— Не обижайся, лейтенант. Я не над твоими словами смеялся. Просто в первый раз в жизни услышал, как кто-то, по своему желанию, цитирует сказанное особистами из госбезопасности. Ты даже точную фразу подобрал, подтверждающую все твои слова. Как ни странно, но ты полностью прав „Доверие нужно заслужить“. Давай поступим таким образом, Яр Яросветич. Ты прямо сейчас задашь вопрос, который тебя интересует больше всего, а я постараюсь на него предельно честно ответить, чтобы хотя бы частично заслужить твоё доверие.
— Зачем вам понадобилось моё доверие, Николай Савельевич? После госпиталя, когда наши раны заживут, война разведёт нас по разным местам и мы, может быть, больше никогда с вами не увидимся.
— Даже не знаю, поймёшь ли ты меня, лейтенант, но поверь мне, я впервые в жизни встретил такого необычного человека, как ты. Тебя совсем не волнует политическая обстановка в стране и в мире, ты просто яростно сражаешься с врагом, за свои собственные идеалы. Ты не говоришь, как другие, заученными печатными лозунгами, не стараешься выслужиться перед старшим по званию. Я думал, что таких людей уже больше не осталось на свете. Однако оказалось, что я не прав. Один такой необычный человек сидит напротив меня, на соседней больничной койке.
— Почему вы решили, что я „необычный человек“?
— Только необычный человек может, с таким восторгом в глазах, говорить о своей жизни в поселении расположенном в тайге. О лесном чистом воздухе и пении птиц на рассвете, об охоте в лесу и о давней дружбе с дикими зверями. Пойми, ни один нормальный человек никогда в жизни не скажет, что он дружит с рысями, а ты говоришь об этом точно также, как все остальные говорят о погоде, или о ценах на рынках. Тебе привычней тот мир, лейтенант, из которого тебя забрали и отправили воевать, непонятно за чьи интересы.
— Вы ошибаетесь, Николай Савельевич. Мы не воюем за чьи-то интересы. Мы сражаемся за Родину! Мне понятно, что вы хотели мне сказать. Потому я отвечу вам на вопрос, о неправильных лозунгах. Вы просили „назвать хотя бы один?“, и я его назову. Политруки призывают всех бойцов умирать! И не важно за что, „за международную солидарность трудящихся“, „за интернационал“, „за Советскую власть“. Тоже самое касается приказов от командования умереть, но не допустить прорыва врага через указанный ими рубеж. Я считаю, что любой призыв к бойцам и командирам умирать, самый неправильный и вредный из лозунгов.
— Погоди, лейтенант. Что значит „самый неправильный и вредный из лозунгов“? А как же быть с воинской присягой и полевым уставом РККА?
— А причём тут „воинская присяга и полевой устав“, Николай Савельевич? Ежели хотите, то я могу вам напомнить слова из воинской присяги: „Я всегда готов по приказу рабоче-крестьянского правительства выступить на защиту моей Родины — Союза Советских Социалистических Республик, и, как воин Рабоче-крестьянской Красной армии, я клянусь защищать её мужественно, умело, с достоинством и честью, не щадя своей крови и самой жизни для достижения полной победы над врагом“. Где в присяге хоть слово сказано, что бойцы должны умирать? Нет там такого! Сражаться с врагом „не щадя своей крови и самой жизни“, енто в присяге есть, а призыва умирать там нет. Умирать должны наши враги.
— Интересное замечание. Напоминать, дословно текст присяги было не обязательно. У меня очень хорошая память, я до сих пор ничего не записываю, а всё запоминаю с первого прочтения или после прослушивания радио. Твой необычный взгляд, на всем давно известные факты, меня заинтересовал, так что продолжай, лейтенант.
— В полевом уставе сказано: „Если враг навяжет нам войну, Рабоче-крестьянская Красная Армия будет самой нападающей из всех когда-либо нападавших армий. Войну мы будем вести наступательно, с самой решительной целью полного разгрома противника на его же территории. Боевые действия Красной Армии будут вестись на уничтожение. Основной целью Красной Армии будет достижение решительной победы и полное сокрушение врага“. Чуть дальше в уставе РККА написано: „Весь личный состав Рабоче-крестьянской Красной Армии должен быть воспитан в духе непримиримой ненависти к врагу и непреклонной воли к его уничтожению. Пока враг не сложил оружия и не сдался, он будет беспощадно уничтожаться“. Я могу повторить вопрос. Где в полевом уставе хоть слово сказано, что наши бойцы должны умирать? В нём, как и в воинской присяге, такого требования нету! Вот потому-то я вам и сказал, Николай Савельевич, что считаю „призыв к бойцам и командирам умирать“, самым неправильным и вредным из лозунгов». В полевом уставе сказано: «Забота о бойце-человеке и всех своих подчинённых составляет первейшую обязанность и прямой долг командиров, военных комиссаров и политработников». Вы посмотрите на всё со стороны, и тогда заметите очень неприглядную картину. Ведь что у нас на деле получается? А получается то, что политработники не заботятся о бойцах, а призывают их умирать. Словно бы их цель, помочь врагам в разгроме Красной армии. Из всего вышесказанного возникает следующий вопрос. Ежели все наши бойцы выполнят приказ политруков и умрут на полях сражений, то кто же будет Родину от врагов защищать? Оставшиеся в одиночестве политруки? Войну они однозначно проиграют, ибо не умеют политруки воевать. Разные лозунги придумывать наши политработники хорошо умеют, а воевать с врагом, извините, они не умеют, ибо никогда не учились ентому.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Я услышал тебя, лейтенант, и полностью с тобой согласен. Постарайся больше никому это не говорить, иначе, кто-нибудь донесёт на тебя особистам. Я всегда ценю честность и доверие, вот поэтому предупреждаю тебя, следи за тем, что и кому ты говоришь. Теперь можешь задавать свой вопрос.
— Давайте чуть погодя, Николай Савельевич. Скоро ужин, а потом Младослава Демидовна с медсёстрами придут нам перевязки делать.
— Хорошо. Отложим нашу беседу. Ты если хочешь курить, лейтенант, не стесняйся, кури. Я для тебя даже окно приоткрою. Сам-то я некурящий.
— Я тоже некурящий, а спиртное вообще не употребляю, и даже никогда его не пробовал.
Продолжить доверительный разговор удалось лишь на следующий день, после завтрака и врачебного осмотра. Состояние моей раны всем пришедшим врачам понравилось, так что вскоре мы опять остались вдвоём в палате. О том что случилось накануне, мне поведал сосед.
Вечером, сразу после ужина, в нашу палату пришли главврач госпиталя с медсёстрами. Пока девчата делали перевязку Николаю Савельевичу, Младослава Демидовна осматривала мою ногу. Как сказал мне Николай Савельевич, военврач второго ранга посмотрела на меня очень странным взглядом, отчего я сразу же уснул. Сосед услышал, как ей не понравилось, что рана у меня на ноге начала воспаляться. После того, как медсёстры закончили перевязку его ран, они стали помогать Младославе Демидовне делать перевязку мне. Затем, сосед добавил: «Видать с тобой не всё было в порядке, лейтенант, если под тебя девчата „судно“ два раза подкладывали. А когда они ушли из палаты, ты уже спал как младенец».
— Младослава Демидовна оправляет раненых в сон, чтобы они боли не чувствовали. Ведьмы всегда так поступают, — сказал я своему соседу.
— Не хорошо, лейтенант, оскорблять лечащего военврача и сестру своего друга. Никакая она не ведьма, а очень даже хороший человек и прекрасный доктор.
— Я никого не оскорблял, Николай Савельевич. Слово «ведьма», означает «ведающая мать». Так издревле называли мудрых женщин, которые много чего ведали, и умели исцелять все хвори и болезни. Енто христианским попам ведьмы не нравились, вот они и постарались сделать слово «ведьма» ругательным. Попы даже наше таёжное поселение, в своих проповедях, называли не иначе как «Ведьмовской деревней». Ибо у нас в поселении все девушки и женщины являются травницами, знахарками, лекарками и целительницами. А чтобы в нынешнее время не получать притеснений уже от врачей, все наши девушки и женщины получили современное медицинское образование.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Вот оно как оказывается. Тогда извини меня, лейтенант. Не знал я того, что слово «ведьма» совершенно другой смысл раньше имело. А по твоим словам я понял, что у себя в поселении, вы не любите христианских попов.
