— То есть, получается, что возможность нарваться на Гиену и сейчас остается? — ухватил я самое главное в этой информации.
— Получается, что так, — согласился со мной Серёга, — Наверное, это на них охотятся, — он неопределенно махнул вдаль рукой, имея ввиду доносящиеся до нас звуки выстрелов, — Пишут, что все твари, кроме осьминогов, легко уничтожаются огнестрелом. Но тех тоже можно из калаша завалить, однако для этого весь рожок надо всадить.
— Тогда давай мы с Викой сначала вас двоих проводим, а потом у же и сами домой пойдем! — предложил я вполне разумный план.
— А вы как? — спросил он.
— Ну, за меня-то можешь не беспокоиться, — ухмыльнулся я, — Ты же видел, на что я способен. А вот тебе не мешало бы ранги прокачать и с клинком поупражняться!
— А, да, вот, кстати, возьми, спасибо! — он протянул мне шпагу, которую всё это время держал зажатой подмышкой, — Здорово помогла, я трех Чужих завалил!
— Ага, — усмехнулся я, вспомнив, как неловко тот махал клинком, ухватившись за рукоять обеими руками, как только себя не порезал? — Это было очень эпично. Жаль, видео не сохранилось. Но ты всё-таки шпагу себе оставь, а то мало ли что. У меня-то ведь оружия полный комплект, разве что огнестрела не хватает.
— Угу, спасибо, — радостно кивнул он, — Хорошая вещь, дорогая наверно, ты, кстати, где её раздобыл?
— А вот этого, мой друг, я тебе пока сказать не могу, но вполне возможно, что в будущем я смогу пролить свет на эту довольно занятную страницу моей истории, — хочется надеяться, Система не посчитает эту обтекаемую фразу за разглашение информации.
В этот момент Ксюха закончила говорить с родителями и повернулась к нам:
— Предки в шоке. Отец ещё ничего, а мать вообще в неадеквате — ругается, что я крестик не ношу.
— Так ты им все рассказала что ли? — спросил Серёга.
— Ну да, — подтвердила она, пожав плечами, — Всё равно узнают. Там по телеку весь этот хорор гонят в прямом эфире, оттого мама и съехала, надеюсь, что временно. Отец заберет нас на машине.
— Опасно это, — сказал я, — На Советской Гиены через портал попали и по городу разбежались. А от вас до Советской рукой подать. Давай лучше мы с Викой вас двоих проводим, так безопаснее будет. Тут идти-то двадцать минут. Да и не проедет он здесь, — я кивнул на дорогу, заставленную разбитыми машинами.
— Угу, — согласилась Ксюха, — Сейчас ему позвоню, — и снова достала мобильник.
Вика тем временем продолжала эмоционально разговаривать с бабушкой, энергично жестикулируя. Хотя нет, судя по возгласам: «Ну всё мам!.. Хватит мам!.. Ты достала уже!», это она уже со своей мамочкой мило беседует.
Именно в тот момент, когда я на неё посмотрел, Вика с остервенелым выражением лица нажала отбой и повернулась ко мне.
— Бесит!!! — с яростью прорычала она, заметив моё внимание, — Лучше бы денег дала, чем эти дебильные нравоучения и показную заботу. Сю-сю-сю! Сука! Не буду её на свадьбу приглашать!
Молодец! В правильном направлении девочка мыслит. Только надо пойти дальше — вообще отменить свадьбу, назло нехорошей матери. Это будет ей достойным ответом за всё ранее причиненное зло! Хе-хе!
Ксюха тоже закончила разговор и сообщила:
— Отец выезжает, он ружьё возьмёт и поедет по Брянской, докуда сможет. Пойдем ему навстречу.
— Ну ладно, — пожал я плечами, хозяин — барин. Хочется ему рисковать — его проблемы, — Только вы уж и нас подкиньте до вашего дома, нам оттуда будет ближе добираться.
— Без проблем!
По мере того, как мы шли в сторону Брянской улицы, разбитых машин на проезжей части становилось все меньше, а на перекрестке было уже совсем свободно. Ксюхин батя туда подъехал через минуту после нас и, остановив машину, выскочил на тротуар и заключил свою дочь в крепкие объятия. На вид ему было около пятидесяти лет, с солидным животиком, но зато нарядился в камуфляж и берцы.
До их дома мы доехали минут за пять — машин на улице было мало, а расстояние небольшое. Там Александр Анатольевич (так звали отца Ксении) вежливо предложил подвезти и нас с Викой, но я отказался, а он не стал настаивать.
К моему удивлению, на улицах люди были, меньше чем обычно в майский пятничный вечер, но были. Некоторые, видимо, даже не в курсе происходящего, вон как та парочка моих ровесников с зелеными волосами, что шла нам навстречу, ела мороженное и с весёлым интересом прислушивалась к доносящимся издалека выстрелам. Ну, или они всё же в курсе, но им глубоко наплевать на опасность. А, возможно, и не осознают реальность угрозы.
Впрочем, какая мне разница, что у этих идиотов в их зеленых головах? Встречные мужики и парни без зазрения совести пялились на мою невесту, которая несмотря на все приключения выглядела довольно эффектно в нарядном платье и туфлях на высоком каблуке. Даже прическа осталась почти без повреждений.
Поскольку окружающая обстановка выглядела относительно спокойной, я убрал доспех и копьё в карты, однако шпагу пока решил оставить у Виктории, которая всё так же несла её в руках.
Через пару минут после того, как мы отошли от Ксюхиного дома, мой телефон подал голос — это звонила тётя Оля.
— Привет тёть Оль!
— Здраствуй Мишенька! Что ж ты так грубо, какая я тебе тётя? Сколько просила, не называть меня так⁈ — действительно просила, точнее, даже требовала, и я об этом отлично помню, но называть её просто Олей, когда рядом идет Вика, как-то будет не очень разумно.
— Ну вот, сразу с претензий, — я постарался максимально дружелюбным тоном снизить её негативный насторой, — Тут такие дела творятся, а ты к словам придираешься. Ты лучше скажи, как там у тебя дела, ты ведь на работе?
— Конечно, на работе, — грустно хмыкнула она, — Где же мне ещё быть в пятницу вечером? Только вот клиентов совсем нет, так что сидим с девочками, скучаем, новости смотрим, да по телефону болтаем. Не представляешь, в каком я ужасе, от того, что происходит! Это просто кошмар какой-то, даже не верится, что это всё в самом деле! Ты кстати, знаешь, что на Заречную эти самые Чужие напали? Говорят, всех жителей утащили. Там ведь практически одни старики живут. Не хочется каркать, но за деда Василия и бабу Галю, очень страшно. Я пробовала им набирать, но их телефоны не отвечают. Домой звонила, они тоже ничего не знают, Аня толком ничего не сказала, только плачет.
— Не в курсе, я с мамой минут пятнадцать назад разговаривал, она ничего не говорила, — ответил я внутренне напрягаясь — дед Василий и баба Галя были родителями отца, которые жили в этом самом Заречном.
— Да это вот только сейчас выяснилось, в городском чате выложили, до этого-то все думали, что только на Покровке портал, а видишь, как обернулось, — печальным голосом объяснила Оля, — Так что если там все плохо, тебе надо будет приехать, отца поддержать.
— Ну да, — вздохнул я с горечью, — Придётся…
* * *
До Викиного дома мы дошли без особых происшествий — только пару раз вдалеке слышали истошные крики, как будто кого-то режут. Скорее всего, там и в самом деле, кого-то резали, точнее, ели. Так как вскоре после криков оттуда слышалась заполошная стрельба.
Пока шли, мимо нас несколько раз проезжали полицейские машины, в которых сидели вооруженные служители порядка, напряженно осматривающие окружающее пространство, но тем не менее, не упустившие возможности поглазеть на мою невесту. А один раз куда-то целеустремленно промчался броневик Росгвардии.
По дороге Вика меня убедила, что я должен остаться ночевать у неё — мол, теперь я ей официальный жених, а она имеет отдельную комнату с двухспальной кроватью, на которой нам будет вполне комфортно. Да я, собственно, и не был против — тащиться в общагу совсем не хотелось.
* * *
Когда Вика познакомила меня со своей бабушкой — Антониной Григорьевной, сообщив, что я являюсь её женихом и теперь буду жить в их квартире, та восприняла эту неожиданную новость без особых эмоций, просто осмотрела меня с ног до головы, кивнула и предложила чувствовать себя как дома, а затем удалилась в гостиную, где на полную громкость работал телевизор, транслирующий сплошным потоком новости о происходящих событиях. Видимо, на фоне инопланетной атаки новость о скором замужестве внучки не выглядела заслуживающей серьёзного внимания.
