— Кто? — спросил Солон.
— Призраки, — ответил мальчик, и от этого слова по коже Солона пошли мурашки.
— Призраков не бывает, — сказал сержант Заградительных Сил, Фолчес, хотя в его голосе было мало уверенности, а Солон не был уверен, пытался ли солдат успокоить мальчика или себя»
Но он был согласен с Фолчесом. Он не верил в духов или призраков, но нечто забрало всех людей. Тысяча пятьсот человек не могли просто исчезнуть.
С тех пор как мальчик оказался на борту, он тенью следовал за помощником техника примарис Чолосом. Солон был только рад, что мальчик не увязался за ним. А Чолос словно наслаждался этим и даже предложил сделать мальчика юнгой краулера.
— Да, сюда, — сказал он, когда мальчик с аппетитом набросился на отвергнутую Солоном еду. — Ты голоден, так?
— Найди среди беженцев потерявшую ребенка женщину, — сказал Солон, — и передай ребенка ей.
— Ох, мне не сложно присматривать за ним, — возразил Чолос.
— Нам под ногами не нужен любопытный маленький ребенок, — сказал Солон. — Передай его кому-нибудь из беженцев. Внизу есть множество женщин, которые могут им заняться.
Чолос пристально посмотрел на Солона и сказал, — Не слушай его, мальчик. Он просто ворчливый старик.
А Диос, слоно не замечая разговора, уделял все внимание обеду. Последний раз облизнув стандартную изогнутую ложку, он закончил есть, громко чмокнув губами.
— Чолос, — начал Солон, но его слова оборвались, когда комната резко вздрогнула. Внезапно краулер остановился, и вспыхнули предупредительные огни. Из коридора донесся вой сирен. Солон встал и бросился к двери.
— Какого черта? — спросил Чолос, вскакивая и опрокинув двери.
Последовал второй удар, а стаканы вылетели из креплений и разлетелись об пол. Солон вцепился в дверной проем, чтобы устоять на ногах.
— Призраки, — прошептал перепуганный мальчик, чьи глаза расширились как блюдца.
— Вперед, Вперед, вперед! — крикнул Фолчес, когда разъехались боковые двери краулера.
Сержант спрыгнул и на корточках приземлился на лед, его лазерный обрез гудел, наполняясь энергией.
Шторм все усиливался, а яростные ветра хлестали солдат Заградительных Сил Сциллы, когда те выпрыгивали в ураган кружащегося льда.
— Не вижу чертову штуку, — прошептал один из людей Фолчеса, его голос протрещал в левом ухе сержанта через микопередатчик.
— Краулер ударили с северо-востока, — сказал Фолчес. — Выдвигаемся, построение россыпью.
— Как, черт побери, мы будем сражаться с теми, кого не видим? — спросил другой солдат дрожащим голосом. Страх, понял Фолчес. Он резко обернулся и схватил солдата за плечо.
— Ты закончил? — Рявкнул Фолчес в его лицо, и солдат слабо кивнул. Сержант отбросил его, и жестом приказал двум солдатам осмотреть нос краулера, а двум другим идти к тыльной части.
Его люди согласно кивнули, а сержант зашагал к задней части огромной машины, пригнувшись и прижимая к плечам лазерный обрез. Двое солдат позади него тащились сквозь бурю снега и льда. Двое других, отправившихся в противоположном направлении, уже не были видны в шторме…
Достигнув задней части, Фолчес жестом приказал солдатам встать и рискнул выглянуть из-за огромной машины. Из её выхлопных труб шел дым, а горячее масло капало на лед. Из набравшихся луж поднимался пар.
Низко пригнувшись, он приказал своим людям занять укрытие.
Один из солдат, Леон, припал на корточки начал локоть за локтем красться по углублению в гусеницах краулера, выходя на позиции, нацелив длинноствольный лазган на северо-восток. Другой залез под огромную машину и пополз на позицию.
Фолчем прилег в углу краулера, вглядываясь в прицел. Тот показывал ландшафт зелеными тенями, но хотя ночь сквозь прицел была ясна как день, из-за яростной бури не было видно ничего на расстоянии больше двадцати метров.
Там ничего не было кроме кружащейся пелены снега и льда.
— Юлий, ты что-нибудь видишь? — сказал сержант в микропередатчик.
— Нет, сэр, — пришел ответ.
— Удерживай позицию, — сказал он.
Вокруг Фолчеса выли ветра, но он не двигался и выжидал. Прошли минуты, и кусачий холод просочился сквозь его одежду.
Он отвел глаза от прицела и уставился в слепящий белый вихрь. Казалось, что позади кружащегося льда было движение.
Сержант вновь припал к прицелу, приглядываясь. Но не увидел ничего. Выругался.
— Ты это видел, Леон? — прошипел Фолчес в микропередатчик.
— Нет, я ничего не видел, сэр, — ответил солдат.
— Проклятье. Там что-то есть. Юлий, ты что-нибудь заметил?
Но он не услышал ответа от остальных солдат отряда, лишь яростный рев ветра.
— Юлий, Маркаб, отвечайте, — рявкнул Фолчес, но лишь тишина была ему ответом. — Черт.
Сержант ощутил позади движение и резко обернулся, его сердце было готово выскочить из груди, нацеливая лазерный обрез на… пустоту.
Он выругался, поняв, что испугался теней. Фолчес попытался замедлить пульс, медленно дыша.
— Спокойно, чел, — сказал он сам себе, вновь занимая позицию. Сейчас он бы не отказался от укола химического ингалятора, но все его купленные на черном рынке наркотики остались на борту.
Пытаясь сосредоточиться, Фолчес сделал глубокий вдох и вновь вызвал остальных солдат.
— Маркаб, Юлий. Отвечайте, — хрипло зашептал он в микро-передатчик. — Где вы, черт возьми?
Вновь было лишь безмолвие.
Сержант покосился на Леона, пригнувшегося у гусеницы краулера… Солдат без движения лежал лицом вниз, под его разбитой головой уже скопилась лужа крови.
Фолчес отскочил от угла, и рой металлических осколков пронесся мимо его лица.
С резким визгом множество патронов врезалось в борт краулера.
Сквозь ветер в его ушах раздался сдавленный хрип, и сержант понял, что последний из его взвода, Рем, был мертв.
Выругавшись, Фолчес выглянул из-за угла, пытаясь хотя бы разглядеть цель.
Пол дюжины силуэтов в стеклянисто-черной броне крались по снегу, а более крупные тени летели вперед в нескольких метрах от земли.
Сержант сделал быстрый выстрел в ближайший силуэт и прыгнул обратно в укрытие, спасаясь от ответного огня. В него попал один из осколков, пробив нательную броню и разрезав руку.
Порез был невозможно тонким, боли сначала не было, но потом из него хлынул фонтан крови, а Фолчес закричал, схватившись за глубокую рану.
Оставляя за собой след из кровавых капель, с шипением падавших на испарявшийся снег, сержант заградительных сил пятился, таща за собой лазерный обрез. Он оступился в луже вытекшего из поврежденного двигателя горячего масла, и рухнул на колени. Выползая из сгущавшегося тумана, Фолчес вскочил и вслепую побежал вдоль огромного ледяного краулера, в панике оглядываясь через плечо.
Тонкий и немного зазубренной клинок вонзился в его кишки, легко прорезав плоть и броню. Лазерный обрез выпал из его руки, когда он увидел внешность своего убийцы. За злобно скривившимися глазницами безликого шлема не было видно ничего, Фолчес увидел лишь свое отражение.
Существо было выше его на целую голову, хотя и нечеловеческим тощим, оно склонило голову на бок, всматриваясь в него и поворачивая лезвие в печени, словно наслаждаясь каждым мгновением убийства. Кровь фонтаном забила из открывшейся раны, пар поднялся от жара внутренностей.
Рука, чьи пальцы выглядели как черные лапы паука, сомкнулась на шее сержанта и прижала его к краулеру. Лезвие выскользнуло из кишок и зависло перед глазами Фолчеса, кровь капала с его элегантно изгибающегося наконечника.
Фигура плотно прижалась к умирающему солдату, словно желая прочувствовать все его предсмертные ощущения. Затем она вонзила лезвие в бок сержанта, протолкнув его между ребрами и медленно вонзив в легкие.
Красная пена выступила на губах Фолчеса, когда его дыхание затруднилось, он захрипел, медленно захлебываясь своей кровью. Черные пальцы почти любовно стискивали его шею, пока пульс не затих, а затем остановился.
Черное существо разжало руку, давая трупу сержанта сползти на снег.
Солон бежал к контрольной кабине ледникового краулера, распихивая со своего пути рабочих. Вой сирен в клаустрофобически узких коридорах был оглушителен, он моргал и прижимал руки к ушам, проносясь мимо ревущих клаксонов.
Плотно сбитый, перемазанный в масле рабочий врезался в Солона, выбежав из-за угла, отбросив его к стене.
— Извини, босс, — сказал человек, помогая ему встать на ноги, а Солон уже бежал дальше.
Он обхватил стальные перила, скатившись на нижний уровень, и побежал направо к кабине. Его ботинки громко стучали, когда он взбирался по короткой лестнице, и распахивал дверь пинком.
