фронту. Одновременно, у него же мы читаем:
«Наша историческая литература как‐то лишь в общих чертах касается этого величайшего приграничного сражения начального периода войны с фашистской Германией. Следовало бы детально разобрать оперативную целесообразность применения здесь контрудара механизированных корпусов по прорвавшейся главной группировке врага и организацию самого контрудара. Ведь в результате именно этих действий наших войск на Украине был сорван в самом начале вражеский план стремительного прорыва к Киеву. Противник понес тяжелые потери и убедился в стойкости советских воинов, готовых драться до последней капли крови.
Небезынтересна оценка, которую дал этому сражению в своих воспоминаниях бывший командующий 3‐й немецкой танковой группой генерал Гот: „Тяжелее всех пришлось группе „Юг“. Войска противника, оборонявшегося перед соединениями северного крыла, были отброшены от границы, но они быстро оправились от неожиданного удара и контратаками своих резервов и располагавшихся в глубине танковых частей остановили продвижение немецких войск. Оперативный прорыв 1‐й танковой группы, приданной 6‐й армии, до 28 июня достигнут не был. Большим препятствием на пути наступления немецких частей были мощные контрудары противника“.»
Как говорится, без комментариев. Фашистский генерал по степени честности и порядочности сто очков форы даёт любому советскому и российскому военному историку…
* * *
И совсем уж дико выглядит положение в военной историографии, что наше руководство неправильно оценило намерения немцев, отдав приоритет в прикрытии Киевскому направлению, а немцы главный удар наносили на Москву.
И у Жукова это в мемуарах, и у Василевского, и у Штеменко, и у Баграмяна… «Ячейки». Не могли наши военачальники этого в своих книгах сами написать. Они, все-таки, умом и сообразительностью несколько отличались от Юрия Игнатьевича Мухина и Мартиросяна. Сразу после войны, да еще после пленения Паулюса, нашему командованию стал известен план «Барбаросса» во всех подробностях, Директива № 21 Гитлера к этому плану секретом быть перестала. Но там нет главного удара на Москву от слова совсем. Там такое:
«Театр военных действий разделяется Припятскими болотами на северную и южную части. Направление главного удара должно быть подготовлено севернее Припятских болот. Здесь следует сосредоточить две группы армий.»
Т. е., направление главного удара — это не группа армий «Центр», на Москву, это две группы армий, «Север» и «Центр». Весь план разнесен на несколько этапов. На первом этапе — разгром войск РККА приграничных округов группами армий, с категорическим требованием не допустить их отхода. Затем разворот танковых групп фон Бока на север и совместный с войсками фон Лееба захват Ленинграда:
«Лишь после обеспечения выполнения этой неотложной задачи, за которым должен последовать захват Ленинграда и Кронштадта, следует приступить к операциям по взятию Москвы как важного центра коммуникаций и военной промышленности.»
Но еще до взятия Москвы, должны быть решены задачи, поставленные перед группой армий «Юг»:
«Армии, действующие на юге от Припятских болот, должны еще западнее Днепра в ходе окружной операции и при помощи сильных флангов полностью разбить расположенные на Украине русские силы. C этой целью необходимо сконцентрировать главное направление удара из района Люблина в общем направлении на Киев, в то время как силы, находящиеся в Румынии, образуют отделенный большим расстоянием защитный фланг через нижнее течение Прута. Румынской армии отводится задача сковать находящиеся между ними русские силы.
По окончании сражений южнее и севернее Припятских болот развернуть преследование противника и обеспечить достижение следующих целей:
— на юге своевременно занять важный в военном и экономическом отношении Донецкий бассейн,
— на севере быстро выйти к Москве.»
Так где здесь главный удар на Москву? Главный удар, согласно этой Директиве № 21 наносился с целью захвата Ленинграда. Только потом должен решаться вопрос с захватом Москвы. Одновременно с занятием Донецкого бассейна.
Без взятия Ленинграда и выхода за Харьков «Барбаросса» лишалась смысла. И 20 июля, во время боев за Могилев, в Дневнике Гальдера появляется запись:
«Ожесточенность боев, которые ведут наши подвижные соединения, действующие отдельными группами, а также несвоевременное прибытие на фронт пехотных дивизий, медленно подтягивающихся с запада, и скованность всех продвижений плохими дорогами, не говоря уже о большой усталости войск, с самого начала войны непрерывно совершающих длительные марши и ведущих упорные кровопролитные бои, — все это вызвало известный упадок духа у наших руководящих инстанций. Особенно ярко это выразилось в совершенно подавленном настроении главкома.»
Главком здесь не Гитлер, а Браухич. Гитлер, судя по Дневнику, вообще на нервах был. А что такого у вас случилось немцы? Кислого чего-то съели?
Да дело в том, что на юге Буденный поставил крест на планах выйти к Донбассу. На севере Лееб так браво громил войска Ворошилова, что, как у Гальдера записано, группа армий «Север» лишилась ударных группировок.
А события в центре разворачивались так, что фон Бок не только основные силы не мог развернуть к Ленинграду, он там увяз в нашей обороне, да еще под постоянными контратаками. Здесь фон Бок впервые столкнулся с Семеном Константиновичем Тимошенко. Войска под командованием Тимошенко уже под Могилевом поставили крест на осуществлении первого этапа плана «Барбаросса», на взятии Ленинграда разворотом на север сил группы армий «Центр». Фактически, от Могилева Тимошенко потянул главные силы немцев на Москву.
«Подавленное настроение главкома» — это Браухичу в ночных кошмарах Наполеон стал являться…
* * *
Небольшое отступление.
«…на юге своевременно занять важный в военном и экономическом отношении Донецкий бассейн.»
Накося, выкуси! Захотел он своевременного занятия. Заняли. Только «важный в экономическом отношении» оказался практически бесполезным. Всё оборудование заводов и шахт оттуда было вывезено почти под метелку. И главная заслуга в организации этого принадлежит еще одному человеку, которого после 1957 года, также, как Ворошилова, Буденного, Тимошенко выкинули из истории ВОВ. Лазарь Моисеевич Каганович.
Да-да, вы сегодня знаете, что это Берии принадлежит главная заслуга в проведении эвакуации промышленности. Бериевщина тоже заразная болезнь. После заражения требуется хирургическое лечение с длительной реабилитацией. А про товарища Кагановича до сих пор продолжается…
Недавно на канале «Цифровая история», на этом сборище негодяев от истории, вышел выпуск «„Железнодорожный“ фронт. Нарком Каганович / Сергей Сигачёв и Егор Яковлев».
https://youtu.be/pNU_YrfgKD8
Сергей Сигачев, известный в интернете, как Перископ. Знаток истории железнодорожного транспорта. И уважением публики, зачарованной его чисто деловым стилем, пользуется. Жаль, что у меня нет столько времени, чтобы ему уделить достойное этого деятеля внимание. Столько этих деятелей от истории развелось, что на всех не разорвешься.
Вот в этом выпуске Перископ тёр публике по ушам, что в 1942 году нарком путей сообщения
