Простите, - прекратив рыдать, Ясмин взял из рук жада платок, вытер лицо, потом долго сморкался и, наконец, перевел дух. - Простите, я не знаю, что на меня нашло. Как-то все сразу навалилось… Я, вообще-то, не плакса, а сейчас что-то расклеился…
- Да-да, я помню, - жада улыбнулся и поправил шейлу на волосах омеги. - Ты у нас сильный, гордый и очень независимый. Я помню. Тяжело доверять людям, да?
- Нет, доверять легко, тяжело раз за разом разочаровываться в людях, - Ясмин еще раз высморкался и, похоже, успокоился. Из-за угла выглянул расстроенный Азиз, - Азиз, не надо так переживать, я беременный, мне можно рыдать по пустякам.
- Он вас чем-то расстроил? - Азиз выглядел виноватым. - Вы только скажите, мы ему такую веселую жизнь устроим, что он сбежит отсюда на ближайшем грузовом корабле, и еще долго будет почесываться от воспоминаний!
- Ох, нет, не надо! Он мне ничего плохого не сделал и даже помог. Когда Аббас сломал руку моему бывшему куратору (между прочим, в двух местах!), моя защита оказалась под угрозой срыва! Мог начаться скандал, и тогда вся моя научная карьера накрылась бы медным тазом. А Матышковский помог, он не допустил скандала и помог с защитой! Без него мне бы никогда не удалось отмыться от скандального звания необузданного дикаря!
- А почему Аббас сломал руку твоему бывшему куратору? - поинтересовался жада.
- Воронцов сказал про меня гадость, а потом еще хлопнул по попе ладонью, - Ясмин ухмыльнулся, вспоминая. - Он всегда распускал руки. Будучи самоуверенным нахалом, он всегда считал, что любому омеге или бете должно льстить такое проявление интереса от альфы. Он меня и раньше пытался зажать пару раз в лифте, но в последний раз я ему врезал по яйцам коленом и пообещал, что в следующий раз сломаю ему руку! Если честно, я просто грозился. Причинив ему физический ущерб, я бы нарвался на скандал, и это был бы конец работы в институте. А для меня это был едва ли не единственный приработок! В библиотеке платили сущие гроши! Да и на переводах много не заработаешь, старые языки никому не интересны!
- Аббас должен был отрезать ему язык и руку по самое плечо! - гневно сказал Айдан. - На Сабахе за подобное поведение мгновенная казнь! Ему бы отрубили руку, а потом голову!
- Ох! - выпрямился Ясмин, глаза у него сразу высохли. - Он и собирался, но я вцепился в него, как клещ, и умолял не делать этого! Если бы Аббас отрезал ему язык и руку, то начался бы вселенский скандал! И потом, кровью бы все там залили. О защите тогда, вообще, можно было бы забыть на веки вечные! А сколько было бы крика и разборок с полицией?! А так, Матышковский подсуетился, авторитетом надавил, и все мои коллеги, как загипнотизированные, пошли за ним, как крысы за Гаммельнским крысоловом*! Безропотно выслушали все, что я сказал, и без вопросов приняли мою работу! Если бы не Матышковский, не видать мне докторской никогда!
- Так почему ты сейчас не соглашаешься принять от него помощь? - удивился Айдан. - Он же предлагал!
- Я не отказывался! - нахмурился Ясмин. - Просто не согласился. Это все так по-дурацки звучало! «Я буду вашим щитом!» Тоже мне, рыцарь в сияющих доспехах! И, вообще, альфам доверять не стоит!
- Ты сейчас говоришь, как Хатим! - улыбнулся жада. - Ну, что ты! За твоей спиной стоит Салах, Айюб и звездный флот Сабаха! А дипломатов мы даром, что ли, кормим? Да если станет известно, что омегу с Сабаха обижают, а тем более супруга наследника?! Да все эмиры встанут плечом к плечу! Они за своего порвут любого! Кувалдой по темечку настучат и не поморщатся!
- А вот этого не надо! - Ясмин стал выбираться из объятий жада. - Научное сообщество, как больной организм, и кувалдой махать там ни к чему! Наоборот, надо бережно надрезать скальпелем, выпустить гной у завистников, прижечь авторитетом недовольных и подготовить почву для новых идей печатным словом! Так, чтобы люди были подготовлены к новому, чтобы в их головах мысли перебродили, и только после этого раскрывать карты! А иначе затопчут и обвинят в мошенничестве! Такое, к сожалению, бывало раньше! Правда, не со мной, но новые идеи не любят и принимают со скрипом не только на Сабахе! И на роль скальпеля Матышковский подходит, как никто другой! Он известен, уважаем, пользуется огромным авторитетом, и ему не посмеют возражать!
- Ну, если этот старый лис для тебе так важен, то, поверь, в эмирате ад Дин перед ним откроют все двери и окажут любую помощь! - жада улыбнулся. - Поговоришь с эмиром прямо сейчас? Он на заседании Дивана.
- Ну, уж нет! - Ясмин поправил платье. - Сейчас я отправляюсь спать! И, вообще, я сейчас слабо соображаю от усталости! И потом, куда торопиться? Он уже здесь устроился в гостинице, Филин, я думаю, будет рад, если ему помогут разобрать и систематизировать его завалы. С Виленом они вели просто поиски, а вот Матышковскому понадобится стройная система переписки, поэтому он постарается все упорядочить. Днем раньше, днем позже, погоды не сделает, - пожал плечами Ясмин. - Я сейчас, кроме слез, ни на что не способен! Так что, я пошел в кроватку досматривать сон!
- Правильно! - жада погладил омегу по лицу. - Отдыхай, тебе еще понадобятся силы. А с Айюбом я сам поговорю. Старого лиса надо пустить в хранилище Филина, разумеется, приставив к нему пару альф, чтобы они за ним присматривали. Все просто! Я думаю, сын не будет против, если в библиотеке появится такой пожилой и уважаемый альфа в помощь Филину!
- Ну, не настолько он и стар! - Ясмин улыбнулся. - Он старше Саида всего на два года! Просто для Федерации этот возраст для альфы почти приговор, а здесь самый расцвет сил и мужественности!
- Да ты что! - удивился Айдан. - Я думал, что ему лет триста! Еще подумал, какой молодец, нашел себе дело, чтобы продолжить жить! Всего семьдесят лет, а так ужасно выглядит! Ах, бедняжка! - потом жада задумался и повел глазками. - Ну, если он так молод, тогда тем более за ним должны присматривать, чтобы не забрел, куда не положено! А как ты думаешь, тот милый профессор Хартманн тоже такой молодой?
- Да, Айдан, я в этом
