для своей работы.
Помимо задач «сопровождения по жизни», то есть служения личным психологом, другом и няней, в обязанности воспитателю как правило вменяется так же и обеспечение собственно воспитания и обучения ребёнка. В результате специалисты отмечают наличие у кибер детей определённых преимуществ в условиях развития и становления их, как личностей, по сравнению с живыми детьми, ведь у каждой кибер девочки фактически есть свой персональный интеллектуальный, культурный и этический «тренер». У живых детей тоже бывают няни и гувернантки, но они не психологи и не тренера, они в основном присматривают и ухаживают, бывают ещё репетиторы и частные преподаватели, эти «тренируют», и всё же они работают только по определённым дисциплинам, ограниченное число часов в неделю, и у них нет ни личного отношения к ребёнку, ни личной заинтересованности развивать того – они должны его только научить. Они работают со многими детьми сразу – группой ли или по отдельности с каждым, не суть важно. Это огромная разница с персональным тренером, который 18 лет занимается только одним единственным дитя. Почему и для живых детей не практикуется то же самое? Воспитатель имеет слишком большое влияние на чадо, привносит в его взгляды на жизнь слишком много собственных мировоззрений, и когда оное чадо продолжатель рода и наследник, родителям подобная перспектива совсем не по нутру. Тем более, у богатых полно вариантов, как обеспечить ребёнку отличные преференции: лучшие материальные условия, лучшее образование, лучшие карьерные возможности – разве этого мало? Робот же не наследница, не родная, не живая, да и ей трудно обойтись без воспитателя хотя бы в роли личного робопсихолога. Неопределённость социального положения кибер детей частично нивелирует их преимущество от персонального наставника (неясность перспектив снижает их способность стремиться к долгосрочным целям), и всё же, общепризнанный факт, в среднем они несколько превосходят живых детей по общему уровню качества мышления и зрелости суждений. Не будь у них воспитателей, считается, они напротив немножко отставали бы в ментальном (умственном) взрослении – не в силу ущербности (которой у них нет), а по причине меньшей заинтересованности в них со стороны их приёмной семьи. Правда тут не следует всё излишне драматизировать, кибер ребёнка покупают не просто так, а чтобы усилить семейную составляющую быта, люди идут на это целенаправленно, им нравится присутствие малыша в доме, возможность почувствовать себя мамами и папами, практически никогда кибер девочка не ощущает себя прям никому не нужной падчерицей-золушкой (как минимум пока она мала), родители уделяют ей время, проводят с ней время, заботятся её успехами и её развитием. Просто делают это в меньших объёмах, чем для настоящих детей и менее обременяют этим себя.
В настоящий описываемому момент наём воспитателя для помощи и содействия в воспитании кибер ребёнка – общепринятая устоявшаяся норма. Формы содействия могут быть разными – от периодического наблюдения и консультаций до постоянного проживания в доме нанимателей. Второе практикуется заметно чаще.
Образование роботов
В отличие от живых детей, школьное образование для которых их неотъемлемое право, и нарушение его грозит суровой ответственностью перед законом как чиновникам так и родителям, у кибер детей аналогичного права нет. Давать или не давать образование кибер ребёнку – вопрос исключительно компетенции её владельцев. Как правило, те предпочитают всё же первое. Иное бывает крайне редко. Даже если они заранее решили, что рано или поздно сдадут искусственную дочь на утилизацию, они практически всегда выбирают для неё просвещение. Ничего не умеющий умственно недоразвитый робот – малопривлекательный персонаж, бросающий тень на тех, кто её держит. Тем более, что забота о её образовании всё равно лежит не на самих «держателях», а на воспитателе, няне или каком-либо ещё наёмном лице. В добавок присутствует опасность осознания необученным кибер существом собственной ущербности при сравнении себя со сверстницами, и как следствие, возникновения у неё психических деформаций. Поэтому бывает даже наоборот, родители слишком увлекаются желанием превратить своё чадо в нечто особенное, в совершенного чудо ребёнка, которая лучше всех делает и то и это – и поёт, и танцует, и рисует, и играет на свирели, и вышивает, и знает светский этикет, и конечно у неё лучшие баллы по всем предметам школьной программы – и так загружают бедную кибер девочку, что вся её жизнь превращается в одно сплошное обучение.
Возможность учиться совместно с людьми у кибер детей ограничена. Какого-либо законодательного запрета на посещение ими общеобразовательных учебных заведений не существует, дирекция школ в праве сама решать, принимать подобную ученицу или нет. Однако дирекция редко приходит в восторг от перспективы пополнить ряды учащихся столь интересным образом, да и родители обычных детей как правило слышать не желают о необходимости постоянного пребывания их отпрысков в компании «опасного непредсказуемым поведением» робота – и это при том, что эксперименты по социализации разумных роботов путём посещения ими школьных занятий на общих основаниях проводились, и ни одного случая причинения вреда здоровью живым сверстникам с их стороны зафиксировано не было, а вот обратное имело место, и из этого обратного сталкивание одноклассницами кибер девочки с лестницы можно отнести к достаточно невинным «шалостям», так как случались и более вопиющие происшествия, включая нанесение «несовместимых с продолжением жизнефункционирования повреждений посредством длительного ударно-механического воздействия тяжелым металлическим предметом в область головы»; хотя конечно это всё же нехарактерные исключения, гораздо более характерны игнорирование робота или её травля, быстро лишающие её всяких моральных сил для дальнейшего посещения школы.
Впрочем, нельзя не признать, в каком-то смысле родители обычных детей правы. Кибернетическая ученица привносит деструктивную непредсказуемость в обыденную жизнь детского сообщества. Она опасна не как искусственный объект с собственной волей, а как социально неадаптированный элемент, провоцирующий рост напряжённости в микросоциуме, где находится. Она непривычна, она создаёт ситуацию, при которой каждый ребёнок вынужден сам подбирать для себя форму и модель выстраивания личной коммуникации с ней, ведь для подобных случаев у детей не наработано культуры поведения, отсутствуют стандартные устоявшиеся решения социального взаимодействия. Непонятно, как к ней относиться, как вести себя с ней, как общаться, у одних она вызывает излишний интерес, у других резкое неприятие, в ранее дружном классе появляется разобщённость, повышается уровень агрессии и стресса. Очевидный вред налицо. А ещё родители мальчиков испытывают оправданные опасения, что их дитя сдружится с роботом, привяжется к ней, начнёт питать к ней романтические чувства и достигнув совершеннолетия ненароком захочет навсегда сделать её частью своей жизни. По всем этим причинам распространёнными формами получения школьного образования кибер детьми являются: заочное обучение, удалённое обучение (виртуальное присутствие на
