— Значит, я не зря корпел над картой — вот и пригодилось. Здесь указаны все поселения. Для удобства, все разделено по цветам. Зеленым цветом отмечены поселения, успешно отправившие вестник и продолжающие это делать каждый год. Синим цветом — поселения прекратившие отправлять вестники. Красным — я думаю, вы уже догадались — так никогда и не подавшие о себе знак. Если смотреть по карте, то ближайшее к нам поселение вот здесь — я указал пальцем, на небольшую отметку на карте, — Поселение рода Ван Ферсис. От нас, его отделяет примерно четыре дня пешего пути. Думаю, сингерис появился именно оттуда — другие поселения расположены слишком далеко. Посмотрите сами.
— Но, господин… — недоуменно протянул Древин, — Та отметка, на которую вы указываете — она красного цвета!
— Я знаю, мастер Древин, я знаю. Но только это поселение, находится в достаточной близости от нас. То, что пес оттуда — только мое предположение. Но завтра, мы выясним это точно.
— Как именно? — спросил здоровяк.
— Собака, — вместо меня ответил Литас, — Посмотрим, куда поведет нас собака, сверим с картой направление, и все станет ясно.
— Правильно — кивнул я, — Лучший проводник. Да! Не забывайте, что красная отметка означает лишь то, что они не отправили вестник. Этому может быть десяток объяснений — потеряли артефакты, все погибли… наконец, не захотели давать о себе знать… Бессмысленно гадать. На этом закончим. Начинайте готовиться. Завтра с рассветом выступаем.
****
Я поймал себя на мысли, что это первый раз, когда я покинул пределы Подковы на своих двоих. До этого момента, по территории Диких Земель, я передвигался сугубо на носилках или ковыляя на костылях. Пьянящее чувство свободы и ощущение полного контроля над выздоровевшим телом, наполнило всю мою сущность радостью и заставило по новому, взглянуть на окружающий мир.
Повсюду раскинул свои необозримые владения первозданный лес. Необъятные деревья вздымали ветви вверх, поближе к живительному солнцу. Высоко над нашими головами, пышные кроны сплелись в огромный лиственный полог, почти не пропускающий солнечный свет к подножью древнего леса погруженного в вечный полусумрак. Приход осени почти не отразился на лесе — лишь часть листьев пожелтела, но все еще прочно держались на ветках и не думали опадать.
Наш небольшой отряд шел цепочкой среди древесных великанов, перешагивая через выпирающие из земли корни, обходя упавшие стволы и разрывая в клочья сплетенную между деревьев паутину. Отряд шел уже второй день, строго по прямой, вслед за рвущим сворку сингерисом. Умный пес, словно понял, что мы спешим на помощь хозяину и упрямо пригнув лобастую морду к земле, неутомимо тащил нас за собой все дальше и дальше.
Мои предположения полностью оправдались. И в том, что собака послужит проводником, и в том, что направит нас точно на северо-запад — именно там, судя по карте находится поселение Ван Ферсис.
Передо мной шагал щуплый Стефий, ссутулившийся под тяжестью заплечного мешка. Паренька в самую последнюю минуту всучил нам отец Флатис, объяснив это тем, что сам он слишком стар, чтобы выдержать еще один переход по Диким Землям, а вот хрупкий послушник, несмотря на внешний вид зело вынослив, и кое-чему обучен. Ну и трав лечебных по пути собрать не помешает.
Когда я поинтересовался, чему именно успел обучиться послушник Стефий, священник пожевал сухими губами и вонзив в меня кинжальный взгляд произнес только одну фразу — "Похоронный обряд, провести сумеет!". Больше у меня вопросов не возникло.
Когда отряд покидал Подкову, я заметил жгучие завистливые взгляды подростков, обращенные к Стефию, еще бы — быть включенным в состав разведывательного отряда, выйти за пределы лагеря навстречу опасностям, приключениям и геройскими подвигам — тут было чему позавидовать.
Напыжившийся Стефий великолепно осознавал это и разыграл настоящий спектакль — нарочито неспешно подтянул ремни доспехов, достав из поясных ножен кинжал, большим пальцем проверил остроту, тяжело вздохнул и печальным взглядом идущего на смерть обвел лагерь… На собравшееся нас провожать женское население лагеря это подействовало безотказно — раздались всхлипывания, чья-то дрожащая рука потянулась за платком…
Все испортил Рикар — в свойственной ему манере, наградил Стефия подзатыльником (насчет этой привычки, я давно собирался серьезно поговорить со здоровяком) и ткнув пальцем в лестницу заорал — "Чего встал! Шевели копытами!".
К моему удивлению, парнишка легко выдерживал тяготы перехода и вот уже второй день шагал наравне со взрослыми без нытья и жалоб. Более того — постоянно выискивал в округе известные только ему лекарственные растения, бережно собирал молодые побеги и листья, отрывал тонкие корешки, срезал узловатую кору с деревьев… На привале, когда все отдыхали, Стефий расстелив на траве кусок холста, старательно очищал и просушивал собранные за день растения, аккуратно заворачивал их в отдельные свертки и прятал в мешок. Мое уважение к юному послушнику резко возросло.
Второй день путешествия подходил к концу. К моему несказанному удовольствию и на этот раз обошлось без проблем. Когда сумерки сгустились настолько, что я уже не видел впереди идущего воина, Литас скомандовал привал.
В эту ночь, мы расположились рядом с рухнувшим стволом огромного дерева, в глубокой яме образованной вывороченными корнями при падении. Из предосторожности, не стали разводить огонь и снимать доспехи — лишь немного расслабили кожаные ремни, чтобы дать отдохнуть усталому за день телу. Оружие положили с таким расчетом, чтобы суметь мгновенно схватить в случае опасности. Литас назначил двоих часовых со строгим наказом не шуметь, смотреть в оба и не разговаривать. Я ни во что не вмешивался — отрядом руководил Литас — несомненно, самый знающий и опытный из нас следопыт.
Наощупь достав из своего мешка кусок копченного мяса и сверток с сухими фруктами я немного перекусил. Запив скудный ужин глотком воды, я вытянул гудевшие ноги, накрылся плащом и закрыл глаза. Через несколько часов моя очередь выходить на стражу и оставшееся время надо использовать с толком — поспать.
Я проснулся рывком, в одно мгновенье перешел из мира сновидений в настоящее и ошалело закрутил головой по сторонам, пытаясь понять, что именно меня насторожило. На первый взгляд, все в порядке — слабых отблесков лунного света хватило, чтобы осветить спокойно спавших людей, укутанных в плащи. Вот, рядом лежащий здоровяк почесал укушенную комаром щеку и опять замер. Все в порядке.
Рычание! Привязанный неподалеку пес, плотно прижался к земле и буквально исходил тихим, но яростным рычанием, не сводя едва светящихся глаз, с упавшего ствола за моей спиной. Собака чувствовала что-то опасное. И это что-то, отделяло от меня лишь поваленное дерево. Прислушавшись, я уловил с той стороны отчетливое сухое пощелкивание и непонятное чмокание — такой звук бывает, когда идешь по болоту и с глухим чавканьем вырываешь ноги из грязи.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
