Последние десятилетия польского владычества. Михаил Дорошенко, Сулима и Павлюк
Борьбу украинцев за независимость, которую они вели в течение трех десятилетий, после смерти Петра Сагайдачного до восстания Богдана Хмельницкого, следует рассматривать в тесной связи с событиями в окружающем мире.
Во всех странах Причерноморья, от среднего течения Дуная до Кавказа, имперская власть, после своего расцвета в первое столетие эпохи Возрождения, оказалась на какое-то время в состоянии неопределенности. Габсбурги боролись за верховенство в Германской Европе; Польша, постоянно вмешивавшаяся в дела Швеции и Московии, сильно ослабела; Москва медленно и мучительно оправлялась после Смуты, а в Османской империи краткое правление Мюрада IV стало предвестником скорого возрождения, которое ей суждено было пережить при визирях Копрулу в 1660– 1670-х гг. Недолгое усиление Турции в 30-х гг. этого века, после завоеваний иранского шаха Аббаса I, помогло восстановить ее былую мощь.
На всей обширной территории, которая орошается реками, впадающими в Черное море, от среднего течения Дуная и Тисы до Дона и кавказской Риони, старые народы боролись за свое выживание, а новые стали постепенно осознавать свою силу. Вполне естественно, что взгляды, шедшие вразрез с имперскими идеями Ренессанса, проникли и в нарождавшиеся народные движения. Когда Гавриил Берлен (1613–1629) и Георгий I Ракочи (1629–1648) через 100 лет после Мочашской битвы возрождали Мадьярское королевство, трансильванских дворян на их поддержку вдохновляли идеи протестантизма, а тяжеловесное великолепие византийского православия стало навязчивой идеей у румынских господарей — Матвея Бассараба Валашского (1632–1654) и Василия Волка (Лупула) Молдавского (1634–1653).
На Балкано-Черноморские регионы той эпохи оказало сильное влияние обогащение православных сообществ Османской империи, и влияние Фанара на стамбульский двор и политику Порты. Какой бы развращенной и неустойчивой ни была верховная власть в румынских княжествах, все политические надежды православных христиан на Балканах сосредоточивались именно на них. Православная культура, развитию которой способствовали эти князья (даже самые худшие из них оказывали покровительство художникам и писателям и сооружали новые храмы), была единственной облагораживающей силой, которая противостояла амбициям польских католиков и иезуитов.
В последней четверти XVI в. между украинскими казаками и молдаванами установились тесные связи. Один из князей семейства Мовилы принял сан киевского митрополита, а два молдавских князя были ставленниками казаков. Семьи Георгия Ракочи, Василия Лупула и гетмана Хмельницкого породнились. Хитрый и коварный Лупул, типичный государь ближневосточного мира XVII в., которого православное население Константинополя называло «императором», прослыл самым талантливым дипломатом своего времени и постоянно вмешивался — обычно от имени Порты — в династические распри, сотрясавшие семью Гиреев в Бахчисарае, и даже в дела донских казаков. В 1642 г. он оказал помощь туркам, отправив 300 молдаван восстанавливать крепость Азов, после того как оттуда ушли донские казаки, разрушившие все ее укрепления.
Крымские татары в начале XVII в. мечтали добиться независимости от турок, и в 1624 г. один из Гиреев, изгнавший из Кафы турецкий гарнизон, прислал в Стамбул письмо, в котором похвалялся, что его династия древнее династии Османов, правящей «обабившимися» турками. Даже в далекой Грузии, опустошенной нашествием шаха Аббаса, имеретинский князь Александр III наслаждался необычно долгим правлением и удивлял русских послов и братьев-капуцинов богатством своего двора в Кутаиси.
Украина и русские православные области Речи Посполитой после смерти Петра Сагайдачного лишились мудрого и расчетливого лидера. На Польских сеймах 1623 и 1625 гг. православная знать выдвинула целый ряд дерзких требований. Впрочем, так и не были сформулированы целиком. К ним относились: 1) отмена церковной унии, свобода вероисповедания и признание православных епископов, которых посвятил в сан константинопольский патриарх, легализация братств и школ, основанных Сагайдачным; 2) создание особых казацких судов и смешанных судов для слушания дел о разногласиях между казаками и другими слоями населения; 3) закрепление прав «реестровых» казаков и права людей селиться там, где им вздумается (то есть отмена крепостного права); 4) признание за казаками права служить иностранным государям, удаление польских гарнизонов с Украины и замена их казацкими.
В ответ на эти требования, которые угрожали лишить католическую церковь верховенства, а землевладельцев — их привилегий, Сигизмунд Август и шляхта сразу же забыли о своих разногласиях и объединились, глава же православной церкви Лаврентий Древинский заявил, что, пока король жив, православным надеяться не на что.
Во многих местах Украины начались стычки между православными и униатами. В Киеве польские солдаты попытались захватить православные церкви и монастыри. В ответ на это киевляне убили униатского священника и польского чиновника. Митрополит Иов Борецкий и другие епископы, назначенные константинопольским патриархом, чувствовали себя в безопасности только под охраной казаков.
Тогда православные иерархи открыто обратились за помощью к Москве. Иов Борецкий писал молодому царю Михаилу Романову, что «наша единственная мечта — перейти под твою сильную руку. Нам не к кому больше обратиться, кроме тебя». В 1625 г. в столицу страны, которую украинские казаки с упоением грабили менее 10 лет назад, прибыла их первая делегация.
За год до этого казацкие отряды вместе с ногайскими татарами помогли хану из династии Гиреев прогнать из Бахчисарая султанского ставленника и вытеснили турецкий гарнизон из невольничьего порта Кафы. Новый набег казаков на Босфор привел турок в ярость, и их эскадра в ходе кровопролитной битвы у Кара-Кермена на бессарабском побережье уничтожила казацкую флотилию.
Раздраженный жалобами турок Сигизмунд Август перешел в наступление, и на Украину двинулся коронный гетман Конецпольский с войском численностью 8 тысяч человек. Казаки собрали 30 тысяч, и на берегу Курукова озера (недалеко от Днепра, напротив современного города Кременчуг) произошла кровавая битва. Не знавшие нужды «реестровые» казаки чурались восставших крестьян, и в конце концов, при посредничестве этих казаков, с Конецпольским был заключен мир.
Куруковский договор предусматривал увеличение числа «реестровых» казаков до 5 тысяч. Список этих «счастливцев» должен был быть предоставлен польским властям в течение шести недель. Подтверждалось право «реестровых» казаков избирать своего собственного гетмана, который обязывался не допускать новых казацких набегов на владения Турции, проследить за тем, чтобы запорожцы сожгли все свои морские суда, а артиллерию сдали полякам. «Незаконно захваченные земли» требовалось возвратить владельцам, а тот, кто хотел на них остаться, должен был признать себя крепостным и подчиниться польским законам.
Сейм 1626 г. одобрил Куруковский договор, но ни польское правительство, ни гетман Михаил Дорошенко не смогли претворить его в жизнь.
В 1628 г. татары совершили новый набег на Украину и дошли до Белой Церкви, что вызвало ответный поход казаков. Михаил Дорошенко пересек Перекопский перешеек и дошел до Бахчисарая, где был убит во время боя. Прежде чем вернуться на Сечь, запорожцы разграбили Кафу.
«Реестровые» казаки избрали гетманом казака Черного, но запорожцы решили, что он слишком часто уступал полякам по вопросам, касавшимся церкви, поэтому он был арестован и доставлен на Сечь, где его судили и приговорили к четвертованию. Запорожцы избрали гетманом старого вояку Тараса Федоровича, что стало сигналом к новому восстанию.
«Реестровые» казаки у Корсуни сначала присоединились к польским отрядам, но, увидев приближавшихся запорожцев, среди которых было много недовольных горожан и крестьян, стали переходить на их сторону.
Тогда польское правительство объединило свои силы с Портой, желавшей наказать не только казаков, но и крымских татар. Оба противника, чередуя набеги и на Польшу, и на Турцию, продемонстрировали тревожную тенденцию объединяться друг с другом, как это произошло при разгроме Кафы в 1624 г. По договору, составленному пашой Муртада, новым очаковским вали, поляки обязывались разогнать Сечь и обеспечить освобождение всех мусульманских пленников, а Турция обещала прекратить набеги на польские земли. Турки увели из Крыма большое число татар, которые должны были помочь им разгромить Иран. Война вспыхнула в Грузии после смерти шаха Аббаса (1630). В том же самом году Конецпольский снова вторгся в пределы Украины и после нескольких битв заставил Тараса Федоровича признать свое поражение.
