— Надеюсь, что ваше несчастье окончательно сделает вас верным отделу, — в голосе Марго — грусть.
Да и водитель-милиционер обернулся, услышав ее слова, и подтвердил, что жить сейчас ОСЯ очень нелегко: ни местных отделений, ни организации. Поэтому и распоясались все эти четырехмерные да украли ребенка с необычными способностями. В советские времена даже самого Одина бы за такое деяние прижали да отправили на Колыму кодекс законов учить, да выпустили бы только после сдачи экзаменов.
— Получается, что и лагеря… — Шаулин закрыл рот рукой.
Он не мог поверить, что вся окружающая его жизнь на самом деле текла совсем в ином направлении.
— Не пугай его, Кеша, — отмахнулась Марго, — часть советских граждан на самом деле сидели в лагерях, а мы лишь для конспирации выстроили несколько академий неподалеку, куда отправляли нелюдей подучить законы. Им блокировали все магические способности и свойство четырехмерности, пока они не сдадут экзамен. Только знающий абсолютно все законы нелюдь или маг способен был свободно жить в Советском Союзе. Теперь вся система рухнула, учителя подались в торговцы, все вокруг неучи. А кто сдавал — решили забыть и жить без законов. Ладно, и об этом чуть позже. Главное, Антон, ты понял, что у нас в отделе — полнейшая разруха, нет головы, и я ищу верного человека, которому удастся как можно скорее вывести нас из этой смуты.
Когда-то, может, Шаулин и возгордился бы, окажись он выбран из сотен или даже тысяч претендентов. Теперь он единственный во всей стране смертный, посвященный в секреты нелюдей. Один из ста пятидесяти миллионов, не считая раздолбая Васю. И никакой гордости в груди не проснулось. То ли страх за собственную дочь потушил это чувство, то ли не ждал Шаулин подобного назначения. А как гордился он, когда ему в детстве вручали значок октябренка, повязывали пионерский галстук, брали в комсомол, вручали диплом, как он защищал диссертацию, когда он узнал, что прошел по партийному списку… теперь новое назначение. На еще более высокий, якобы, пост. Только какое-то гнусное чувство пожирает его изнутри.
— Я не достоин, — твердо сказал он, — не мне быть начальником российской нечисти.
— Но ты сделал выбор, — Марго обняла его. — Отступать — только в могилу.
Ее обворожительный взгляд, милейшая улыбка, глаза с поволокой… в этот момент Шаулину показалось, что все это напускное, колдовство, иллюзия, а он находится под властью заклинания, чудом удерживающего на краю пропасти. Чего еще можно ожидать от ведьмы!
— Я назначила тебя! Я рассказала о мире больше, чем помощнику Кощееву. И ты до сих пор готов сам тягаться с богами, вызвав человеческий ОМОН? Люди смешны, я это давно знаю. Но не думала, что настолько.
Пристыженный начальник покраснел и попытался спрятать взгляд. Но от ведьмы невозможно скрыть ничего.
— Я не смогу…
— Тогда погибнешь, — в ее минуту назад милом некогда голосе не осталось ни капельки чувств. — Мне нужен человек, способный подбирать кадры для нашего отдела. Не пушечное мясо, на которое годятся бедняки из южных государств Союза. Их я даже по именам не знаю, — она махнула и в сторону водителя, который только и делал, что следил за вихляющей дорогой, не слушая разговора на заднем сиденье. — Нужно верное окружение. Без элитного отряда нам не прожить. А в мире людей сможет работать только та нечисть, которая выбрана обычным человеком. Не справишься, я быстро найду тебе достойную замену. Так что, если хочешь жить, стремись привести отдел странных явлений к процветанию.
Поцелуй ее горячих губ словно поставил точку в последнем высказывании. Она делала предложения, от которых невозможно отказаться, а Шаулин, попавшийся на очарование московской ведьмы, все больше впадал в депрессию по поводу безысходности. Если Юля погибнет, ему жизнь перестанет быть мила. Его убьют, назвав неспособным. Избавят от тяжелого груза. Гипотетическая смерть Юли сильно ранила душу, остальное — самолюбие. Быть побежденным Антон Викторович Шаулин не желал.
— Мы потеряли след, — констатировал водитель, резко остановив автомобиль.
— Как жаль, что у нас нет телепата, — вздохнула Марго.
Перед Шаулиным стояли две неразрешимые задачи: найти мага, способного взять след и разобраться с четырехмерными. От того, за какую из них он возьмется, зависела не только его жизнь, но и будущее собственной дочери. И он выбрал компромисс:
— Начнем сами искать этих нахальных транс-как-их-там-морфов, если встретим телепата, завербуем.
— Что же, — ухмыльнулась Марго, — мне нравятся люди, которые вместо двух предложенных вариантов выбирают третий.
* * *
Из большой энциклопедии ОСЯ.
Сколько подпространств имеет наш мир — не сосчитать. Некоторые советские ученые говорили, что число это — конечно. Другие утверждали, что параллельные реальности — это плоды воображения людей. Даже один человек в своих фантазиях способен построить небольшой самостоятельный мир, подобный тому, в котором он живет. Киномото С. и еще несколько ученых пытались вывести математические уравнения, описывающие модель вселенной. Научный труд по данной тематике утерян в октябре 1993 года после смерти Житенко. По некоторым данным книга о модели мира в настоящий момент хранится в одной из параллельных реальностей. Известно, что у этих миров есть еще одно, математическое, название.
Лес Судеб — изначальное подпространство, содержащее в себе информацию о Создателе мира и всех его обитателях. Данные представлены в виде деревьев, описывающих возможное развитие судьбы индивида.
Девочка стояла у самого края обрыва и смотрела на бурную речку, несущуюся вниз с горы. Проворно огибая камни, грохоча и клокоча вода не желала менять своего пути. Она бежала к морю. А девочка не могла. Куда ей, десятилетней, одной преодолеть пару десятков километров по извилистой трассе, не быть схваченной бандитами, которые охотились на нее со странной целью. Даже ее друг Ваня не мог помочь.
Бурная речушка, маленькая, но такая древняя, мчалась вниз с горы. Вода не умеет мыслить, говорить, но она живет и не одну тысячу лет бежит к желаемой цели. А человек — тоже вода, восемьдесят процентов воды, так говорила учительница. И он тоже способен бежать, бежать от неприятностей или к желаемой цели. Только не здесь. Не сейчас.
Юля не могла поверить в ту сказку, что рассказал ей крестьянин Ираклий. Он уверял, что все это правда. Нет! Так быть не может! В семь лет девочка мечтала попасть с Элли и Тотошкой в волшебную страну, искала тот самый переход через хребет в Изумрудный город. Но его не было.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
