Гранильные работы
Наибольшей популярностью у ацтеков пользовались жадеит, бирюза и горный хрусталь, но ацтекские гранильщики также работали с обсидианом, аметистом, янтарем, гелиотропом, сердоликом и разнообразными цветными материалами. Многие из них импортировались: раковины доставлялись с побережья, изумруды – из Колумбии, бирюза и жадеит – с запада Мексики.
Твердые камни обрабатывались медными инструментами, при этом использовались вода и особая разновидность абразивного песка. На последней стадии поверхность изделия шлифовалась – сначала песком, затем камышом.
Гранильщики создавали и крупные вещи (известны, например, сосуды в виде животных из алебастра и обсидиана или человеческие черепа из обсидиана и горного хрусталя), но более распространены были небольшие предметы для повседневного ношения или маски и ювелирные изделия, в которые в дни празднеств обряжали изваяния богов.
Разного рода предметы покрывали мозаикой из бирюзы – часто в сочетании с разноцветными камнями и красными или белыми раковинами. Некоторые из великолепных образцов обнаружены на территории миштеков, где добывались почти все материалы, и весьма вероятно, что именно миштекские ремесленники принесли искусство гранения в Мексиканскую долину.
Мозаичными орнаментами украшали маски, щиты и нагрудные пластины, шлемы и короны, скипетры, браслеты, посохи, деревянные и глиняные сосуды. И даже человеческие бедренные кости, на которых делались насечки, что превращало их в музыкальные инструменты. Мозаичные вставки использовались в сложносоставных изделиях вместе с золотом и перьями птицы кетсаль. Есть свидетельства, что у правителя Тескоко были точные копии из золота и мозаики каждого животного, которого нельзя было добыть живым для его личного зоопарка.
Среди дошедших до нас предметов с мозаикой – шлем с гребнем, маски с глазами и зубами из раковин, головы животных, жертвенный нож с лезвием из халцедона медового цвета и рукоятью в виде Воина Орла, нагрудное украшение в форме двухголовой змеи и деревянные щиты, украшенные мозаичными вставками. Прекрасный образчик такого щита был найден в Пуэбле, на его центральной панели изображение мифологической сцены, состоящее из 14 тысяч фрагментов камня.
Рис. 43. Голова Шипе-Тотека. Сделано из раковины.
Среди более мрачных предметов – маски из черепов. Один образец, теперь находящийся в Британском музее, покрыт перемежающимися горизонтальными полосами бирюзы и лигнита, глаза выполнены из пирита. Основой для маски послужил настоящий человеческий череп, наполовину срезанный и закрытый сзади кожей, которая первоначально была окрашена в красный цвет.
Гончарное дело
Ацтеки не знали гончарного круга и глазури. Все гончарные изделия лепились вручную, но, хотя грубая домашняя посуда могла производиться и не специалистами (возможно, в сельских районах в свободное от работ время ее делали сами фермеры), самые прекрасные сосуды различных форм и размеров, с тонкими стенками и со вкусом украшенные, были делом рук профессионалов, прошедших соответствующее обучение.
Рис. 44. Глиняная жаровня высотой 107 см. Обнаружена в ходе раскопок у подножия главного храма Тлателолько.
Каждая ацтекская семья, как бы бедна она ни была, имела глиняную посуду. Ведь хозяйке необходим большой кувшин для воды, горшок для приготовления бобов и еще один, в котором на ночь замачивался маис. Тортильи готовились над огнем на комале, круглой плоской сковороде с гладкой верхней поверхностью (нижняя ее сторона была намеренно сделана шероховатой, чтобы жар распределялся более равномерно). Еще одним специальным сосудом была чаша, обычно с тремя маленькими ножками, внутренняя поверхность которой была испещрена перекрещивающимися насечками. Чаша использовалась для растирания стручкового перца. Помимо этой основной утвари гончары производили целый ряд тарелок, блюд, кубков для напитка из агавы, специальные кувшины для какао, соусники и черпаки, хотя только состоятельные люди могли позволить себе иметь весь сервиз подобного рода. Для храмов изготавливались разного рода курильницы и ритуальные сосуды, а глиняные жаровни требовались как в частных домах, так и в общественных зданиях.
Рис. 45. Цветной узор на внутренней поверхности треногой чаши.
Кухонная посуда простолюдинов была простой и грубой, но ацтекские гончары создавали и более изысканную, оранжевая или желтая поверхность которой была покрыта рисунками из серых или серо-черных линий. Обычно украшалась внутренняя поверхность больших чаш, а в период примерно с 1350 года до появления испанцев происходило постепенное изменение стиля. Сначала центральный орнамент был абстрактным (хотя один или два образчика являют стилизованных орлов), но затем абстракции уступили место натуралистическим изображениям птиц, насекомых, бабочек и рыб, окруженных узорчатой каймой. Появились и гончарные изделия, для которых характерны черные спиральные узоры на красном глянцевом фоне.
Однако для человека со вкусом и достатком даже лучшая ацтекская посуда не была достаточно хороша. Как центр гончарного мастерства в Мексике славился город Чолула на равнинах Пуэблы к юго-востоку от Теночтитлана, жители которого не являлись ацтеками и имели собственную художественную традицию. Многие формы сосудов из Чолулы не фигурируют в репертуаре ацтекских гончаров, но более всего отличает керамику Чолулы ее разноцветная роспись с использованием красного, коричневого, черного, желтого, оранжевого, сине-серого и белого цветов, которые резко контрастируют со сдержанным двухцветным узором ацтекских сосудов. Сложный орнамент чолульских изделий включает стилизованные перья, черепа, кремневые ножи (что предполагает некоторый религиозный символизм), а также абстрактные узоры и изображения богов, людей или животных, выполненные в стиле близком к изображениям в манускриптах. Эту керамику охотно покупали ацтеки, она была чрезвычайно популярна среди знатоков в Теночтитлане, предпочитавших ее изделиям своих мастеров. Мода на чолульскую керамику, скорее всего, началась с императорского дворца, поскольку существуют свидетельства того, что Монтесуме подавали пищу только на чолульских блюдах.
Рис. 46. Маленькая глиняная фигурка, сделанная по шаблону.
Формы при изготовлении керамики не использовались, но эта техника применялась для производства большого количества фигурок в виде храмовых пирамид, богов, людей и кукол с подвижными конечностями. Это унылая, не раскрашенная массовая продукция для рынка, продававшаяся по ценам, приемлемым для бедных людей. Некоторые фигурки могли быть домашними божками или религиозными амулетами, эквивалентом дешевых фигурок святых, которые можно купить сегодня, в то время как другие могли быть исключительно мирскими, того же рода, что безделушки и сувениры, загромождающие наши собственные полки.
Рис. 47. Печать из обожженной глины. На рисунке изображена обезьяна.
Более жизнерадостными были рисунки на терракотовых штампах, использовавшихся для нанесения рисунка на что-то – возможно, на ткань или человеческое тело. Здесь преобладают геометрические и абстрактные рисунки, обезьяны и орлы, стилизованные изображения Кецалькоатля, Пернатого Змея и другие странные фигуры, которые могли быть богами или героями.
Прядение, окраска ткани и ткачество
Все эти процессы относились к обязанностям женщины. Пряжу сучили руками с помощью палки длиной около 25—30 сантиметров (веретено), нижний конец которой пропускался через отверстие в центре диска, сделанного из обожженной глины. Этот диск (блок веретена) выступал в качестве махового колеса, придавая вращающемуся веретену дополнительный импульс. Иногда нижний конец веретена устанавливался в небольшую глиняную чашку, которая позволяла веретену вращаться более свободно. Женщина брала хлопок-сырец в левую руку, а правой вытягивала из него достаточно, чтобы скрутить между большим и указательным пальцами грубую нить. Свободный конец этой нити крепился к верхнему концу веретена, и стоило женщине крутануть прясло, движение передавалось нити, которая сплеталась туго и ровно. Когда достаточная длина нити была спрядена, свободный ее конец наматывался на веретено и весь процесс повторялся.
Рис. 48. Мать учит дочь прясть (Кодекс Мендосы).
Самое красивое полотно выходило из хлопчатника, который привозился в долину с плантаций, расположенных в более теплых районах страны. Волокна хлопчатника – это образования, прикрепленные к семенам внутри плода, или семенной коробочки. Когда семенные коробочки созревают и раскрываются, их можно, наконец, собирать, но волокна (линт) должны были сниматься с семян вручную. Это была утомительная работа, и даже опытный работник мог собрать всего около фунта хлопка в день. За этим следовало прочесывание, при котором удалялись бесполезные короткие волокна. Для прядения подходили только длинные (обычно около 4 сантиметров).
