, он вышел из Кровавого болота. В быстро угасавшем свете ракеты роботы выглядели чудовищами. С их конечностей стекала болотная грязь. Облепившие их листья и мох летели прочь. Они напоминали каких-то древних гигантов, только что вышедших из болотных глубин.
Последняя вспышка ракеты на мгновение окрасила все в неестественно яркие цвета, и поле битвы снова погрузилось в предутренний сумрак. Отдаленная линия Волков, теперь чуть неровная, выглядела серой в предрассветной дымке. Струи пламени, вырывавшиеся из орудий и прыжковых ранцев атаковавших Элементалов, образовывали причудливую огненную сеть.
19
Едва Эйден выбрался из болота, как его «Разрушитель» сразу пошел заметно легче. Поднимаясь по склону, он шагал уверенно и быстро. После долгого пребывания в джунглях и на болоте Эйден чувствовал себя не совсем уютно на твердой почве. Но «Разрушитель» с легкостью взобрался на склон. Часовые-Элементалы Клана Волка уже открыли огонь, но он был беспорядочен и малоэффективен. Как Эйден и подозревал. Радик включил в свою Заявку слишком мало Элементалов, так что ему почти некого было оставить прикрывать тылы. Одна очередь из лазера средней дальности — и целое отделение пехотинцев исчезло во всепожирающем пламени. «Разрушитель» перешагнул через обугленные трупы. Эйден повел его дальше.
Основной экран высветил удар вражеской РДД, но Эйден успел включить противоракетную систему, и снаряд взорвался, не причинив воинам Кречета ни малейшего вреда. Вместо этого большая часть шрапнели попала в пехоту Волков и вспомогательный персонал. Несколько складских куполов охватил пожар.
Увидев, что в битву вступили его «болотные» воины, Першоу испытал удовольствие по двум причинам. Во-первых, сразу же изменился ход битвы; во-вторых, он представил, какое замешательство и раздражение возникло в этот момент на лице Радика! Даже боевой робот Радика, казалось, заколебался, решая, стрелять ли по роботам Кречетов перед ним или повернуться и уничтожить маленький вражеский отряд в тылу.
Это замешательство дало воинам Кречета как раз достаточно времени, чтобы выполнить вторую часть плана Эйдена.
«Бешеный Пес», которого Ланж серьезно повредила непрерывным потоком огня, готов был вот-вот опрокинуться. Зная, что он будет легкой добычей для приближавшихся роботов Кречета, Ланж включила радиосвязь и скомандовала своим солдатам двигаться по направлению к командному пункту Волков.
Высоко взлетавшие на ревущих прыжковых двигателях Элементалы Кречета выглядели на фоне светлевшего неба воистину устрашающе. Элементалы-Волки, уже изрядно потрепанные стремительной атакой Кречетов с тыла, пришли в полное замешательство. Они никак не ожидали нового броска Кречетов с середины поля, откуда те, казалось бы, давно были вытеснены.
В командном пункте Волков шла напряженная работа. Техники-тактики отсылали сообщения воинам-водителям роботов и Элементалам, пытаясь скоординировать действия находившихся в поле штурм-легионов. Каждому воину или группе было необходимо указать цель, и сообщения так и летали по линии связи.
Находившийся на другой стороне поля Каэль Першоу видел: для того чтобы отразить атаки наступавших Кречетов, Волки перестраивали свои ряды.
Если Хорхе не удастся вскоре выполнить свою задачу, то перевес в битве вновь будет у Волков. Это совершенно ясно. У него, Каэля Першоу, слишком мало людей для длительного боя, именно истощенность Кречетов может позволить Клану Волка вновь вырвать едва не ускользнувшую победу.
Джоанна увидела, что Эйден попал в серьезную переделку. Его атаковал вражеский «Громовержец», только что миновавший линию Элементалов Кречета и ранивший двоих пехотинцев скользящим ударом «ноги». Эйден не заметил, как враг выпустил из левой «руки» залп РБД. Ракеты попали «Разрушителю» в грудь и взорвались, отколов большой кусок брони прямо над термоядерным двигателем. Еще один такой удар — и боевой робот будет выведен из строя, а значит, не способен выполнить задание до конца. Это, вероятнее всего, приведет к поражению Кречетов.
Зная, что сама она находится слишком далеко от командного купола, а потому не сможет выполнить задание Эйдена, Джоанна решила, что ей сейчас лучше всего броситься на атакующую машину противника, используя все имеющееся оружие. Джоанна была к врагу ближе всех и единственная из Кречетов пока еще не попала под огонь. Другие же машины уже завязли в тяжелых поединках. Один из роботов тринария шатался, попав под сконцентрированный огонь Элементалов.
Нацелившись на опасного, хорошо вооруженного врага, Джоанна ринулась вперед с решимостью, за которую заработала в течение своей службы столько же проклятий, сколько и похвал. Подойдя на нужное расстояние, она выпустила залп ракет малого радиуса действия, надеясь, что водитель «Громовержца», занятый Эйденом, не заметит ни на одном из своих экранов ее робота. Быстрые, как молнии, ракеты устремились в цель, но Джоанна не стала ждать результатов и дала еще один залп — на этот раз из установок, расположенных на «бедрах» робота. Если первая группа ракет не нанесет врагу урона, то, вероятно, сработает неожиданно появившаяся вторая. Увеличив скорость своего «Вурдалака» до максимума, она открыла огонь из ПИИ на «руках» робота.
Температура в кабине быстро повышалась, и с Джоанны ручьем тек пот. Она выстрелила из строенного лазера средней дальности, вмонтированного в грудь «Вурдалака», затем выключила автоматический тепловой предохранитель термоядерной установки. Для нее больше не имело значения, что от страшной жары, идущей от перегруженного двигателя, расплавится броня. Не имело значения и то, что она сама может живьем изжариться в кабине. Для нее существовала только битва, которую она должна выиграть. Только вражеский боевой робот, который нужно уничтожить.
"И все это, — подумала Джоанна с горечью, — чтобы спасти хвастливого самозванца, ставшего в большей степени вольнорожденным, чем любой настоящий «вольняга».
Эйден, с трудом выровняв боевой робот после атаки «Громовержца», сначала не заметил, как Джоанна вмешалась в стычку. В первый момент он подумал, что следы ракетных ударов на корпусе «Громовержца» — результат его собственных залпов. После взрыва первой серии ракет у вражеского робота на груди осталась длинная, глубокая выбоина, вторая серия разорвала броню чуть ниже кабины. Тут Эйден наконец увидел быстро приближавшийся «Вурдалак» Джоанны, которая вела столь сильный огонь из ПИИ, что, без сомнения, рисковала погибнуть от страшного жара внутри кабины.
Прошло несколько мгновений, прежде чем он понял, что она его спасает. Эта стерва спасает его! Отнимает добычу! Водитель «Громовержца» катапультировался — и как раз вовремя. Его машина словно растаяла в бушующем пламени взрывов. Эйдена охватили гнев и разочарование, но он сражался дальше, чтобы вновь утвердить свое превосходство. Внезапные действия Джоанны позволили ему продолжить исполнение плана дальше и выйти из сражения даже с большей славой.
Быстро проверив повреждения, Эйден увидел, что выстрелы «Громовержца» вывели из строя правую «руку» его робота с ПИИ. Жаль! Эйдену была так необходима исключительная прицельность этого оружия. Теперь придется положиться только на ракеты да на скорострельную пушку.
Все равно. Если план хорош, то Эйден победит, даже если все оружие будет выведено из строя. Если же план плох, то Эйден заслуживает того, чтобы его тело пеплом рассеялось по полю битвы и, подхваченное ветром, исчезло в мареве Кровавого болота.
