– Это её выбор, – отрезал Фарлан, – не нам здесь вмешиваться.
Эльф быстро пошёл прочь с поляны, увлекая за собой Элемин. В последний момент она всё же оглянулась на Ламберта, который так остался стоять. На лице Крадущегося девушка прочла разочарование и грусть, а затем оно исказилось мрачной гримасой гнева.
– Ты готова? – Арен внимательно посмотрел на сидящую перед ним Элемин.
Она обвела взглядом ждущих чуть поодаль друзей: Фарлан ободряюще склонил голову; Сильвия нетерпеливо постукивала пальцами по коленям; только Ламберт смотрел на неё недовольно и с осуждением. Неужели он так сильно волнуется за неё? Даже когда они работали вместе, Крадущийся никогда так не переживал. Что изменилось сейчас?
– Это точно не опасно? – в который раз спросил Ламберт.
Арен вздохнул:
– Я уже объяснил тебе, здесь ни в чём нельзя быть уверенным! Это магия, а не точная наука вроде арифметики или алхимии… Антимагический барьер Элемин уже покрыт огромными трещинами, и всё, что я сделаю –немного надавлю снаружи, тогда он окончательно лопнет. Её сила забьет изнутри, словно исток ручья, который долгое время был заткнут камнем. И лишь от изначальных способностей носителя зависит, станет этот ручей полноводной рекой или так и останется небольшим потоком.
– Вот нельзя объяснить без этих дурацких аллегорий? – Крадущийся раздражённо скрестил руки на груди.
Арен убрал прядь волос за ухо.
– Увы, друг мой. За этим не ко мне, – он перевёл взгляд на Элемин и вновь стал серьёзным, – ну что?
– Да, – наконец ответила девушка, – начинай.
Внутри лучницы всё дрогнуло. Вот сейчас, ещё немного… Какой именно будет вернувшаяся сила? Элемин очень смутно помнила ощущение магии в своём теле. В ту пору она была маленьким неопытным ребёнком, все волшебные фокусы требовали от девочки большой концентрации и множества усилий. Что же ждёт её теперь, когда она выросла? Подчинить силу окажется проще или наоборот – сложнее? Полуэльфийка понимала: обычно чародеи учатся долгие годы с самого детства, а она упустила это время. Вдруг у неё совсем не выйдет управлять возвращённой магией?
– Ничего не бойся. Больно не будет… наверное, – Арен смущённо улыбнулся.
Болезненные ощущения волновали Элемин меньше всего. Она смутно припомнила, что наложение блокиратора в детстве тоже было не особо приятным процессом, однако в данный момент это не имело значения.
Арен стянул перчатки, небрежно отбрасывая их в сторону. Затем сел перед ней, прикрыл глаза и сложил руки впереди. Он начал читать какое-то заклинание. Было необычно видеть его таким: раньше он всегда творил магию без подготовки и редко произносил магические слова вслух. Спустя несколько мгновений, его ладони засветились, и он коснулся головы Элемин.
Сначала она не почувствовала ничего, а потом сотни игл боли за секунду пронзили её мозг. Лучница хотела закричать, но поняла, что не может издать ни звука. Она была неспособна даже сдвинуться с места: тело вдруг налилось свинцом, стало тяжелым и неподъёмным. Перед ней было сосредоточенное лицо Арена. Девушка не сразу заметила, как вокруг них поднялся лёгкий вихрь – лишь когда волосы мага стали развеваться, словно он находился в эпицентре бури. Кружево на жабо чародея затрепетало, и Элемин вдруг подумала, что оно всё такое же чистое, как и в первый день их путешествия. Мелочь, на которую она уже давно перестала обращать внимание.
А в следующее мгновение что-то внутри рассыпалось, и полуэльфийка ощутила, как в ней разливается сила. Это чувство было… приятным и давно забытым. Словно вновь пробуешь любимую сладость, которую старая родственница готовила в детстве, а после её смерти рецепт забылся. И вот однажды ты возвращаешься домой, а на тарелке тебя дожидается тот самый десерт, и вкус у него точно такой же, как и раньше.
Арен отстранился, и Элемин прикрыла веки, желая сосредоточиться на своих ощущениях. Она почувствовала необычайный прилив энергии, будто всё время до этого находилась в полудреме, а теперь наконец проснулась. Мир вокруг наполнился яркими красками, и, открыв глаза, лучница оглядела преобразившихся друзей. Магические ауры окружали всех, кроме Ламберта. У Фарлана она была искрящаяся с зеленоватым отливом, у Сильвии – ярко-изумрудная. Аура чародея оказалась насыщенного лазурного оттенка.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Ну что ж, кажется, всё прошло прекрасно, – Арен помог Элемин встать, – что чувствуешь?
Девушка вдохнула побольше воздуха, собираясь описать всю гамму эмоций, которая взволновала её, и внезапно поняла, что не знает, как это объяснить словами. Заметив её замешательство, Арен по-доброму засмеялся:
– Значит, всё точно получилось.
Они повернулись к остальным, к ним подошли Фарлан и Сильвия.
– Поздравляю, – на губах Фарлана читалась улыбка, – я уверен, ты воспользуешься этой силой по достоинству.
Элемин была благодарна ему за эту тёплую поддержку. Она собиралась ответить, но не успела.
– Давай! Покажи нам какое-нибудь заклинание! – Сильвия с жадным любопытством смотрела на неё.
Полуэльфийка потеряла дар речи. Она вернула силу, да, но использовать магию прямо сейчас, к тому же ещё и на друзьях? По правде говоря, Элемин вообще пока не планировала раскрывать им свои способности. Фарлан пообещал ей свою поддержку, но что скажут остальные, узнав правду?
– Не думаю, что это хорошая идея, – пришёл ей на помощь эльф, – Элемин давно не практиковалась, так что сейчас не лучший момент, чтобы демонстрировать её способности.
– Эх… – грустно вздохнула Сильвия, –ладно, надеюсь, скоро ты проявишь себя!
Она поздравила лучницу и отошла к Арену, который устало прислонился спиной к поваленному бревну. Элемин посмотрела на Ламберта, однако Крадущегося на месте не оказалось. Похоже, он ушёл куда-то, в то время как она была под воздействием заклинания.
– Не переживай. Ты сделала правильный выбор, решив принять себя такой, какая ты есть, – Фарлан взял руки девушки в свои тёплые ладони, – Ламберт всего лишь человек, для него магия никогда не была близка. Людям свойственно бояться того, что они не понимают. Со временем он догадается, почему ты сделала этот выбор.
Слова эльфа были правильными, однако Элемин всё же сомневалась, что Крадущийся хотя бы попытается понять её. Он никогда не отличался чуткостью.
Солнце садилось далеко за лесами на западе. Где-то там лесные эльфы вели борьбу с людьми уже на протяжении многих десятилетий. Где-то там была недосягаемая Тилль. Теперь путешествие для Элемин изменится. Она вернула свои магические способности, и отныне станет ощущать мир иначе.
Сны изменились. Элемин и раньше видела много странного, но теперь грёзы превратились в круговорот ярких событий. Некоторые были из прошлого, другие – явно из будущего, и почти невозможно было понять, что оно из себя представляет. Всё, что лучница вспоминала после пробуждения, – это смутное чувство тревоги и ощущение, будто бы она забыла нечто важное. Сон больше не приносил привычного облегчения, она будто бы и не засыпала. Магия, унаследованная от матери, рвалась из неё, плескалась внутри, едва не переливаясь через край, и девушка не могла с этим справиться. Элемин ещё ни разу не попыталась использовать приказы, а ночные видения уже иссушили её. Всего за две бессонных ночи лицо девушки осунулось, под глазами залегли тёмные круги. Что будет дальше?
Арен попытался помочь, правда, в результате его объяснения оказались бесполезны. Выяснилось, что он с рождения применял магию по наитию и никогда не сталкивался с неконтролируемым потоком, который теперь сносил Элемин. Девушка и сама помнила: ничего подобного в детстве она не ощущала. Арен предположил, что всё дело в блокирующих заклинаниях. За долгие годы тело полуэльфийки отвыкло от магии и потому сейчас, столкнувшись с ней внезапно, стало так бурно реагировать. По мнению мага, со временем этот эффект должен был пройти, но у Элемин имелись большие сомнения, сможет ли она вообще дожить до столь прекрасного момента.
