Читаем без скачивания Бог огненной лагуны - Николай Леонов

Он положил трубку и некоторое время молча смотрел на приятелей. Те тоже выжидающе смотрели на него.

– Так вот, ребятки, послала нам судьба сюрприз... – Петр интригующе улыбнулся. – Эксперт, который вчера обследовал «Шкоду» Глатского, обнаружил в салоне следы кокаина! Представляете? Ну, Глатский! Ну, погоди! С таким козырем можно выйти и прямо на министра. Что мы сейчас и сделаем. Ладно, ребята, инцидент будем считать исчерпанным. У вас что сегодня по плану?

– Проверка владельцев серых, не к ночи будь помянуты, «Шкод», – с долей сарказма сообщил Гуров.

– Кстати, что ты там говорил о благодарности и премии? – встав со своего места, Станислав подбоченился. – Это только эксперту? А тебе не кажется, что это же самое ты прямо-таки обязан навязать еще и только что незаслуженно обруганному тобой оперуполномоченному Крячко?

– При вас хоть ничего не говори! – Орлов почесал затылок. – Да ладно уж, включим и тебя...

Выйдя из кабинета Орлова, Стас покосился в сторону Гурова.

– Ну, давай, рассказывай дальше. Как там наши Лида и Таня?

Услышавшая последние слова секретарша генерала Верочка, которая в этот момент что-то писала, резко обернулась в их сторону и с вытянувшимся от изумления лицом, на котором было написано: «Как?! У нашего главного однолюба Гурова – роман на стороне? Потрясненько!» – долго смотрела вслед покинувшим приемную операм.

Узнав о перипетиях пребывания Гурова в Демьяновске, Станислав разочарованно вздохнул.

– Лева, ты лопух! – плюхнувшись на свое место, провозгласил он. – У тебя был такой шанс!.. Сразу две красавицы-провинциалочки, кровь с молоком, бездна нерастраченной нежности... А он взял и смылся! Впрочем, судя по твоему измученно-умиротворенному фейсу, Мария с лихвой вознаградила за это воздержание. Я прав? Счастливчик! И что ж мне так не везет? Ладно, давай делить направления – кому куда ехать. Двоих «клиентов» я вчера уже объехал, сегодня еще восьмерых подкинули.

– Дели, доверяю тебе. – Лев изобразил великодушный жест. – А я сейчас схожу к нашим компьютерщикам – пусть разыщут в сети интернет-провайдера, с которым работал Борзунин, и выяснят, с кем он вел электронную переписку, какие сайты посещал, и все такое прочее.

Когда он вернулся, Стас героически сражался с очередным сканвордом. Увидев Льва, Крячко лишь на мгновение оторвал голову от газеты.

– Все повышаешь свою «ерундицию»? – Лев иронично усмехнулся. – Направления поделил? Надеюсь, по-братски?

– Как это – по-братски? – насторожился Станислав.

– Ну, самые дальние и сложные – себе, что поближе и полегче – своему товарищу... – с наигранным пафосом уведомил Гуров.

– Именно! Именно так я и поделил, – едко отреагировал Крячко. – Итак, объявляю итоги «братской» дележки: мне – Дорохово, Воскресенск и Клин, по одному человеку в каждом, тебе – Ногинск, Кунцево, Бирюлево, Медведково и Королев – тоже по одному человеку в каждом. Ну, что? Хо-кей?

– Фут-бол и лап-та, – в тон ему ответил Лев. – Ладно уж, премудрый ты наш... Как разделил, так разделил. Я поехал. До вечера!

– Ага! – снова с головой уходя в сканворд, чисто механически кивнул Крячко. – Я тоже, сейчас... Сейчас...

Он опомнился лишь полчаса спустя. Взглянув на часы и вспомнив, что Лев уже давно отбыл по делам, он поспешно сунул газету в ящик стола и, коря себя за легкомыслие, помчался к выходу.

...Видавший виды «Мерседес» мчался по шоссе на юго-запад в сторону Дорохова. Его водитель жал на акселератор с усердием ковбоя, упирающего острыми шпорами во взмыленные бока своего коня. Лишь там, где интуиция подсказывала ездоку вероятность коварной засады гаишников, он несколько сбрасывал скорость. Однако едва те оказывались позади, педаль акселератора вновь упиралась в пол кабины.

Миновав стелу с фигурными буквами «Дорохово», Станислав покатил по улицам городка, выясняя у прохожих, где находится улица Элеваторная. Оказалось, это на окраине, где одноэтажный сектор плавно переходил в дачный массив. Здесь проживал экс-священник Янкин, лишенный своего сана за дела, далекие от богоугодных. В самом деле, две молодухи, через девять месяцев ставшие мамами после исповеди у отца Григория, и три расквашенных носа в ресторане после учиненного там протоиереем буйного дебоша, – повод для оргвыводов более чем достаточный. Теперь отставной батюшка занимался общепитовским бизнесом, и, надо сказать, вполне успешно.

Станислав застал Янкина в принадлежащем ему кафе, где тот в отдельном кабинете вкушал трапезу, попутно давая разнос своему шеф-повару.

– Ну кто, кто будет есть такой антрекот? – бушевал экс– протоиерей, пытаясь разжевать нечто, напоминающее по своей плотности обжаренный кусок автомобильной покрышки. – На, грешник, попробуй сам свою стряпню!

Янкин поддел вилкой оставшийся кусок антрекота и пихнул его в рот повару. Тот с мученическим видом задвигал челюстью, давясь и вздыхая. Расстриженный батюшка – крупный и мощный, с буйной шевелюрой на голове и густой черной бородой, внимательно за ним наблюдал. Станислав, незаметно вошедший в кабинет, дал о себе знать негромким покашливанием. Янкин оглянулся и удивленно поинтересовался:

– Вы ко мне?

– Здравствуйте, Григорий Алексеевич. – Стас с сочувственной ухмылкой покосился на побагровевшего от натуги повара и достал свое удостоверение. – Я к вам по делу.

– Хм... – Янкин пожал плечами. – Присаживайтесь, Станислав... э-э-э... Васильевич. Что за дело у уголовного розыска к бывшему духовному лицу? Кстати, ваш коллега вчера визит мне уже нанес. Догадываюсь – неспроста. Так что за вопрос?

– Где вы были в ночь с воскресенья на понедельник и утром понедельника до восьми утра?

– Покинь нас. – Янкин указал повару на дверь. – Антрекот выплевывать не смей! Проверю! А в связи с чем возник этот интерес к моему местопребыванию в означенные часы?

– Серую «Шкоду», похожую на вашу, видели в поселке Кукушкино во время пожара в интернате инвалидов.

– Слышал об этом происшествии. Но неужели меня могут подозревать в совершении подобного злодеяния? – Янкин категорично развел руками. – С какой стати мне этим заниматься? Нет, я, конечно, не голубиной кротости, но уж такого совершить не смог бы никогда.

– И тем не менее я должен знать о том, где вы были. – Крячко тоже развел руками. – Кстати, может быть, кто-то брал у вас машину?

– Ох, грехи наши тяжкие... – Янкин сокрушенно покачал головой. – Даже рассказывать неловко... Хорошо, сознаюсь. Той ночью я помогал своему бывшему коллеге, настоятелю прихода в соседнем селе Агафонове, как бы это сказать... В общем, подготовить материальную базу для свершения чуда. Ну, знаете, случается, иконы мироточат, сами собой загораются свечи и так далее... Он в Агафоново только приехал, храм в запустении, народ к спасению души охладел, все алчут благ земных... Как тут быть? Вот и поделился с ним, так сказать, передовым опытом. Можете заехать, убедиться.

– Скажите, Григорий Алексеевич, а что, мироточение икон – это всегда только лишь ловкость рук? – вставая, поинтересовался Стас.

– Ну, что вы! Что вы! Где-то, полагаю, происходят и настоящие чудеса. А какая может быть благодать чудотворения в захудалой деревне, от которой отвернул свой взор господь и о которой не хочет знать районное начальство? Тут только и остается имитировать святые чудеса своими грешными руками...

И вновь помчался «мерин» по подмосковным дорогам. Теперь Стас направлялся в Воскресенск, где проживал охранник ресторана, некогда уже засветившийся на поджоге. Узнав на КП ГАИ перед въездом в город, где находится ресторан «Экслибрис», Станислав покатил по улицам, с интересом озираясь по сторонам, – здесь ему бывать не довелось еще ни разу. Ресторан находился в стороне от шумного проспекта, отгородившись от гула машин сквером с уже пожелтевшей листвой. Подойдя к стеклянной двери ресторана, запертой изнутри, из-за которой доносились отзвуки музыки и множества голосов, Крячко выразительным движением пальца подозвал плотного охранника в черной униформе. Тот неспешно приблизился и вопросительно мотнул головой. Станислав через стекло показал ему свое удостоверение. Пробежав глазами, охранник приоткрыл дверь и, высунувшись, пояснил:

– У нас сегодня все занято – корпоративное мероприятие.

– А я туда и не рвусь. Мне нужен Прозоров Валентин. Есть тут такой?

– Да, это наш старший... – с задумчивой настороженностью ответил охранник. – Немного подождите, я его сейчас позову.

Стас на какое-то мгновение заподозрил, что Прозоров может элементарно сбежать, но тут же отверг это предположение: оно означало бы, что бегством он косвенно подтверждает свою виновность. И действительно, через пару минут в глубине вестибюля показался мужчина средних лет в черной униформе. Выйдя к Крячко, Прозоров посмотрел на него оценивающим взглядом и сдержанно поздоровался.

– Здравствуйте, Валентин Семенович. – Станислав, напротив, был располагающе приветлив (он решил сыграть на контрасте – тот ждет от него напора и жесткости, а на деле встречает приятельское понимание). – Вот, приходится вас беспокоить, отрывать от дел... Но куда денешься? Служба такая.