а Эверли листала дальше. Было немного странно просматривать персональный каталог с возможностями. Она хотела кого-то, чьи фото и описание заставили бы ее замереть и подумать: «Постой, расскажи еще».
Когда Крис снова опустился возле нее на диван, у него в руках была большая миска попкорна. Он широко улыбнулся ей.
– Мне нравится попкорн, – застенчиво пояснил он. Крис наклонил миску в ее сторону, она засмеялась и пересела, поджав ноги под себя, прежде чем взять горсть.
– Жонглер? – Попкорн чуть не застрял в горде у Эверли. – Это что – настоящая профессия?
– Может быть, если ты достаточно хорош в этом. Нажмите «Старт», – ответил он, закидывая ноги на столик.
Когда она послушалась, из динамиков донесся голос Арана Кирка, громкий и отчетливый.
– Эверли, я дождаться не могу знакомства с тобой. Есть многое, чему мы можем друг у друга поучиться. Наш путь будет уникальным, но не бойся, – сказал он, сделав паузу, и пропал из кадра. Когда он появился снова, у него в руках было три оранжевых шарика. Он начал жонглировать и продолжил: – Я привык к неожиданностям. А ты?
– Ну зачем он закончил вопросом? – застонала Эверли.
Крис уставился на нее. У нее что – попкорн в волосах?
– Что?
– Вас только вопрос в конце смутил?
– Жонглирование это недооцененное искусство, – засмеялась она, а затем шутливо нахмурилась.
Приподняв брови, Крис наклонился вперед, ставя миску между ними. Выбрав три кусочка попкорна, он подбросил их в воздух, пытался поймать, и упустил все три. Эверли сдержала смех и указала на экран.
– Мне он не подходит, но, может, он дает уроки?
– Пасс, – пробормотал Крис, морщась и собирая упавший попкорн, который затем бросил на столик.
Она все же рассмеялась и поудобнее устроилась на диване. Эверли даже не заметила, что успокоилась.
– А то. Во всех смыслах.
– Аминь, – отозвался он.
Пасс. Пасс. Пасс. Это еще что такое? Пасс. Пасс. У Эверли начали слипаться веки. Она отложила пульт и сделала долгий глоток воды.
– Вы в порядке? – Его мягкий голос прервал ее навязчивые мысли о том, что она никого себе не найдет.
– Вроде бы. Мне понравились только трое из тридцати семи. Так себе пропорция.
– Есть еще куча других, – сказал Крис с улыбкой. Он потянулся, будто собирался положить руку ей на плечо или успокаивающе погладить, но быстро отстранился. Он, наверное, боится, что ты снова попробуешь засунуть палец или даже всю ладонь ему в рот.
Эверли снова вернулась к экрану, нажала кнопку, чтобы пролистать дальше.
– Оуэн Бастон, тридцать один год, пивовар. Интересно.
– Вам нравится пиво? – спросил Крис, забирая воду и не поднимая глаз.
– Нет, не особо. Но это необычная профессия, а я хочу чего-то необычного.
На фото у пивовара были рыжевато-каштановые волосы и счастливая улыбка. Он выглядел красиво и сурово. Эверли никогда не встречалась ни с кем суровым. Она запустила видео.
– Привет, Эверли. Странновато это записывать. Я никогда даже селфи не делал, – сказал Оуэн в камеру. Эверли засмеялась вслух. – Я обычно не так знакомлюсь с девушками, но подумал, что настало время для разнообразия. Услышав тебя по радио, я разозлился и подумал: «Блин, не хотел бы я ее рассердить». Ты сразу же меня заинтриговала. Независимо от твоего выбора, я желаю тебе удачи. Ты лучше Саймона.
Когда видео закончилось, она все еще улыбалась. Крис раздраженно фыркнул.
– Мне нужно подарить вамфутболку с такой надписью, чтобы вы ничего не забывали.
– Что? – Она повернулась к нему, сдерживая зевок. У него были такие завидные, длинные ресницы.
– «Ты лучше Саймона».
Она улыбнулась и, не подумав, потянулась к его руке.
– Спасибо. Я в порядке. Я ничего не почувствовала, когда мы расстались. Хороший показатель, что для меня это не было важно.
Крис убрал руку, и она с трудом сдержалась, чтобы не поморщиться. Ну да. Не трогай его руку. Вообще его не трогай. Ему это не нравится, и он достаточно терпелив к тому, что ты распускаешь руки.
– Все равно он поступил мерзко.
– Да. Я бы хотела пойти на первое свидание с Оуэном, – ответила она, глядя на экран.
Крис втянул воздух и закашлялся. Эверли не знала, что делать, поэтому она подала ему воду и просто напряженно ждала, чтобы он отдышался.
– Извините, просто вы сказали это с такой уверенностью, – сказал он скрипящим голосом. Крис взял у нее бутылку.
Она хитро ему улыбнулась и постаралась выбросить из головы тревожные мысли.
– Порой утомительно быть ни в чем не уверенной.
– Ну, тогда ладно. – Его лицо покраснело, а глаза немного слезились. – Оуэн заполучил себе свидание.
На мгновение она почти улыбнулась. Она отлично строила планы и часто мечтала о путешествиях, о том, чтобы пойти в клуб и протанцевать всю ночь, сыграть в бинго (эта игра не только для старушек), но она всегда передумывала и все отменяла. Но на этот раз смены планов не будет. Она это сделает. Может, если ьона начнет совершать поступки, от которых ей некомфортно, она наконец выяснит, кем хочет стать?
Или у нее просто случится паническая атака, появится нервная сыпь и она не придет на свидание к Оуэну. Время покажет.
12
Эверли поднесла бутылку воды к губам, радуясь, что в квартире она была одна, и никто не мог слышать, как громко она глотала. Она чувствовала себя так, будто пробежала марафон в жару, закутавшись в несколько одеял. Она сильно вспотела. Может, с ней что-то не так? Потливость могла быть симптомом какого-нибудь заболевания. Только вот она не могла вспомнить ни одного. Перестань. Эверли поставила пустую бутылку и вдохнула вполсилы. Раз. Два. Три. Четыре. Она представила, как ее рука выскальзывает из руки Оуэна, потому что она слишком потная. Перестань. Раз. Два. Три. Четыре. Пять, шесть, семь. Она наклонилась к столешнице, стараясь дышать глубоко и размеренно. Эверли уже бывала на свиданиях, поэтому такой уровень тревожности, как сейчас, был неожиданным. Это свидание идет в комплекте с чертовой кучей давления.
Она вернулась в ванную, закрыла дверь и встала напротив зеркала в полный рост. После того, как она четко разъяснила, что не собирается носить ничего с низким вырезом, прозрачного, в пайетках или перьях, Стейси отнеслась к шоппингу всерьез.
Именно поэтому Эверли теперь была довольна своим внешним видом. Она выбрала пару темно-серых штанов и тонкий бледно-розовый свитер с широкой горловиной. Она бы предпочла что-то черное или серое, но Стейси была непреклонна на этот счет. Свитер сидел на ее худой фигуре хорошо, подчеркивая те небольшие изгибы, которые у нее были. Стейси (обладательница более пышных форм), всегда восхваляла
