препятствие. Я ехала слишком быстро для того, кто только начал. Взгляд парня переместился вперед, улыбка сошла с лица, глаза широко раскрылись.
Все происходило словно в замедленной съемке. Максим с криком «осторожно» схватил меня за талию и повалил на землю. Лишь голубое небо мелькнуло перед глазами, затем вниз будто бы упали красавицы-ели, а после только белый снег…
Я катилась кубарем, периодически ударяясь о ногу или руку Максима. Зажмурила глаза. Очень захотелось жить. Только об этом я мысленно просила.
Падение прекратилось. Спиной я ощутила твердую поверхность. Сверху на меня навалился Максим – я чувствовала тяжесть его тела. Лыжи слетели с ног и валялись где-то в стороне. Про палки я и вовсе забыла, выпустив их из рук еще до падения.
– Все хорошо? – поинтересовался мужчина.
Я неспешно разомкнула сначала одно веко, затем второе. Яркий свет ударил в глаза, и передо мной появилось испуганное лицо Максима.
Неожиданно даже для себя самой я залилась смехом. Легкие болели, слезы катились по щекам. Но так же внезапно, как засмеялась, я прекратила это делать. Воцарилось неловкое молчание. Я смотрела на Максима, а он, в свою очередь, на меня. Красивый, манящий, сильный… Взгляд из-под густых черных ресниц был решительным, наполненным неизвестными мне эмоциями. Мы просто смотрели друг на друга, ни говоря ни слова. Затем он коснулся рукой моей щеки, смахивая последнюю слезу, провел ладонью по холодной коже.
Его лицо приближалось, и я задержала дыхание. Закрыла глаза. Теплые губы опустились на мои. Все мысли испарились из головы. Был только этот момент – больше ничего вокруг не существовало. Пропал снег под нами, исчезли люди, растворился весь этот дурацкий курорт. Внутри разразился пожар. Я обняла мужчину, сомкнув руки на его шее кольцом, и еще крепче прижала к себе. Приоткрыла губы, и горячий язык проник в мой рот, играючи лаская зубы.
Мне уже не хотелось кататься. Я желала бросить лыжи, телепортироваться в спальню и продолжить этот поцелуй в более приятной обстановке. Только бы не останавливаться! Но реальность окатила будто водой, когда Максим прервал наш внезапный поцелуй. Мужчина слез с меня и поднялся на ноги. Я наконец смогла сесть.
– Извини, я не должен был… Хочешь прокатиться еще разок?
– Нет, – ответила, – пожалуй, я хочу в дом.
Встала, отряхнув промокшие джинсы от снега, и отправилась искать разбросанные лыжные принадлежности. Не хотелось бы платить штраф в случае утери инвентаря.
В дом я ввалилась напрочь замершая. Только голова вспотела под вязаной шапкой.
Захотелось принять душ, да погорячее, чтобы привести себя в чувства. Я молча прошла мимо Максима к лестнице и поднялась на второй этаж. Мужчина тоже как-то не особо горел желанием со мной общаться. Сейчас, наверное, решит, что я какая-нибудь блудная девка, соберет мои вещички и выставит отсюда подальше, пожалев, что вообще связался со мной. И как тогда я буду добираться до отеля?
Я так распереживалась, что у меня поднялось давление. Голова закружилась, а в глазах потемнело. Я чуть ли не свалилась прямо за ограждение второго этажа, но вовремя схватилась за перила и повисла на них. Не знаю, видел ли это Максим, но я скоропостижно ретировалась в ванную и закрыла за собой дверь. Ополоснула лицо холодной водой, приводя себя в чувство, затем посмотрела в зеркало.
Успокойся, Аня! Все нормально! Поцелуй – просто ерунда в сравнении с тем, что творят многие женщины современного поколения. Лишь шалость! Да и не ты целоваться полезла первая. Так что будь спокойна. Встретишь с Максимом Новый год, а завтра вернешься в номер, а после уже и в родной Петербург. Там все закрутится-завертится, и ты и думать забудешь обо всем, что произошло или еще произойдет на этой командировочной неделе.
Когда я почувствовала себя немного лучше, стянула одежду и залезла под душ, окатив себя кипятком, затем сделала температуру пониже. Как хорошо! Согрелась я моментально, да и вообще ощутила некую легкость. Будто бы в сток вместе с водой утекли все мои переживания. Так что ступила на кафельный пол я полностью с чистой головой и трезвыми мыслями. Обмоталась полотенцем и шагнула в коридор, да только не учла, что в этот момент со мной рядом мог очутиться Максим, что, впрочем, и произошло.
Мы столкнулись прямо у дверей ванной. Я врезалась носом в его грудь и замерла. Мокрые волосы упали на плечи, забрызгав водолазку мужчины.
Дыхание участилось у обоих. Я ощутила, как сильно забилось сердце Максима. Мы стояли так, наверное, несколько минут. Или же мне казалось, что время замедлило свой бег? На мгновение я совсем забыла, что стояла лишь в полотенце, которое даже не удерживала руками. И вдруг оно упало к ногам, оставив меня полностью обнаженной. Холодный воздух побежал по коже, покрытой мурашками.
Подняла глаза, встретившись со взглядом мужчины. Его губы были приоткрыты, дыхание сбивчивым. Кровь пульсировала в моих венах, разгоняя по телу жар.
Максим обнял мои плечи, провел ладонью вдоль позвоночника. Из горла вырвался протяжный тихий стон. Я откинула голову назад, подставляя шею под влажные поцелуи, ожидая решительного шага. Он легко прикоснулся губами к подбородку, затем ниже, чуть посасывая кожу, дразня. Низ живота свело спазмом, а я дрожала, из-за чего Максим сильнее прижал меня к себе сильнее. Легко прикусил шею, после поцеловал то место. Ноги стали ватными, руки вспотели.
Я обхватила ладонями лицо мужчины и притянула к себе для поцелуя. Сначала легкого, едва касаясь губами, пробуя на вкус, затем более страстного, и из маленькой искорки, зародившейся в эту секунду, разрослось пламя. Жар этого пламени окутывал нас обоих. Желание пульсировало во мне. Каждая клеточка пробудилась ото сна и запела, когда руки Максима переместились на мои ягодицы, чуть сжав их. Пульс участился – даже ощущала его кончиками пальцев.
В какой-то момент я поняла, что не дышу – легкие заболели, и я с трудом до сих пор удерживалась на ногах.
– Мы не должны, – прерываясь, говорил он, будто это действительно я соблазняла его. Но мы оба понимали, что лишь он один мог до сих пор держать себя в руках. Пусть и плохо выходило. Пока я же полностью отдалась пьянящему чувству, охватившему нас.
– Плевать, – ответила, углубив поцелуй. Провела языком под его верхней губой, а затем ощутила, как через ткань брюк в живот мне уперлось нечто твердое. И я осознала, что мы попали. Нет пути назад! Не пожалею ли я потом о случившемся?
Максим поднял меня на руки, будто бы я ничего не весила, и открыл
