курс, помчавшись по коридору. Забег привёл меня к секретному проходу, и я скользнула внутрь, забравшись достаточно далеко, чтобы считать, что меня не обнаружат. Я последовала по тёмному туннелю вокруг изгиба стены, и вскоре обнаружила, что оказалась во внутреннем дворе.
В старых зданиях, таких как Хогвартс, было полно секретных проходов, вероятно из страха, что могут вторгнуться армии маглов и тем, кто не сможет сбежать аппарацией, потребуется выход наружу.
Я оставила Омут Памяти в первом тайном проходе, накрыв его мантией-невидимкой и спрятав.
Похоже, мой обман удался. Все авроры направлялись к гостиной Рэйвенкло. Если повезёт, то проскочим и завтра ночью допросим Блэка. Затем вернём Омут Памяти; вредноскоп не сработает, если нас не будет в комнате, и теперь, когда мы знали о его защитах, нужно было просто отлевитировать Омут обратно на место и затем убрать коробку вокруг него.
Предполагая, что мы сможем убрать коробку, не уничтожив её содержимое. Нужно будет проверить этот вопрос со старшеклассниками.
― Чёрная мамба, — пробормотала я.
В прошлом году пароли зачастую были оскорблениями в адрес маглорожденных. Мне казалось приятным то, что в этом году пароли по большей части были разными видами змей.
Я не знала, как относиться к тому факту, что кто-то предложил «Эберт» в качестве пароля. Было ли это комплиментом или проклятием?
― Мисс Эберт, — произнесли у меня за спиной в ту же секунду, как открылся проход.
Я застыла.
Конечно, Снейп предпринял очевидный шаг и просто ждал меня у входа в подземелья Слизерина. Он, вероятно, предположил, что я приняла участие, пусть даже моё трансфигурированное тело мирно лежало в кровати, явно пугая Миллисент до чёртиков.
Оглянувшись, я никого не заметила — он был невидим, но теперь, когда я уделяла больше внимания, то смогла услышать шуршание его мантии.
Неосмотрительно.
Я могла всё отрицать, но он слышал мой голос и тут, на самом деле, было некуда бежать. Без сомнений, он также прибег к заклинанию обнаружения людей.
― Я знала, что вы там, — произнесла я.
― Совершаете ранний утренний моцион, мисс Эберт?
― Вечернюю прогулку, — отозвалась я. — Затем я услышала весь этот шум и решила, что лучше всего будет вернуться. Мы же не хотим, чтобы Слизерин потерял баллы, правда?
Он знал, что баллы факультета Слизерин беспокоят меня ничуть не больше, чем его самого — патентованный гель для волос от Гилдероя Локхарта. Как выяснилось, гель и правда работал, и лично я считала, что Гилдерою следовало бы сосредоточиться полностью на нём. Поттеры нажили своё состояние на чём-то похожем.
― Конечно, — сухо ответил он. — Меня попросили проводить вас в мой кабинет.
― Хорошо, — ответила я. — Я ни в чем не признаюсь.
― За исключением нахождения снаружи после отбоя в три часа утра? — спросил он. — Уверен, этому есть разумное объяснение для той, кто ещё недостаточно повзрослел, чтобы интересоваться противоположным полом.
― Может, я хотела выбраться наружу и отправиться посмотреть на единорогов, — парировала я.
Я и правда уже какое-то время хотела увидеть их, но вовлечение их в жаркую битву с Пожирателями Смерти прямо-таки напрашивалось на то, чтобы их убили.
― Уверен, даже они спят в это время, — сказал Снейп.
Мы уже двигались к его кабинету. Я услышала щелчок, и дверь открылась. Мгновение спустя я вошла внутрь.
И остановилась, увидев, что в кресле перед ревущим огнём сидит Дамблдор.
Он выглядел сильно моложе, словно на его плечи больше не давил вес всего мира. Коротко и стильно подрезал бороду, и волосы его тоже были подстрижены коротко. Глядя на него, я больше не видела Гэндальфа; вместо него, я видела кого-то, выглядящего моложе и намного более смертоносно.
― Покажитесь, пожалуйста, — сказал Снейп, делая видимым себя.
Я поступила аналогично.
― Я вижу, у вас на голове Распределяющая Шляпа, — мягко заметил Дамблдор.
На самом деле, я забыла о ней. Следовало сбросить в том же проходе, где оставила Омут Памяти, но я беспокоилась, что Эдмунда и Сару схватят.
― Юношеский розыгрыш, — ответила я. — К тому же, я хотела поговорить со Шляпой.
Плохо было то, что Шляпа, с того момента, как я её схватила, даже не проснулась. Она просто громко храпела, и из-за этого нас несколько раз чуть не поймали.
― Боюсь, Шляпа уже не та, что раньше, — сказал Дамблдор. — Она предпочитает спать большую часть лета, и ей, без сомнения, снятся прошлые распределения. Это позволяет ей быть полной сил во время церемонии Распределения.
Я скривилась. Я заметила, что Шляпа много спит, но предполагала, что причиной этого является просто то, что ей больше нечем заняться. Когда она отказалась разговаривать со мной, я предположила, что это было притворство, чтобы её не съела моль.
Дамблдор протянул руку, и я отдала ему Шляпу.
― Хотя у нас с ней произошёл интересный разговор, прежде чем я отбыл, — произнёс он. — Конечно, она не называла имён, но поведала мне интересный факт, что некоторые волшебники перерождались в чужих телах, получая второй шанс на жизнь.
Я застыла, и моя рука скользнула к палочке.
― Я предпочёл бы, чтобы эта беседа осталась дружеской, разве что вы считаете, что в состоянии извлечь палочку быстрее меня, — сказал Дамблдор.
В его глазах не было ни намёка на веселье, и мимика с жестами говорили мне, что он готов сражаться.
Палочка его покоилась на колене и уже была в его руке. Никоим образом я не смогла бы извлечь палочку быстрее, чем он.
Я принудила себя отвести руку от палочки.
― Так кто же вы на самом деле, мисс Эберт? — спросил Дамблдор.
Мой мозг лихорадочно работал. Соврать, или наконец-то прояснить ситуацию?
Если я солгу, он узнает. Я находилась в комнате с двумя чтецами разумов, которые целенаправленно готовились к определению того, говорю ли я правду. Более того, ему хватило бы влияния, чтобы Министерство арестовало меня и удерживало, пока не заговорю. Пока меня будут держать в заключении, мои люди окажутся уязвимы.
― Шляпа позволила мне поступить, — произнесла я. — И я уверена, она сказала вам, что
