уже на другой стороне открывает ворота лебёдкой. Превратился и пролез в щель, представляешь себе? Ловко у него это вышло! И уйму времени нам сэкономило.
– Да, парень смекалистый – с таким не пропадёшь, – подтвердил Диего, – это ещё ерунда, вы бы видели, что он проделал с троллем в ущелье. У нас там с самого начала всё пошло наперекосяк – подкрасться незамеченными не удалось – проклятые гоблины устроили переполох и разбудили тролля. И пока я, как дурак, бегал взад и вперёд, уворачиваясь от кулаков этой махины и донимая его своими бесполезными выстрелами, Везунчик попросту превратил его в гоблина!
– Кого!? – воскликнул я. – Тролля что ли превратил в гоблина? Ты издеваешься, Диего? Такого просто не может быть!
– Ну… может, я слегка дал маху, – согласился следопыт, – для гоблина он был слишком толстоват, но по росту один в один! Этакий миниатюрный тролль! Я, когда это увидел, чуть лук не выронил. А везунчик так запросто подошёл к этому смешному созданию и проткнул мечом. Вот тебе и тролль… Если так и с человеком можно, то тогда я теперь буду обходить всех магов за версту.
– Да…дела! – выдохнул Горн, – что ж он так в монастыре не сделал! У меня после той битвы секира так затупилась, будто я ей камни дробил. Пришлось хорошенько на точильном круге поработать.
– По его словам, – объяснил Диего, – он нашёл это заклятье в вещах какого-то мёртвого авантюриста, прямо в том же ущелье. Бедняга, похоже, не успел воспользоваться припасённым свитком.
Я, тем временем, усиленно думал о том, как вообще возможно создать такой магический эффект. Уменьшить тролля в несколько раз! Это нешуточная задачка. В голову не приходило ни малейших идей по поводу того, как можно этого добиться. Если когда-нибудь, Ксардас соизволит ответить хоть на один мой вопрос, надо будет обязательно спросить у него про это заклинание. Судя по всему, оно принадлежало к той же неведомой мне школе магии, что и заклинания превращения в животных. Было в ней что-то интригующее и в то же время пугающее, что-то нечеловеческое.
Пока я обдумывал, воцарилось молчание. Друзья принялись за предусмотрительно принесённую Горном еду. Мы с Диего уже несколько дней не ели ничего кроме жареного мяса, грибов и лесных трав. Краюха хлеба и уже успевший распариться в котелке рис пришлись как нельзя кстати – желудок изголодался по простой мучной пище, а от мяса уже начинало выворачивать. Я поспешил присоединиться к трапезе, пока хоть что-то ещё осталось.
– Что-то Лестера всё нет, – с беспокойством заметил следопыт, – надо оставить ему немного еды. Сдаётся мне, он там оголодал в горном форте.
– Ещё только полдень, – заметил Горн, – глядишь, скоро явится наш послушник.
– Надеюсь, он получил мою просьбу прийти на встречу. Совсем не хочется тащиться за ним через половину колонии.
– Да уж, места там не самые безопасные, – подтвердил я.
– Приходилось бывать? – поинтересовался Горн.
– Нет. Туда я не доходил – только до развалин на вершине холма, что видно с равнины. Но и там земли не очень радушные.
– Не волнуйся, после того, как там прошёл Везунчик, все твари ещё неделю будут бояться высунуть нос, – заверил наёмник, – уж это я тебе гарантирую.
– Да, Горн прав, – подтвердил призрак, – парень явно недолюбливает диких животных. Особенно тех, что бросаются на него с намерением убить.
По счастью, идти за Лестером не пришлось. Послушник явился сам, как раз, когда мы уже примерялись к его порции риса. Мы посмеялись, что он почуял, что может остаться голодным. Однако Лестер не поддержал шутки – ему было явно не до смеха.
Вид бывшего послушника Братства внушал опасения. Зашёл в убежище он почти бесшумно, какой-то странной, неестественной походкой, свойственной людям, страдающим лунатизмом. Взгляд его был рассеян, глаза красны, будто он не спал уже неделю. Не поздоровавшись и вообще не проронив ни слова, он сел у костра, заглянул в котелок и с жадностью стал есть. Мы смотрели на него, то и дело, переглядываясь между собой, ища друг у друга совета, как лучше себя вести. Первым не выдержал Горн:
– Чёрт возьми, Лестер! Ты не хочешь ничего сказать?
Лестер обернулся в сторону наёмника, продолжительно посмотрел на него, открыл рот, будто пытаясь подобрать слова, а потом отвернулся и продолжил есть.
Ещё какое-то время мы сидели в молчании, но, когда Лестер доел, стали приставать к нему с расспросами. Всё, что он смог выдавить из себя, было:
– Я устал. Не могу с ним больше бороться… Этот голос… он сводит меня с ума.
Видимо, дело обстояло хуже, чем я полагал сначала, и Лестер до сих пор не мог оправиться после неудачной церемонии вызова Спящего. Если упомянутый им голос принадлежал демону, то спасти друга можно было лишь кардинальными мерами.
– Возможно, я смогу тебе помочь? – решил рискнуть я и испробовать на своём друге технику демонологии, – я могу попытаться изгнать этот твой «голос».
– А это не опасно? – встрял в разговор Горн, так как Лестер всё равно молчал.
– Да нет… – задумался я, – но только с одним условием: если Лестер сам разрешит мне немножко поковыряться в его сознании.
– Ого… всё настолько серьезно? – удивился Горн, – я думал речь идёт о каком-нибудь эликсире.
– Зелья могут лишь слегка успокоить его, но
