Райф прикусил губу, чтобы не улыбнуться. Рейна Черный Град и Эффи Севранс были единственными людьми в клане, способными отнять у Анвин дар речи.
Бормоча себе под нос что-то о нынешних девчонках, Анвин ухватила Эффи за шиворот и потащила на кухню. Камешки Эффи постукивали друг о друга, и Райф успел еще расслышать «чепуха» и «дурацкие каменюги».
Довольный, что Эффи попала в руки к человеку, который ее уж точно накормит, Райф вздохнул с облегчением. Одной причиной для беспокойства меньше на этот вечер.
Он прикинул, где в этот час может быть Мейс Черный Град. События, несмотря на одиннадцатидневный траур, назначенный Инигаром Сутулым, развивались быстро. Издольщики собирались в круглый дом раньше обыкновенного с оружием и смазкой для луков, окна молельни заколачивались и загораживались камнями, а этим утром Райф проснулся от лязга и тяжких ударов в кузнице, хотя еще и светать не начинало. Клан Черный Град готовился к войне, и это происходило под прямым надзором и руководством Мейса.
Райф сжал губы так, что они побелели. Этот человек хуже убийцы. Он прискакал домой с места побоища, чтобы извергнуть поток лжи. Райф покинул сени, сам не зная, куда идет. Он должен был найти Мейса и сам посмотреть, что еще замышляет человек, прочащий себя в вожди клана.
Внутри круглый дом представлял собой настоящий каменный муравейник. Коридоры, покатые дорожки и вырытые в земле ступеньки вели вниз: в комнаты без окон, житницы, амбары, оружейные кладовые и обращенные на север склепы, где некогда оставляли гнить кости врагов. В двух этажах под землей, в сырой каморке, Длинноголовый круглый год выращивал грибы. Все стены в комнатах были каменные, а сводчатые потолки поддерживались прочными смолеными столбами из кровавого дерева.
Здесь ничего не запиралось, даже арсенал. Кланник, ворующий у своих, считался ничем не лучше предателя, и ему быстро сорвали бы кожу со спины. Райф видел такое только один раз — это проделали с мягкоречивым ламповщиком по имени Веннил Друк. В его обязанности входило зажигать факелы в круглом доме, он имел доступ во все помещения и мог ходить где хотел, ни у кого не вызывая вопросов. Когда у Корби Миза как-то после ужина пропал красивый серебряный ножик, был обыскан весь круглый дом, и неделю спустя Мейс Черный Град нашел этот ножик, завернутый в листья щавеля, на дне котомки ламповщика.
Райф, сбегая вниз, сцепил зубы. На следующее утро Веннила Друка вывели во двор и уложили ничком на глину. Один острый кол ему продели под кожей спины на уровне плеч, другой — на уровне бедер. Потом его подняли за эти колья и подвесили между двумя лошадьми, а всадники погнали коней через болото к Клину. На полдороге кожа на спине у Веннила Друка лопнула, он упал наземь и умер еще до сумерек.
Кожу Веннила отдали Корби Мизу. Он почистил ею свой молот один раз, а потом выбросил.
Хмурясь, Райф спустился в хлев, расположенный прямо под сенями, где во время осады и в мороз держали лошадей и скот клана. Сейчас он был пуст. Ни один кланник не натаскивал своих собак, стоя посередине, ни одна женщина не присматривала за детьми, которых привела сюда поиграть. Райф остановился у входа. Хлев, самое обширное помещение круглого дома, в такие холодные дни обычно бывал полнехонек.
Райф постучал рукой по каменной кладке. Пришла пора навестить Большой Очаг. Сколько времени он провел в молельне с Эффи — меньше часа?
Переходы круглого дома делали узкими и извилистыми, чтобы их легко было защищать, если взломают главные ворота. Райф на бегу проклинал каждый поворот. Попробуй тут попади куда-нибудь быстро. Минуя кухонную стену, он услышал изнутри детский смех. Это его отнюдь не утешило. Чтобы дети играли в кухне у Анвин Птахи? Да скорее преисподняя должна замерзнуть!
Большой Очаг был главным верхним чертогом круглого дома. Новики, гости клана и все дети мужского пола, достаточно подросшие, чтобы самим найти свою еду и постель, ночевали здесь у огня. Почти все кланники и ужинали здесь, на кривых каменных скамьях у восточной стены. По вечерам все собирались сюда погреться, послушать разные истории, отведать чужого пива, покурить трубку, набитую сушеным вереском, поухаживать, попеть, поиграть в кости и сплясать танец с мечами. Это было Сердце Клана, и все самые важные решения принимались здесь.
Одолевая последние ступеньки, Райф уже почуял, что тут что-то не так. Дубовые двери Большого Очага были закрыты. Не останавливаясь, чтобы причесаться или оправить куртку, Райф толкнул их и вошел.
Пятьсот лиц обернулись к нему. Корби Миз, Шор Гормалин, Вилл Хок, Орвин Шенк и десятки других взрослых кланников собрались вокруг огромного выложенного песчаником очага. Рейна Черный Град, Меррит Ганло и еще около двадцати достопочтенных женщин тоже сидели у огня. На скамьях у стены ютились новики: двое братьев Шенк, Лайсы, Бык-Молот, Кро Баннеринг, Роб Ур, взятый в приемыши из клана Дрегг, и другие.
У Райфа комок подкатил к горлу. Дрей тоже сидел здесь рядом с голубоглазым Рори Клитом, держа на коленях только что зазубренный молот. Райф смотрел на брата не отрываясь, но Дрей даже не взглянул на него.
— Тебя, мальчик, сюда никто не звал. — Мейс Черный Град вышел из-за столба кровавого дерева и сделал пять шагов в сторону Райфа. — Ты станешь новиком только будущей весной.
Райф остался холоден к тону Мейса. Не тронуло его и то, что Мейс имел при себе Клановый Меч своего приемного отца, покрытый вороненой сталью и черный, как ночь. Рукоятью ему служила залитая свинцом человеческая кость. Он хранился в круглом доме, и вождь опоясывался им, лишь собираясь вынести решение, касающееся смерти или войны.
Обведя взглядом Большой Очаг, Райф сообразил, что видел столько кланников вместе разве что во время весеннего Дня Богов. Даже нескольким подданным клана — издольщикам, свиноводам и дровосекам — дали место у дверей. Из взрослых мужчин клана отсутствовали лишь те, что охраняли границы или охотились в северных областях клана, а также около ста человек, несущие ночной дозор.
Глаза Райфа сузились.
— Если вы собрались говорить о войне, — начал он, глядя на всех поочередно и не обращая никакого внимания на Мейса, — то я требую, чтобы меня тоже допустили. Инигар Сутулый примет мою присягу еще до первого боя.
Корби Миз первый кивнул своей большой, с вмятиной от молота, головой.
— Он прав, должен признать. Чем больше у нас будет новиков, тем лучше, с этим не поспоришь. — Баллик Красный и несколько других тоже кивнули.
Мейс Черный Град пресек эту волну, не дав ей распространиться.
— Мы должны решить дело с вождем клана, прежде чем говорить о войне.
Райф уставился на брата, сверля его глазами, и вынудил-таки Дрея взглянуть на него. Мейс Черный Град собрал людей, чтобы решить, кто будет вождем клана, а родной брат не сказал ему, Райфу, ни слова. Взгляд Райфа пылал негодованием. Неужели Дрей не понимает, что играет на руку Мейсу?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
