него, но протянул свое яство ему и очень быстро рванул за посудой. Первый, продолжая жевать, обшаривал глазами стол с тазиками салата, противнями с пирогом. Это мы ещё шаверму не крутили!
Вернулся засланец за посудой очень быстро, грохоча на бегу ложками по кружкам. То ли и правда так голоден был, или всё- таки не слишком доверял приятелю. Пока Ульрика наливала им горячий чай, накладывала оливье в тарелки и предлагала им присесть за соседний стол, я демонстративно, при них, начала собирать шаверму. Так, лепешка, смазываю быстро майонезом, рубленая отварная курица, капустный салат, немного (чуть- чуть! у самих мало осталось) свежих помидор, заворачиваю и на противень «микроволновки», чтобы прогрелось немного.
Парни заинтересовались и этим блюдом, сказали, что и это будут есть тоже! Вот проглоты. Усадили их за стол, я принесла им и теплую шаверму. Работали челюстями они знатно. К ним подошёл ещё один из их обоза, что- то спросил по- чахенски. Спрашиваемый локтем прикрыл свою тарелку, пробурчал что- то с набитым ртом, типа "Отвали, самому мало!" Тогда обозник решительно пошел к нам.
- Красавицы, а вы всех угощаете или только молодых парней?
Уля, стрельнув глазками, нараспев ответила - Да что вы, господин хороший! Вы тоже совсем молодой! Коль деньги есть, так всех накормим! Вы только посуду свою несите, да выбирайте, что вам хочется!
Ой, Улька, вот лиса! И глазками стреляет, и комплименты пожилому чахенцу отвешивает, и смущается натурально! Ну и ладно, лишь бы клиенты были довольны. Мне вроде как кокетничать не положено, вдовица я, тот же Рихард не поймет. Да я и не стремилась к этому. А Ульрика молодая девчонка, когда бы и не пококетничать, как не в молодости!
Цену каждого блюда я вывела заранее, взяв за основу цены в харчевне и цены на продукты на рынке и в лавках. Ну, и о своей выгоде не забыла. Все равно получилось чуть подешевле, на пару пфеннингов, чем в харчевнях города. Но обозники и не спорили, платили, нахваливали наши блюда. Когда от остального обоза потянулись и другие едущие, я тихонько шепнула Рихарду, чтобы он ставил ещё один чайник на таганок и мухой летел домой, забирал все, что там Аништа с Кларой успели приготовить. Рихарду два раза не надо было повторять.
Когда он подъезжал к нашему импровизированному бистро с пополнением, мы уже перешли к жареной рыбе, котлеты кончились, в тазике с оливье уже показалось дно, стопка лавашей выглядела сиротской, а на противне с шарлоткой скромно лежали два последних куска. И то к ним присматривался тот самый пожилой чахенец, прикидывая, не взять ли их с собой? А на площадку уже заворачивал ещё один обоз, идущий как раз из города, но явно земляки наших клиентов. Быстро разгружая привезенное, Рихард негромко говорил нам.
- Вы молодцы! Но дома осталось только ещё на раз привезти и все! Больше они не успеют и булки напечь и, главное, мясо нарубить.
Вот она, проблема мясорубки во всей красе! Ладно, может и решим эту проблему! А так мы неплохо сегодня выступаем по продаже. По идее, едущие из города должны быть сытыми, но, привлеченные оживлением у нашего стола и вкусными запахами, тоже подходили. Брали горячий чай, пирог или гамбургер, или шаверму. Попробовав, интересовались - можно ли это взять с собой в дорогу? Мы кивали и шустро крутили кульки под бургеры, пироги и шаверму. Салат они взяли в глубокую миску с крышкой, а один дедок даже принес кувшинчик, сказав, что больно ароматный у нас чаек с медом, самое оно согреваться в дороге по такой погоде.
Я вначале посомневалась насчет салата, но, посмотрев на достаточно холодную погоду и количество едоков, махнула рукой - не успеет испортиться! Привлеченные необычной суетой и оживлением на площадке, на дороге, не сворачивая к нам, остановились ещё два небольших обоза. Узнав в чем дело, подходили. Кто- то ел здесь, кто- то просто с собой брал.
Часам к двум пополудни торговать нам уже было нечем. Мы начали сворачиваться, столы и лавки Рихард спрятал в ближайших кустах, мы с Улей грузили свое имущество. Тем временем и обозники, закончив ремонт, тоже собирались двинуться дальше. Тепло попрощались с нами, сказав, что теперь обязательно будут к нам заезжать поесть и другим караванам передадут новость. И мы разъехались каждый в свою сторону.
Глава 14
Дома я первым делом понеслась в свою комнату, нашла чертежи, что вчера, когда все уснули, чертила и считала до глубокой ночи. Это были чертежи старой военной буржуйки. Просчитала все размеры, толщину металла на топке и на трубе. Мне сегодня стало понятно, что без ларька- киоска мы недолго продержимся с торговлей, замёрзнем раньше.
И нам нужны помощницы. Одна Аништа, даже с помощью Клары, не справится. Если мы с Улей будем приезжать после обеда, то и другие дела есть, особенно у меня. И, в идеале, хорошо бы подготовить замену для торговли на перекрестке. Ладно, будем посмотреть, как дело пойдет.
Самый лучший вариант - поставить трактир на этом перекрестке. Но это дело не сегодняшнее. А пока бегу вниз, на кухню, где собрались все мои домашние. Прихватила небольшую бутылочку вина, несколько штук, которого прислал мне Франц в последнем обозе с сеном. Можно и отметить такое важное событие, там и выйдет буквально грамм по двадцать. И градусов в нем чуть ли не как в газировке, это молодое яблочное вино. На кухне уже накрыли стол, ожидали только меня. После того, как мы почти сутки видели только фаст- фуд, обычный куриный суп вызвал радостный бульк желудка. Утолив первый голод, я начала подводить итоги сегодняшнего дня и делать организационные выводы.
- Поработали мы сегодня хорошо, можно сказать, даже отлично. Судя по выручке, мы перекрыли стоимость продуктов и готовых блюд в два раза. Поэтому каждому из вас за сегодняшний день, кроме обычного жалованья, положена премия, то есть доплата - пояснила я, видя непонимающие лица своих работников. А вот знакомое слово - доплата - вызвало улыбки на лицах.
- Но мы могли и больше. К сожалению, мы и так работали на пределе своих сил. И вот я думаю, что нам нужны помощники. Это первое. Второе - мы долго на открытом воздухе работать не сможем. Замёрзнем раньше. Значит, нам необходимо какое- то быстровозводимое небольшое помещение с печкой. Покупатели так и останутся снаружи, или возьмут еду с собой в фургоны, а
