боевые артефакты королевств, — признался ей, чуть склонив голову к собеседнице. — Полагаю, вы возглавляете один из отрядов пограничных войск клана?
Эрика улыбнулась.
— Разумеется, ваша милость.
— Можно просто Киррэл, — улыбнулся я в ответ.
— Как пожелаете, Киррэл, я действительно командую отрядом на землях рода. Впрочем, полагаю, вы и так это поняли. О вас ходят слухи, что вы и сами не прочь повоевать, когда кто-то посягает на ваше, — она отставила бокал и взялась за приборы. — Байрон Мизинг о вас достаточно высокого мнения, а этого на моей памяти добивались очень немногие, тем более в вашем возрасте.
Я пожал плечами и демонстративно вздохнул.
— Увы, иногда насилие — кратчайший путь, — сказал, глядя в яркие зеленые глаза. — Но вообще сам я считаю себя больше артефактором, чем воином. А потому вы вызываете у меня двоякое впечатление — с одной стороны, я искренне восхищаюсь вашей несравненной красотой, а с другой — как военного чародея я вас уважаю.
Она мягко улыбнулась, на мгновение утратив облик амазонки, превратившись в обычную женщину. Впрочем, впечатление практически тут же испарилось.
— В таком случае я бы взглянула на ваши изделия, если вы пожелаете мне их продемонстрировать, — ровным тоном произнесла она.
— Мне бы тоже этого хотелось, — вставил, подключаясь к разговору Салаз, нагло улыбаясь сидящей напротив него девушке. — Говорят, Шварцмаркты хранят свои секреты уже сотни лет и никого близко не подпускают к ним. Но вот мы здесь, наслаждаемся великолепной кухней, и я начинаю понимать твоих предков, Киррэл. Если бы мои повара готовили так же, я бы и сам не спешил покидать поместье.
Я вежливо улыбнулся в ответ. Молодец старик, напомнил мне о приличиях и, негласно, разумеется, взял на себя смелость руководить ужином. Если бы вот это был мой дед, я был бы только рад.
Беседа быстро перешла в обсуждение последних политических новостей, и я больше слушал. В Чернотопье слишком редко приходят актуальные сведения, а потому о подавляющей части событий я и не подозревал.
Семейство Равендорф, с которым я имел возможность познакомиться достаточно близко, постепенно теряло членов рода — старость брала свое, и клан Равенов спешил прибрать к рукам осиротевшие предприятия родственников. Меж тем брат Томаш, возглавляющий церковь Райога на территории Крэланда, укреплял позиции королевского совета.
— Зальц отступятся, — махнув рукой, пренебрежительно поморщился Заммен. — Сейчас у них половина производств либо в руинах, либо без рабочих. Чтобы раскачаться заново, им придется вложить слишком много средств и сил. Так что в этом сезоне у нас есть шанс потеснить их северный союз.
— Не стоит забывать, что Равентурм направила к нам ревизоров, — возразил Миззен, погрозив тому вилкой с наколотой на зубья красной рыбой. — Я практически все время был вынужден сам проверять все и вся, чтобы, не приведи Райог, эта…
Он бросил на меня взгляд и осекся на полуслове. Но я сделал вид, что меня это совершенно не касается, и родственник Байрона продолжил:
— Слухи ходят разные в столице, но вроде бы король как-то умудрился разбазарить казну, и теперь ее срочно нужно восполнить. Так что я не собираюсь уступать Равенам ни пфеннинга.
Я же повернулся к Эрике, весь разговор сохранявшей молчание.
— А вы что скажете? — улыбнулся я, покачивая бокалом в руке.
Никто особо не налегал на выпивку, да и вино было подобрано к блюдам, исключительно ради вкуса. У меня не было цели споить гостей, нам все же предстоит работать уже завтра, а на похмельную голову это делать слишком сложно.
— Я всего лишь воин, Киррэл, — мягко проронила та, стараясь избежать ответа.
Бароны взглянули на меня с легким недоумением. И верно, в их глазах она скорее диковинка, чем настоящий воин. Впрочем, я человек другого мира, и женщиной в армии меня не удивить. Тем более что они не такая уж и редкость, если смотреть статистику по всему Эделлону.
— И именно поэтому я бы хотел услышать ваше мнение, — настоял я, поводя рукой вокруг. — Здесь и сейчас собрались строители и промышленники. Наши производства мало общего имеют с войной как таковой, а вы в этом мире крови и смертей живете. Стоит ли нам опасаться Агнесс Равентурм и ее проверяющих?
Эрика бросила вопросительный взгляд на Миззена, и тот кивнул, дозволяя девушке ответить. Я заметил этот момент, но заострять на нем внимание не стал — в конце концов, он старше в иерархии клана и принимает решения за всех его представителей у меня в гостях.
— Я полагаю, что вместо того, чтобы грабить аристократов, удержавшихся на плаву во время войны, — повернувшись ко мне и глядя в глаза, заговорила Эрика, — совету следовало обратить внимание на наших соседей. Крэланд ослаб, и любое внезапное нападение может стать для нас фатальным. Но я воин, и мое мнение не следует считать единственно верным, ведь я ничего не понимаю в политике или экономике. Спросите лекаря, и он скажет, что именно его дело важнее всего, а сапожник — свое.
Я улыбнулся в ответ.
Она точно не дура, соображает. Может, и не абы кого выдернул Миззен, а специально подобрал столь колоритную фигуру.
— Благодарю за ваше мнение, Эрика. Что же касается артефактов, то я с радостью продемонстрирую свои товары завтра после завтрака.
— Ваша милость, — подала голос Августа, сидящая сразу за Гольцем.
— Просто Киррэл, дорогая Августа, мы ведь все здесь друзья, — улыбнулся я.
— С вашего позволения я бы хотела завтра с утра приступить к работе. Не поймите неправильно, однако дедушка лучше разбирается в ваших делах, а у меня есть обязательства перед вашим баронством.
При этом она кинула на Эрику полный превосходства взгляд. Ну да, только Августа связана со мной договором, остальные девушки скорее красивые птицы, на которых можно любоваться, а Салаз не только дочь старшего рода в клане, но и специалист, которого я нанял.
На миг у меня закралась мысль, что девушки еще заставят меня пожалеть о решении пригласить их к себе. Только войны за титул будущей баронессы мне не хватало.
Эрика подколки не заметила, она здесь исключительно по долгу рода. А вот Ханна чуть дернула бровью.
— Действительно, Киррэл, вам не следует затягивать с работами, — произнесла она очаровательно низким голосом с легкой хрипотцой, от которого я сразу увидел ее голой на простыне с распущенными волосами.
