Ричард спокойно рассовал лазерники за пояс и под мышки и одел куртку, закинул на плечo сумку с оружием и внимательно посмотрел на мальчика, не нравилось ему его спокойствие.
— Пора, — сказал Крис и, подхватив сумку, двинулся к выходу, даже не взглянув на Сэнди.
— Не балуй без нас, — улыбнулся парню Пит, проходя мимо.
Ричард же подошел к нему вплотную и навис, опершись одной рукой о косяк. Синие глаза подозрительно щурились, выискивая на безмятежном лице следы безрассудной затеи.
— Не надо, малыш. Я чувствую, ты что-то задумал, не стоит. Нельзя. Пойми, тебе нет места в этой войне. Потерпи сутки — двое, и все закончится. Посиди спокойно, прошу тебя. Одна мысль, что с тобой может, что-то случиться… — Ричард, вдруг смолк и отпрянул от мальчика, устыдившись собственной слабости. Тот, замерев, с удивлением смотрел на него широко распахнутыми золотистыми глазами, такими чистыми и прекрасными, что принц зажмурился на минуту, боясь утонуть в них. Он поправил сумку и тихо сказал:
— Я совсем ничего не знаю о тебе, но мне кажется, ты не тот, за кого себя выдаешь. Для девятнадцати лет ты слишком худой и маленький. Для парня слишком раним и утончен… Впрочeм прав я в своих догадках или нет, время покажет, а пока я оставляю семь человек охраны, с ними тебе будет спокойнее, да и мне тоже. Они тебе и порезвиться не позволят, и другим в обиду не дадут. Ребята хорошо обучены и дело свое знают, так что… до встречи, малыш.
Принц с сожалением покинул гостиную и присоединился к друзьям. Сэнди не вышел их проводить.
Вечер стоял холодный, но тихий. Стылый воздух моментально освежил голову принцу, вытряхнув лишние мысли.
Все повстанцы во избежание путаницы и лишних потерь были одеты в черные куртки. Они разделились на небольшие группы и двигались по притихшему, ночному городу в сторону резиденции короля с разных сторон, убирая по дороге патрули, занимая важные точки. Один из отрядов, должен был зачистить город, освободить его от наемников и обеспечить крепкий тыл своим.
Отряд принца, как и другие отряды, разделился на группы по 10–15 человек, чтобы соединиться у пропускного пункта, выставленного на выходе из города по северной дороге. Оттуда уже на автопланах они должны были добраться до центральных ворот Бель-Теля. Именно с этой стороны им предстояло штурмовать замок. Другие же отряды должны были к 12 ночи занять позиции у южных, восточных и западных ворот.
Самая трудная задача — обеспечить эффект внезапности, по возможности тихо и незаметно добраться до замка.
Первый патруль группа принца встретила через квартал от своей штаб-квартиры. Четверо высоких, крепких парней с пневматическими автоматами наперевес преградили им дорогу и потребовали предъявить документы. Группа Криса, негласно обеспечивающая охрану Ричарда, сняла двоих, а двоих сняли принц и его спутник. Мертвых патрульных разоружили и отнесли в кусты.
Еще два патруля были сняты по дороге так же, как и первый, без лишней суеты и абсолютно беззвучно. На удивление тихо прошло и взятие пропускного пункта. 15 наемников, находящихся в тот момент на его территории, были разоружены и связаны без единого выстрела. Они беспечно несли свою службу, кто спал, кто пил, кто играл в карты, поэтому и взять их не составило труда, а двоих, особо рьяных, стоящих на посту с оружием, убрали ножом. К 12 отряд был на месте.
Фортуна явно благоволила повстанцам. По ушному микрофону, настроенному на специальную чистоту мятежников, Ричард узнавал, что происходит на других участках и как идут дела у других отрядов. К 12 все отряды заняли свои позиции, потеряв лишь двух человек.
Замок занимал огромную территорию, и силы, брошенные на защиту королевской резиденции Бель-Тель, почти вдвое превосходили количество повстанцев, тем не менее, это никого не пугало. Повстанцы добровольно пришли выполнить свой долг и умереть, если надо. И каждый не сомневался в исходе дела. Лица светились решимостью и уверенностью в победе. Иначе и быть не могло: на карту было поставлено их будущее. Наемники же Паула лишь отрабатывали гонорар и защищали свою сытую, беспечную жизнь. К моменту штурма ни их хозяин, ни они не подозревали о нависшей опасности. Какая-то неведомая сила, казалось, оберегает и ведет мятежников.
В 12 прогремели первые взрывы. Ворота и часть ограды смело в один миг, накрыв взрывной волной и ее обломками охрану.
Наемники бросилась врассыпную, открыв беспорядочную стрельбу, но тем самым наносили больше вреда себе, чем повстанцам, раскрывая свое местоположение. Однако паника была недолгой, и вскоре повстанцы получили неожиданно мощный отпор. Лишь к двум часам ночи, с трудом уничтожив основные точки сопротивления врагов, они смогли вплотную подойти к стенам замка. Здесь им пришлось особенно туго.
Повстанцев буквально прижали их к земле шквальным огнем, и если бы не мины, заложенные мальчишкой, они бы потеряли не меньше половины своих бойцов и вряд ли смогли довести дело до конца. Крис взорвал парадное крыльцо, давая возможность проникнуть внутрь здания. Следом пали и другие укрепления. Под натиском повстанцев наемникам Паула пришлось сдавать одну позицию за другой. Бой шел за каждое помещение. Коридоры наполнились криками, стонами, звуками выстрелов и брани, дымом, грохотом, треском.
Ей не стоило особых усилий выбраться. Она выждала полчаса, поднялась наверх и прикрыла дверь в комнату. Буквально через минуту, как и ожидалось, она распахнулась.
— Не закрывайся, — предупредил ее молодой охранник. Девушка согласно кивнула и указала на противоположную стену. Тот повернулся и получил легкий удар в точку на затылке. Тело парня рухнуло на диван.
Минут пять ушло на то, чтобы устроить мгновенно уснувшему охраннику достойное ложе, укрыть пледом с головой. Еще минут пять на то, чтобы рассовать приготовленное еще утром оружие, позаимствованное из общего арсенала повстанцев. А дальше дело техники: открыть окно, спуститься вниз и слиться с ночными тенями, нырнув в гущу кустарников.
У Бель-Теля она была, когда Крис взрывал парадный вход.
Она пошла черным. Вниз по лестнице для прислуги, до лифта. Естественно он был пуст, кому придет в голову пользоваться грузовым лифтом из кухни в такую суматоху?
Третий этаж, шестой. Стоп. Грохот, топот. Сэнди нырнула в альков и сравнялась с тяжелой портьерой — не заметили, пробежали мимо. Повстанцы пока точатся на первом этаже, здесь гостей еще не ждут.
Когда дробный шум шагов и крики смолкли, она ступила на коридорную дорожку. Паул должен быть здесь. Может у себя в кабинете, может в спальне у сейфа с флеш-счетами. Скорее всего, второе. Жадность и не таких подводила. Куда ж его Величие без соответствующих статусу средств?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
