— Видели бы вы это раньше, — проговорила старушка наконец, когда Сара складывала в корзину остатки ланча и мусор. — В моем детстве в кадушках цвели розы, беседку обвивал плющ, струи фонтана сверкали на солнце, террасы были покрыты коврами из цветов. Как жалко. Как жалко…
Сара дотронулась до ее руки.
— Мэтт все восстановит. Вот увидите.
— Нельзя было запускать все до такой степени. Клаудия без труда могла позволить себе дополнительные траты и нанять садовника — да что там, целый штат садовников. Но она, как всегда, ни о чем не думала.
— Миссис Компсон, почему вы хотите продать дом? Я понимаю, требуется ремонт, но ведь Элм — Крик может снова, как прежде, стать замечательным местом, а мы с Мэттом поможем вам в этом.
— Я никогда не смогу быть тут счастливой. Если даже дому вернется прежняя красота, все равно он никогда не будет таким, каким мне хотелось бы его видеть. Нет, вам в вашем юном возрасте этого не понять.
Она помрачнела, и Сара невольно отвернулась. Конечно, саду требуется много внимания, но Мэтт восстанавливал и более запущенные участки. Вот если миссис Компсон даст ему шанс…
— К тому же у меня есть покупатель.
Сара резко повернулась к ней.
— Что?!
Миссис Компсон не отрывала глаз от каменной скамьи.
— Местное агентство недвижимости уже проявило огромный энтузиазм. Джентльмен из «Юниверсити Риелти» явился во вторник, когда вы уезжали на собеседование. Разумеется, пока мы еще ни о чем не договорились, но я не сомневаюсь, что в конце концов мы ударим по рукам. — Миссис Компсон оглядела сад критическим глазом. — Вот почему я не жалею денег на реставрацию дома и участка — чтобы повысить стоимость имения.
— Я понимаю.
— Не огорчайтесь так, Сара. Я буду здесь все лето. У нас впереди еще много времени, и я научу вас квилтингу.
— Но что вы будете делать после этого?
— Продам дом, выставлю на аукцион все его содержимое и вернусь к себе в Севикли. Не смотрите на меня с таким удивлением. Вы ведь помните, почему я вас наняла, не так ли? — Она резко встала. — Если вы готовы, я хочу показать еще кое–что.
Сара пошла за ней к беседке. Ступеньки устало скрипели, словно готовы были в любой момент сломаться. Скамьи, напоминавшие деревянные ящики, обрамляли стенки восьмиугольной постройки.
Миссис Компсон поочередно показала на сиденья скамеек и склонила набок голову.
— Ну, что скажете?
Сара пригляделась внимательнее. В середине каждой скамейки вокруг маленького квадрата был инкрустирован узор из сомкнутых, разноцветных прямоугольников. На некоторых сиденьях центральный квадрат был желтый — как сосна — а у остальных красный. Вероятно, цвета были когда–то яркими, но теперь потускнели от времени и непогоды. Сара обвела пальцем один узор.
— Что–то знакомое, но я не могу вспомнить, где я это видела.
— Это узор для квилта под названием «Домик из бревен».[4] Считается, что он был придуман в честь Авраама Линкольна, хотя, возможно, это миф. По традиции мастерица всегда должна ставить в середину красный квадрат, символ очага, или желтый квадрат, символизирующий свет в окошке дома.
— Как красиво.
— Верно, но тут есть еще кое–что. Приглядитесь–ка внимательней.
Сара прилежно рассмотрела по очереди каждую скамью, не очень понимая, на что надо обратить внимание. Но потом все осознала.
— Вот, — сказала она, ткнув пальцем. — Центральный квадрат другой. Он черный.
— Умная девочка, — кивнула миссис Компсон. — Поднимите сиденье.
— Оно поднимается? — Сара схватилась за край доски. На ней не было ни петель, ничего, что отличало бы ее от других досок.
— Осторожнее. Приподнимите край и задвиньте доску назад.
Дерево заскрипело, протестуя и не желая слушаться, но Сара все–таки справилась с ним. Когда она приподняла сиденье, доска убралась в потайную щель за скамьей; такой механизм напомнил Саре стол с выдвижной крышкой.
— Боже мой, неужели… — Сиденье прикрывало какое–то отверстие. Сара увидела узкие поперечные доски, прибитые к столбу и напоминавшие лестницу, ведущую в детский домик на ветвях дерева.
— В годы Гражданской войны наш Элм — Крик служил прибежищем для многих несчастных, — объяснила миссис Компсон с видом заговорщицы. — Квилт с рисунком «Домик из бревен», в центре которого находится черный квадрат, служил сигналом. Когда беглый раб видел на бельевой веревке возле дома такой квилт с черным квадратом, он знал, что может смело постучаться в дверь дома.
— Ну, а если его видели те, кто ловил беглых рабов?
Миссис Компсон посмотрела на нее с насмешливым удивлением.
— Ах, кто обращал внимание на женское рукоделие? На висевшее на веревке одеяло? Те люди делали важные мужские дела, им было не до таких мелочей.
Сара нагнулась над лазом, пытаясь хоть что–то разглядеть в темноте.
— Значит, беглые рабы видели этот узор на скамье и знали, что под ним есть укрытие. Потрясающе. Там глубоко?
— Достаточно, чтобы под беседкой мог свободно стоять один человек. Бабушка рассказывала, что каждый вечер кто–нибудь из домашних приходил сюда и проверял, есть ли кто–нибудь в укрытии, и узнавал, в чем он нуждается. Потом, если было безопасно, беглеца звали в дом.
— Я хочу туда залезть. — Сара села на соседнюю скамью и перекинула ноги через край лаза.
Миссис Компсон удержала ее за локоть.
— Не советую. Кто знает, кто там сейчас прячется — змеи или больные бешенством белки. Лучше уж этим займется Мэттью.
Сара торопливо вскочила и поставила сиденье на место. Если в укрытии прячется какая–нибудь бешеная белка, Мэттью там тоже нечего делать. Она отряхнула пыль с ладоней.
— Вы ведь не станете утверждать, что у вас в Севикли тоже есть такие интересные места?
— Откуда вы знаете? Ведь вы там никогда не были, — ответила миссис Компсон, но тут же с грустью добавила: — Хорошо, я вовсе не утверждаю, что Элм — Крик заурядное, скучное место. Конечно, тут замечательно. Но Сара, дорогая, не ждите от меня восторгов. Интересные вещи не всегда бывают хорошими. Иногда мы больше всего тоскуем по самым простым вещам. — Миссис Компсон тяжело вздохнула, взялась за перекладину беседки и посмотрела на сад. — Доставайте наше рукоделие, мы поработаем, пока за вами не приедет Мэтт.
Глава 12
В тот вечер Сара поехала на посиделки к Мастерицам запутанной паутины. Сидя за рулем, она вдруг осознала, что в первый раз после переезда в Уотерфорд выбралась куда–то без Мэтта. У нее возникло странное чувство, словно она забыла дома что–то важное, но никак не может вспомнить, что именно.
