найти тех, кто их пожурить сумеет. Они ведь совсем не беззащитные и даже наоборот. Кстати, вы знаете про армию синих ящериц, которые кучу дыр в мирах наделали и жрут всех подряд? Есть кто-нибудь, кто за подобным безобразием смотрит и меры принимает?
На лице Стоки отразилась усталость и печаль, словно все его беды происходят исключительно от этих самых ящериц. Да и лорд Гарот посуровел лицом.
— Хотите, я Ханну отправлю, чтобы она у них идола забрала…
— Хотим! — быстро сказал Стоки, посмотрев на меня жалостливым взглядом. — Очень просим владыку.
— Если доставите нас в Альведэ без задержек.
— Договорились, — он протянул руку для крепкого рукопожатия. Наклонился в сторону, чтобы посмотреть мне за спину. — Людей только много, не потерять бы кого по пути. Проходы между мирами коварны, если ты не носишь на руке такой камешек.
Он показал взглядом на звёздный камень в браслете, выглядывающий у меня из рукава.
— Время, — Стоки вынул из внутреннего кармашка жилетки оставшийся путевой кристалл. — Двести монет золотом нужно, чтобы проход открыть. А ещё лучше триста, чтобы модель не разрушилась раньше времени.
И взгляд такой наглый, как у продавца, который впарил тебе дрянную, но очень дорогую вещь. Пришлось идти за золотом в фургон. Триста монет — это заработок городского стражника за четыре года, или за пять, если он занимал какой-нибудь незначительный пост. Надо будет обязательно стрясти с него золото обратно, а то слишком у него взгляд хитрый.
Пока Стоки возился с моделью, я прошёл к отряду людей, терпеливо ожидающих, пока мы закончим. Кто-то даже решил позавтракать, пользуясь моментом. Нервы у таких людей стальные, у меня бы кусок в горло не лез.
— У нас всё готово, — сказал я Максиму Артёмовичу. — Сейчас проводники откроют разлом, и уйдём. Только дорога будет долгой, с остановкой в Альведэ. Это большой серый мир, где мы на какое-то время застрянем. Там нужно будет найти других проводников. Такие планы, если вкратце. Да, с демонами драк на пустом месте не затевать и слушать меня. Что?
Я посмотрел на женщину в его компании. Если женская часть в отряде была в возрасте от двадцати двух до двадцати пяти, то она выглядела лет на десять старше.
— Необычно, когда командует парень шестнадцати лет, — она улыбнулась. — Не обижайся.
— И не думал, — серьёзно ответил я. — Про технику безопасности при использовании разломов не забывайте.
Можно было почувствовать, как позади начал формироваться разлом. Люди встрепенулись и зашумели, передавая эту новость тем, кто стоял в задних рядах на дороге.
— Фургон будет мешать, — сказал я на языке дами, поднимая его и убирая с дороги на обочину.
Впереди вспыхнул разлом, привычного тёмно-красного цвета. Стоки замахал рукой, требуя поторопиться, поэтому уходили в спешке. Сначала лорд Гарот, затем люди. Я пытался сосчитать их, и вышло почти сто пятьдесят человек, включая два десятка раненых. Когда дошла очередь до меня, я оглянулся на запад, словно там находился мир Илуны. И злость на светлоликих никак не хотела уходить. Может, когда я буду далеко, это чувство сгладится, но казалось, что это не последняя наша встреча.
— Давайте, владыка, время уходит, — поторопил меня Стоки, подталкивая в спину.
⠀⠀
*⠀⠀*⠀⠀*
То же самое время, Илуна, дворец Императора
Толкнув часть стены и позволив ей рухнуть с высоты третьего этажа дворца, в пролом шагнул Император. Одежда на нём была испачкана пылью, одна штанина распорота ниже колена, и отсутствовал сапог, как и рукав дорогого наряда. При этом на оголённых участках светлой кожи не было ни единого пореза или ссадины, несмотря на то, что минуту назад на императора рухнули многотонные перекрытия потолка и часть крыши. Огромный и величественный дворец ныне лишился всего правого крыла, а левое представляло собой развалины. Но Император на это не обратил внимания. Он смотрел на восточные кварталы Илуны, лежавшие в руинах. Невероятно сильный взрыв стёр с лица города храм и прилегающие к нему здания, а разрушения тянулись до самого дворца.
Совсем недавно Императору исполнилось семьдесят лет, но выглядел он не старше сорока. Высокий мужчина с волевым лицом, небесно-голубыми глазами и длинными волосами цвета расплавленного золота. Он посмотрел вниз, где из крупных обломков выбрался глава дворцовой стражи. Толстые мраморные колонны и огромные куски стен начали подниматься в воздух, послышались крики, и из-под обломков выбралась немолодая женщина и девушка лет пятнадцати. Роскошные платья были порваны и испачканы, но на них не было следов крови. Постепенно дворец начал наполняться криками. К обвалившемуся фасаду спешила стража, дежурившая в саду и у ворот.
Ещё раз посмотрев в сторону центра города, император с силой стиснул зубы. Пока он не мог понять, что породило взрыв такой силы, чтобы разрушить огромный каменный город.
К обрушившейся части стены вышел парень лет двадцати, прижимая платок к рассечению на голове. Кровь пропитала светлые волосы и прилично испачкала наряд. Парня слегка шатало, но он встал рядом с императором, ухватившись за часть уцелевшей стены.
— Я говорил, что пока она жива, столицу ждут серьёзные потрясения, — сказал парень.
Где-то позади послышался шум обваливающейся стены и звон стекла, а дворец ещё раз встряхнуло. Совсем недавно Император думал, что нападение демонов было серьёзным испытанием для столицы, унёсшим много жизней. Сегодняшний же день выходил за рамки подобных сравнений.
— Уничтожу, — сказал Император, обводя взглядом разрушенный центр города. — Всех демонов и их жалкие миры.
Шагнув в пролом, Император начал медленно спускаться к груде обломков. Поведя рукой, он поднял кусок тяжёлой мраморной лестницы, под которой чувствовал выжившего. Секундой позже в воздух взмыла часть рухнувшей стены, освобождая пару стражников и служанку, которой крупный каменный обломок сломал ногу. В голове правителя промелькнула мысль, что, если бы под рукой был верный оракул, всего этого не произошло бы. Он бы разобрался с теми, кто устроил подобное, ещё до того, как в их головах сформировалось это намерение. А ещё в мыслях звучал голос Ивы, когда она предупреждала его не подпускать лорда Азара к далёкому и перспективному светлому миру. Жаль, что в тот день она не смогла более подробно выразить опасения.
Если бы злость и ненависть, наполнявшие Императора, можно было перевести в силу, то она могла бы уничтожить любой тёмный мир, подвернувшийся под руку. Но сейчас он спрятал эти эмоции, чтобы не показывать подданным слабость. Император жив — значит, будет жить Илуна.
⠀⠀
*⠀⠀*⠀⠀*
Нам крупно не повезло попасть в мёртвый город в день затишья, как его назвал Стоки. Во-первых, часовой пояс там отличался часа на три или четыре,
