приём уже ни раз. Любой брошенный во врага предмет, словно дымовая завеса перед атакой, отвлекает и дезориентирует. Актёр перехватил нож обратным хватом, но прежде чем кинуться, кое-что прилетело в обратку. Он хотел было вскрикнуть, но сделать это с пробитым лёгким — та ещё задачка.
Луал перекинул второй кинжал в правую руку и двинул к актёру, который отступал с торчащей из груди рукоятью и оставлял на полу кровавую дорожку. Бирюзовый клинок понимал: живым из подвала он не уйдёт, зато, может быть, прихватит с собой ещё одного мерзкого убийцу и вора. Луал приготовился ускориться в прямом выпаде, когда здоровенный меч Исиласа прямо через стол опустился на кисть, будто гильотина. Кисть вместе со сжатым кинжалом упала на пол, кровь заструилась во все стороны, будто из баллончика с краской.
На этом казнь, что превратилась в несуразную резню не закончилась. Сундин с выколотыми глазами по случайности словил отступившего с кинжалом в груди Нилса, и с криком «Вы только посмотрите кто здесь у нас!» погрузил оба больших пальца в глазные яблоки актёра больше чем на длину фаланги. Ё-моё!
Глядя на происходящее из-за ширмочки, я, мягко говоря, охреневал, и не я один. Когда колдун приговорил к смерти двух человек, на его лице не дрогнул ни один мускул, а вот от грязной и кровавой поножовщины, да ещё с трупами с обеих сторон, он просто рассвирепел.
— Какие же вы немощи! — крикнул он, и свет керосиновых ламп на секунду померк.
Борг выкинул разжатую кисть в сторону Луала. Магическая энергия Митры понеслась к Бирюзовому клинку продолжением руки, будто предплечье и кулак были резиновыми и сейчас их растягивали с чудовищной силой. Мерцающие голубые пальцы, трижды превосходящие по размеру человеческие, обхватили Луала за шею. Рывок в сторону, треск позвонков, и Бирюзовый клинок распластался под лавкой.
Два раненных человека с кровавыми дорожками из глаз таскали друг друга за одежду, кусались и рычали, сжав зубы. Борг был слишком зол, чтобы делить их на своих и чужих. Сложив руки, он выпустил из груди часть магической Митры, поджег её по щелчку пальцев и отпустил. Плазменный шар не просто подпалил Нилса и Сундина, он обволок их, будто тягучий напалм, и в считанные секунды сплавил, оставив на земле обнимающиеся обугленные трупы.
Тела перестали шипеть лишь спустя минуту. Под потолком собралось воняющее горелым мясом чёрное облако. В подвале стало непривычно тихо, и из комнаты, где пленили мальчиков, показался смертельно напуганный Хриплый:
— Исс-с-силас, — глаза бегали от одного трупа к другому. Хриплый еле выговаривал слова. — Кк-к-клетка! Кажется, кто-то открыл…
— Тихо.
Раздражение и злость Борга испарились также быстро, как одежды на сожжённых телах. Лицо вновь стало каменным, потускнели зрачки, будто у отключенного от питания андроида. Колдун попросил тишины почти шепотом, но с добавлением в голос магической силы, отчего приказ прозвучал отчётливо и даже слегка болезненно. Борг долго смотрел вдаль, будто разглядывал что-то на каменной стене напротив, а затем резко повернулся к ширме:
— Тут кто-то есть…
Глава 10
Персумор
Исилас вытер меч о спину взломщика Тафида, лежащего ничком на столе, и вместе с гулом разрезаемого воздуха повернулся к ширме. Заскрипели ботинки, загремела броня. Он подходил всё ближе и ближе…
Звякнули железные кольца, на которых держалась ширма, и потрёпанная ткань слетела на пол. Следующим рывком Исилас дёрнул купель. Для воина одиннадцатого уровня Митры сколоченная из толстых досок ванная показалась не тяжелее, чем тазик или ведро. Он отшвырнул её в сторону, та ударилась о стену и хрустнула под собственным весом.
Бирюзовый клинок уставился на меня с расстояния вытянутой руки, быть может, ближе. Я рассмотрел морщины, что прорезали лоб, грубую кожу лица и толстые ресницы. Исилас не был молоденьким мальчиком и даже не среднего возраста мужчиной, каким казался на первый взгляд. Ему было под пятьдесят. Он смотрел мне то ли в подбородок, то ли в шею и слегка покачивал головой:
— Тут никого! — громыхнул он басом.
Воздух из лёгких Бирюзового клинка шевельнул волосы у меня на лбу. Я задержал дыхание, переводя взгляд с Исиласа на всплывшую надпись:
На вас действует зелье краткосрочной невидимости. Длительность — 10 минут.
Это было чертовски странно видеть в отражении зрачков Исиласа каменную стену, к которой я прижимался спиной. Ещё сложнее было поверить, что склонившийся Исилас, подышав мне в лицо, развернётся и пойдёт к столу. Зелье Дарпинуса сработало. Я исчез, как исчезает испарившаяся вода или растаявший лёд, с той лишь разницей: меня можно было потрогать. Ведь можно было? Да, можно. Сидя на корточках, я чувствовал рукой колено, а коленом — вес лежащей на нём руки.
Исилас вернулся к столу и выпил залпом едва ли не полбутылки вина. Тихая и уютная коморка, где Гадир вместе с Согдой проводили романтические гастрономические вечера, походила теперь на логово для пыток. Пол, стены, стол и даже потолок украсили кровавые пятна различных художественных стилей. На полу кровь растеклась жирной кляксой с трёхмерной глубиной цвета, по столу расползлась резкими обрывающимися штрихами, на стенах — понятной только художнику абстракцией, на потолке — лёгкими весенними брызгами.
Бирюзовый клинок по очереди посмотрел на тела. Задерживая взгляд на убитых, он недовольно качал головой и опасливо поглядывал на колдуна. Надо полагать, репутация Исиласа знатно подпортится после такой встречи с Боргом.
Я медленно встал и тоже осмотрел комнату. Больше остальных меня беспокоила дверь подсобки со связанными Гадиром и Согдой, к счастью, она оставалась запертой. Затем я бросил взор по коридору вглубь и наткнулся на Хриплого! Тот, высунувшись в полкорпуса, с вытаращенными глазами смотрел на Исиласа. Проклятье, Хриплый заметил открытую дверь клетки! Именно об этом он собирался сказать Бирюзовому клинку, прежде чем колдун приказал заткнуться!
— От людей из гильдии воров мы отказываемся.
— Как это?! — Илилас уставился на колдуна. — У нас же договорённость! Воры откроют нужные двери и помогут с оружием, когда придёт время!
— Я поговорю с помощником Румли, — колдун зыркнул на Исиласа, смиряя его напористость и возмущение. — У Кипящей крови достаточно золота, чтобы обеспечить бунтарей оружием. Уж лучше мы сделаем это сами, чем будем рассчитывать на никчёмных бездарей и психов.
— А как же их связи?! Половина Бирюзовых клинков согласились участвовать в бунте из-за давления воров! Кто-то боится за свою семью, кто-то, что воры расскажут про их подноготную. Мы не можем так просто отказаться!
— Кипящая кровь может всё.
— Да, но зачем отказываться от помощи?! Из-за двух криворуких растяп?! К тому же этот
