— Леонард, будь добр, сделай вид что тебе показалось?
— За сотку? — хмыкнул гид
— Ну ты и черт, мистер Леонард! Пусть будет за сотку…
— Только…
— Что — только?
— Правда, что с Ярра выдачи нет?
— Истинная правда, если готов служить или учиться.
Леонард кивнул и сделал жест, как будто закрывает на губах замок-молнию.
Они постояли еще некоторое время, и, наконец, появилась Эбигайль — посвежевшая, без косметики, и со странным выражением на лице. Она летящей походкой приблизилась к Гаю, обвила руками его шею, встала на цыпочки и крепко поцеловала парня.
— Хоть ты и придурок — я очень рада тебя видеть! Ты не представляешь как я скучала, и как мне тебя не хватало!
— Эх, Эби, а я-то как…
— Поцелуй меня еще раз, ладно?
Конечно, он поцеловал.
Потом они сели в машину — на заднее сиденье, Леонард завел мотор и тихонько тронулся, а Эбигайль прижалась к Гаю и положила ему голову на плечо:
— Получается, всё-таки ты ко мне вернулся, да? Обещал — и вернулся. И-и-и-и, это просто замечательно!
* * *
Дорога до отеля «Рино» прошла без проблем, хотя какие-то типы и караулили их с той стороны границы, но Рафаэль сумел сбить их со следа. Конфликт с Джейкобом Мёбиусом никак не сказался на делах с Домиником — «СтернИгель» ждал в доке Матагорды-Топ своего нового владельца. Они заехали в какой-то небольшой отельчик за вещами Эби и двинули в «Рино».
Оставалось дождаться товарищей, которых не было в номерах — хотя администратор уверял, что ночевать они возвращались.
— Скажете, что я на месте, ладно? — попросил Гай.
Серость, серость, серость — и среди всего этого яркая, как взрыв фейерверка, Эбигайль. Она так сильно выделялась на фоне окружающей действительности, так чуждо смотрелась со своими жизнерадостными кудряшками и красным платьем, что у парня щемило сердце. Прочь, прочь отсюда как можно скорее! Где этот чертов дядя Миша и остальные?
— Гай, что-то не так? — спросила Эби, когда они стояли в кабине лифта.
Ситуация в целом была странной, и им так много всего нужно было обсудить- но сейчас она спрашивала не об этом.
— Мне кажется, что гетто не в фавеле. Гетто — это вся остальная планета. Жуткое место.
— Я хочу домой, Гай… Хочу в Долину. Я там жила какое-то время, пока не раскопала кое-что про это «Пьяную вишню» и эту семейку. Навела порядок, разгребла завалы — ты не против?
Гай улыбнулся и помотал головой. Он точно был не против. Наоборот, ему было приятно, что она жила в том доме, заботилась о нем и наводила свои порядки.
— Ну-ну, это ты еще не видел масштабов изменений… Вообще — приедешь на Ярр — обалдеешь!
— Я уже.
— Что — уже?
Гай вдохнул аромат ее волос — настоящий!
— Уже — балдею!
— Ой-ой-ой,- состроила девушка рожицу и покрепче прижалась к нему.
Лифт динькнул, оповещая о прибытии на нужный этаж.
В номере был душ, была сумка Кормака с вещами, холодильник с местными суррогатами продуктов питания. Шунтов у Гая и Эби, естественно, не было, так что представить себе, какие именно деликатесы должны были изображать эти куски съедобного пластилина было сложно.
Клубная рубашка и щегольские джинсы парень сменил на удобные штаны с карманами и футболку, девушке предложил что-то из своего, но она помотала головой и полезла в свой рюкзачок. На свет Божий показалось сначала серое мохнатое ухо, потом сонная морда — Мич!
— Хоз-зяин? — загорелись черным огнем глазки звереныша.
— Ми-и-ич! — Гай был злодейски вылизан шершавым языком и совершенно упустил момент, когда Эби сменила платье на пилотский комбинезон.
Вдоволь повозившись с ошалевшим от радости дроидом-нянькой, Гай сдался — он улегся на кровати и похлопал по покрывалу рядом с собой.
— Ложись, а?
Эби легла рядом, Мич встал на страже — у дверей. Это был очень, очень сумбурный день, и хотя бы час полудремы стал бы настоящей роскошью.
— Гай? — девушка поудобнее устроилась у него на груди.
— Эби, всё потом, потом, когда выберемся отсюда…
— Ну, ладно, — смирилась она, а потом с досадой сказала:- Я, наверное, всё равно не смогу уснуть.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Через минуту она уже спала, и тихонько сопела носом. Гай хмыкнул и тоже прикрыл глаза — с таким стражником как Мич можно было не опасаться быть застигнутыми врасплох.
Глава 14, в которой Либерти остается позади
— Эй, эй, хватит бить меня по лицу, ты, маленький засранец! — орал огромный негр, катаясь по полу и силясь оторвать от своей физиономии злобный шерстяной комок.
— Эй! Эй! — на манер эстоков выкрикивал Мич и нещадно дубасил Думбийю.
— Гай, забери от меня эту псину! Забери, он прикончит меня-а! — у матерого пирата в голосе прорезались явные истеричные нотки.
— О, Господи! — такой способ пробуждения был явно не самым лучшим. — Что вы тут устроили? Мич, Дум-Дум теперь хороший, он за нас и откроет бар на Ярре, слезь с него! Думбийя, кой хрен ты вламываешься в мой номер без стука? И, к твоему сведению, Мич — не псина. Мич — пангейский многофункциональный дроид-нянька с симуляцией личности и экспериментальной эхо-программой, ага?
— Ага! Как морда-то болит, Божечки… — экс-пират с трагичным видом ощупывал свое лицо.- А это… Это я правильно понимаю — тот пилот, которая…
— Да, которую Саваж запихал в криокапсулу и отправил на Ярр, а потом мы с ней устроили вам там сладкую жизнь.
— Леди, не нужно только бить меня по лицу, мы с величеством уже до всего договорились и всё обсудили, и я не имею никакого отношения…
Эбигайль сидела на кровати поджав ноги и с ошарашенным видом смотрела на страдающего Дум-Дума, и две башки — одну лысую, а другую лохматую, которые с интересом заглядывали в дверь.
— Эби, это дядя Миша, это Дон — мои союзники и товарищи по несчастью. Дон, дядя Миша — это Эбигайль Махони, второй пилот борта номер один монархии Ярра, моя невеста и просто замечательный человек. Прошу любить и жаловать.
— Гора с горой не встретится, а человек с человеком, стало быть… — снова заговорил поговорками рашен.
— Так что, решил вопрос с корабликом-то? — Дон, как всегда, был конкретен.
— Решил, погнали наверх оформляться, пока по нашу душу не заявились лихие демоны…
— Тут бывают лихие демоны? Они тут все вяленые и хилые, даже железячки! — заявил дядя Миша.
— Это ты в фавеле не был, — покачал головой Гай. — В общем — собираем манатки и валим отсюда.
Свалить спокойно им, конечно, не дали.
* * *
Киборги ждали их в холле. Портье спрятался под стойку, посетители торчали в номерах и боялись высунуться. Это была та самая ситуация — железячки были вооружены, а Гай и его соратники могли распологать только собственными руками и ногами.
Оружие у киборгов было вполне материальным — тройка ликвидаторов целилась в двери лифта из лазганов. Благо, лифт спускался вниз пустым — для спуска была задействована запасная лестница, и Дон, аккуратно высунув лысую башку в окошечко, провел рекогносцировку.
— Трое с пушками. Что мы можем сделать? — спросил он.
— Тут где-то должен быть… — дядя Миша повертел головой. — О! Вот! Он у них всегда одинаковый, хотя я не уверен, что эти железячки в принципе представляют, с какой стороны браться за топор. Это хрен знает что — кругом технологии, а пожарные щиты как… Как на Кондопоге.
Движением когтистых пальцев он оторвал замок и открыл пожарный щит.
— Огнетушитель, брандспойт, ведро, багор, топор — это прекрасно… Мы вооружены!
— Душа моя, сможешь открыть дверь и швырнуть огнетушитель точно по моей команде? — спросил Гай, разматывая шланг. — Дум-Дум, крутанешь вентиль.
Дон с багром и дядя Миша с топором замерли по обеим сторонам от двери. Гай махнул Дум-Думу, тот крутанул вентиль и вода побежала по кишке. За пару секунд до того, как она должна была мощным потоком рвануть из брандспойта, Эби пинком ноги распахнула дверь и запустила огнетушителем.
