Пыльный вернулся в свою машину. Девчонки уже успели выпить по баночке пива и чувствовали себя гораздо раскованнее, чем в самом начале. Музыка в салоне звучала гораздо громче, а губы у подруг были накрашены свежей помадой. Им явно хотелось продолжения.
Пыльный усмехнулся и залез в бардачок. Узбеки оставили ему пару косячков. Сейчас было самое время ими воспользоваться. Раскурил один. Затянулся сладковатым дымом, зажимая папиросу в кулаке. Потом протянул подругам.
— Хотите затянуться?
Одна из подруг — та, что посмелее, — не отказалась. Сделала один маленький затяг и закашлялась.
— Ничего, — успокоил ее Пыльный. — Так часто бывает по первому разу. Зато потом будет круто. Обещаю!
Пыльный откинулся затылком на кресло и уставился в потолок.
— Сейчас приду в себя. И поедем, покатаемся.
Он посмотрел на девчонок.
— Надеюсь, вы не против?
— Я нет, — ответила та, что посмелее. — А вот Света боится.
Пыльный посмотрел на ту, которую звали Света.
— А чего боишься-то?
Света пожала тоненькими плечами.
— Не знаю.
Пыльный засмеялся:
— Не бойся. Я не кусаюсь.
И смешно щелкнул зубами. Видимо у него начался приход, потому что Пыльный тут же начал хохотать, как сумасшедший, и клацать челюстью. Сколько времени продолжался смех, он не знал, но когда пришел в себя, увидел, что в машине сидит только одна подруга. Та, которая курила вместе с ним.
Пыльный вытаращил на нее мутные глаза и удивленно спросил:
— Ты кто?
— Лена, — ответила девушка.
— А, понял. А где твоя подруга?
— Ушла.
Пыльный повернул зеркало заднего вида к себе, так чтобы увидеть в нем площадь. В первую очередь его интересовал красный «мицубиси».
— А ты что не ушла?
— Так ты же обещал покатать?
Машина стояла на прежнем месте. Правда, кто в ней сидел, в зеркало разглядеть было невозможно.
— Обещал, значит покатаю. Как, говоришь, тебя зовут? Лена?
— Да.
— А меня Саша. Будем знакомы.
Повернув ключ зажигания, Пыльный услышал ставший уже привычным рык мощного двигателя. Выжал сцепление, не отпуская тормоза, переключил скорость и резко с визгом колес и запахом паленой резины стартанул. Одновременно с ним с другого края улицы стартанула темно-зеленая «четверка» с помятым боком и заляпанными номерами. На светофоре она догнала «порше» и поравнялась боками. У «четверки» были тонированные стекла, поэтому Пыльный не видел, кто сидит внутри соседней машины. Какая ему была разница!
Однако боковым зрением он увидел, как стекло у «четверки» поползло вниз. Потом он увидел глаза и дуло пистолета с глушителем. Стрелок в «четверке» замешкался на какие-то доли секунды. Можно сказать, что они-то и спасли Пыльного. Вдавив педаль газа в пол, Пыльный в буквальном смысле выпрыгнул вперед на проезжую часть перекрестка. На светофоре в это время горел желтый свет, но дорога была чистая. Пыльный, не сбрасывая ноги с газа, резко вывернул руль и погнал по пустынной трассе. Потом он часто себя спрашивал, почему он просто не пересек перекресток, почему он повернул налево и начал петлять по городу, сворачивая во все переулки, пока, наконец, не выскочил на главную трассу города, улицу Гагарина, и не помчался в сторону Москвы. Удивительно, что он совершенно не видел мигающего семафора на железнодорожном переезде.
Улицу Гагарина в одном единственном месте пересекала железнодорожная ветка, по которой возили грузы из Центрального аэродинамического института. Поскольку институт практически не работал, то и железнодорожная ветка уже давно не работала. Надо же было такому случиться, что в ту ночь по узкоколейке должен был пройти один поезд с одним единственным вагоном. Вот в этот поезд Пыльный и врезался на скорости 90 километров в час. Больше он просто не успел разогнаться. Подушки безопасности его спасли от смерти. С тяжелейшими травмами он попал в хирургическое отделение городской больницы. Девушка же умерла раньше. Пуля убийцы пробила заднее стекло и попала ей в шею. Она умерла от большой потери крови.
Глава 8
Совет депутатов города Петляков
Светлана Петровна Прапорщикова, председатель городского собрания, постучала ручкой по стакану с водой и попросила тишины.
— Уважаемые депутаты, предлагаю вам начать наше заседание. Сегодня у нас на повестке дня три вопроса. Разрешите, я зачитаю.
Она взяла в руки протокол заседания. И еще раз окинула взглядом депутатов. Прямо перед ней за длинным столом сидело десять человек. Небывалый случай — все депутаты в сборе. Сегодня на заседании присутствовал даже Юрий Петрович Позднев, врач-хирург. За последние три года это был четвертый раз, когда он пришел на заседание. Обычно он появлялся только в начале года, когда решался вопрос о выделении средств из городского бюджета на его хирургический центр, голосовал за увеличение бюджета и, получив нужный ему результат, благополучно забывал о своих депутатских обязанностях до следующего года.
Светлана Петровна тяжело вздохнула и перевела взгляд на оператора. Прямо перед ней на штативе стояла камера местного телевидения, рядом с ней суетился молодой оператор. Он явно нервничал и никак не мог настроить фокус.
— Позвольте, позвольте, — прервала председателя Галина Васильевна Ферапонтова, директор первой городской гимназии. — Я не поняла, какие три вопроса, я считаю, что мы сейчас не можем ни о чем другом говорить, кроме как об этих ужасных преступлениях, которые в буквальном смысле захлестнули наш город. Вы пригласили начальника ОВД или, не знаю там, кого, прокурора? Кто нам скажет, какие меры приняты для того, чтобы жители могли спокойно ходить по улицам города?
Светлана Петровна посмотрела в правый угол зала, где на небольшом столике сидел секретарь собрания. Молодой человек по имени Максим. Увидев ее взгляд, он вскочил, как будто его вызвали к доске.
— Мы пригласили Василия Федоровича на заседание. Он сказал, что обязательно будет и подробно все расскажет. Правда, сказал, что не успеет к началу заседания. Просил подождать. Поэтому мы и включили в повестку дня еще два вопроса.
Светлана Петровна повернулась к Ферапонтовой.
— Вот видите, Галина Васильевна, все разъяснилось. Как только Колов подойдет, мы тут же прервемся и заслушаем его доклад. А сейчас разрешите, я все же зачитаю повестку дня заседания.
Галина Васильевна недовольно передернула плечами и, уткнувшись глазами в листок бумаги, который лежал перед ней, пробурчала:
— Чего его читать, повестка дня лежит у всех перед глазами.
Прапорщикова не обратила на ее ворчание никакого внимания. Такое нытье повторялось на каждом заседании. И она уже устала говорить, что это нужно не для них, а для избирателей, которые узнают информацию через телевидение.
В обычной жизни она была директором городского телевидения, а начинала свою карьеру как телеведущая, поэтому всегда заботилась о том, как она будет выглядеть на экране, и что увидят ее зрители. Ее электорат. Именно поэтому она терпеливо дождалась, когда оператор, наконец, настроил аппаратуру, и когда тот сделал ей знак, что готов, с выражением зачитала, глядя немигающим взглядом, в объектив:
— Уважаемые депутаты, сегодня нам предстоит обсудить и по возможности принять решение по следующим трем вопросам.
Первое. Утверждение плана перспективного строительства города. По этому вопросу должен будет выступать сам Артем Николаевич.
Она подняла глаза и снова посмотрела на секретаря. Максим кивнул головой: «мэр сейчас подойдет!» Светлана Петровна обвела всех взглядом, ожидая каких-то реплик, но все молчали, поэтому она продолжила:
— Второй вопрос. Все вы знаете, что недавно в наш город поступило предложение о строительстве крупного этнопарка. Инвесторы зарубежные. Деньги в бюджет немалые. Но у них есть условие: — возвращение нашему городу исторического названия — Задонска. Сегодня хотелось бы принять решение о проведении референдума по этому поводу. По этому вопросу докладывать буду я.
Не дожидаясь, пока по залу покатиться гул обсуждения, Светлана Петровна, продолжила:
— И третий вопрос. Его попросил включить в наше заседание Юрий Петрович.
Прапорщикова посмотрела на Позднева. И тот еле заметно кивнул ей головой в ответ.
— Как вы уже поняли из выступления депутата Ферапонтовой Галины Васильевны, вопрос связан с ужасным случаем, который произошел на днях в нашем городе. От рук подонков погиб совершенно невинный ребенок, внучка уважаемого в городе человека, главного врача городской больницы, Леночка Шишкина.
Галина Васильевна всхлипнула и промокнула глаза платочком.
— Лена была нашей лучшей ученицей. Это такой удар для всех.
Прапорщикова кивнула головой в знак согласия.
