началась менструация. Обильное кровотечение после такой задержки вполне нормальное явление. Цикл сбился из-за нервов и… Я сделал УЗИ. У девушки киста левого яичника, но это не страшно, надо будет ещё осмотреть через месяц, но, скорее всего, всё придёт в норму. Беременности нет и, с большой уверенностью могу сказать, что не было. Все необходимые анализы я взял, как только получу результаты, смогу назначить лечение.
— Я понял. Спасибо, — кивнул Егор.
— Если Рамен Тамерланович не против, то вы можете забирать девушку домой. По моей части показаний к госпитализации нет. Всего доброго.
— Спасибо, — ещё раз поблагодарил Егор. — Вы уверены, что Тасю лучше оставить? У неё сплошные стрессы и… — обратился он к терапевту.
— Лучше оставить, Егор. По крайней мере, до завтра. Затянувшееся сотрясение мозга — это не шутки.
Егор поджал губы и кивнул. Он бегло посмотрел на палату.
— Я могу зайти к ней?
— Разумеется. Решайте вместе, останется она или нет. Если останется, то нужны чистые вещи, гигиенические принадлежности и… Впрочем, список выдадут на стойке администратора, если всё же Таисия останется тут.
Егор не слушал дальше. Он зашёл в палату и замер на пороге, не решаясь шагнуть дальше. Тася выглядела перепуганной и раздавленной. Она смотрела на него своими большими заплаканными глазами, обрамлёнными мокрыми от слёз ресничками, и ждала.
— Что они говорят? — не выдержала Таисия и всхлипнула.
В эту секунду она так напоминала хрупкую фарфоровую куклу, что едва удалось удержаться на месте.
Егор мог ничего не говорить про ребёнка, мог продолжить обман, но он не хотел строить отношения с Тасей на лжи.
— Говорят, что тебе следует остаться под наблюдением на несколько дней, пока все анализы не придут, и не будет составлен план лечения. Пока Рамен Тамерланович утверждает, что у тебя сотрясение…
В горле Егора застрял ком, не хватало сил сказать про ребёнка, язык не поворачивался, но Тася спросила первой:
— А ребёнок?
Егор сомневался несколько секунд. Он мог бы заплатить врачам, и историю с ребёнком можно было успешно разыгрывать ещё пару месяцев, только бы Тася находилась рядом, но обманывать столь искреннего человека мужчина не посмел.
— Нет никакого ребёнка, Тася, и не было. Доктор сказал, что это всё гормональный сбой. Цикл возвращается, и теперь всё будет нормально.
Девушка приложила руку ко рту и сморгнула несколько слезинок. Снова захотелось рвануть к ней и обнять, но Егор представил себе эту ситуацию и испугался.
— Тась, скажи, что-нибудь, — попросил он.
— Я просто не знаю… Наверное, Бог сжалился надо мной. Возможно, я была неправа, и Он всё-таки милостив к таким, как я, — всхлипывая, ответила девушка.
— Ты готова остаться в медцентре?
В её взгляде читался страх. Егор обвёл взглядом палату. Неуютная комната, даже на гостиничный номер класса эконом непохожа из-за этого медицинского оборудования, при взгляде на которое накатывал ужас. Кровати всего две, большое окно с видом на пруд. В целом не так тоскливо, как могло оказаться в бесплатной больнице.
— Да, если это нужно, — выдавила Тася. — Тем более сейчас вам нет необходимости так печься обо мне, я же не жду больше ребёнка от вашего сына, от… В общем, от Стаса.
«Глупая», — крутилось в голове Егора.
— Ладно. Тогда я поеду, куплю всё, что написал доктор, и привезу сюда, а завтра уже решим, что будем делать. Хорошо?
Тася кивнула.
Егор вышел из палаты, чувствуя, как сердце сжимается от боли, что оставляет свою девочку одну. На стойке администратора мужчина получил список и оплатил услуги. Сев в машину, мужчина начал читать и хохотнул, когда дошёл до одного из пунктов.
— Ну что же, Егор Константинович, сегодня ты впервые в жизни будешь покупать прокладки, — буркнул себе под нос мужчина, радуясь, что написали, какие именно нужны, и ему не придётся скупать весь магазин, чтобы угадать.
* * *
Тася не могла поверить в то, что беременности нет. В голову навязчивыми маленькими шажками закрадывалась мысль о том, что всё дело в матери — она специально обманула, — но поверить в то, что родной человек смог бы так издеваться, было невозможно. Тася старалась свести всё к отсутствию профессионализма у тёти Светы или списать на простой человеческий фактор: мало ли кто и что мог напутать в анализах.
Как только Егор Константинович (мысленно пока было сложно дружески думать о нём) ушёл, девушка сразу же достала телефон и хотела позвонить своему Страннику, чтобы обрадовать его, сказать о том, что беременности нет, но остановилась. Анализы ещё не пришли, гинеколог мог ошибиться, поэтому Тася опасалась делать преждевременные выводы и радоваться раньше времени. С другой стороны, начались месячные. Прокладку ей дали в больнице, но щёки в секунду вспыхнули от смущения, ведь она и представить не могла, как будет просить Егора Константиновича купить ей их — ведь в больнице же снабжать никто не будет.
Свернувшись калачиком на больничной койке, Тася посмотрела на вторую и почувствовала, как внутри всё сжалось от одиночества. Она потянулась к телефону и написала Страннику сообщение в мессенджере.
Тася: «Привет! Сегодня такой странный день… Я попала в больницу. Мне порой кажется, что это моя стихия — попадать в неприятности. Говорят, ничего серьёзного, но Егор Константинович беспокоится о моём состоянии и хочет, чтобы осталась тут, пока не придут все результаты анализов. Так странно… Он заботится обо мне, несмотря на то, что сегодня мы узнали, что ребёнка нет».
Перечитав сообщение, Тася поджала губы, оттого что не сдержалась и написала про ребёнка. Сердце как-то гулко забилось в груди. Тася прикрыла глаза и расслабилась. Она всё же нажала на кнопку отправки сообщения и стала ждать ответ. Телефон завибрировал в руке скоро.
Странник: «Маленькая моя, и что ты теперь думаешь? Когда ребёнка нет? Как ты себя чувствуешь?».
В висках запульсировало от вопроса, вопроса который при любом удобном случае задавал ей Егор Константинович.
Тася: «Я в порядке. Это так странно, но вы с ним похожи в одном: одинаково беспокоитесь обо мне. Насчёт ребёнка… Я пока не готова что-то загадывать, вдруг беременность снова обнаружат, когда придут анализы?».
Странник: «Это вряд ли, маленькая! Если доктор сказал, что ничего нет, значит, так и есть».
Тася: «Пока голова пустая… Я не знаю: вернуться домой или пойти на работу и снимать что-то… Оставаться в доме Егора Константиновича я не смогу».
Странник: «Почему?».
Тася нахмурилась и шумно выдохнула. Вот для чего Странник задал этот вопрос и снова заставил думать, что он и Сабуров одно лицо?! Поймав себя на мысли, что на подсознательном
