Читаем без скачивания Удача не бывает случайной - Юрий Горюнов

— Вы его так хорошо знаете?

— Не достаточно хорошо, но что-то знаем. Джеймс имеет хорошие мозги, но семья его так богата, что он мог бы ими и не пользоваться, но выбрал иной путь.

— Если он так умен, то наверняка знает, что Лаура работает на вас.

— Точно знать не может, но догадывается.

— Тогда зачем вам их встречи? Знакомство?

— Обычная игра между службами. Он здесь представитель инвестиционного фонда, а не сотрудник ЦРУ. Он ей что-то рассказывает, мы детально проверяем, отсеивая дезинформацию, и пытаемся разгадать текущие планы.

— А она ему?

— Совершенно верно. И он поступает также. До сих пор наши интересы не входили в противоречие, а сейчас разошлись.

Полковник встал, достал из холодильника бутылку воды, два стакана и посмотрел на Лауру, та отрицательно покачала головой. Он налил воду в холодные стаканы и один предложил мне.

— Хоть на улице и пасмурно, но душно, — и включил вентилятор.

Я взял стакан и, почувствовав прохладу, чуть отпил.

— Далее, — продолжил он. — Исходя из вашей встречи, вероятнее всего он предложил не публиковать статью и мог предложить деньги.

— Я не бедствую, чтобы продавать подобные вещи.

— Я это знаю, ваш счет не вызывает сомнений.

Понятно, почему за мной следили, после открытия счета. Между тем полковник продолжал:

— Здесь, как я и сказал, мы расходимся с ним. Джеймс интеллектуал, у него прекрасное образование про него говорят, что «он не пьет виски ранее семи часов утра и не бьет женщину, не сняв шляпу». Он специалист по выстраиванию цепочек тайных операций и преуспел в этом. Он курирует очень большие суммы. Через него проходит финансирование отдельных чиновников, не исключаю, что некоторые террористические операции в Латинской Америке, для создания напряженности, поскольку приличная часть денег оседает в фонде. Тот лагерь, готовит радикалов. По каналам Джеймса проходит оружие, работы по промышленному шпионажу, контрабандой не брезгует, но исключительно алмазами, наркотики табу. Здесь наши интересы сходятся. Я вам достаточно сказал.

— Это факты или предположения?

— И то и другое. Что вы теперь скажете?

— Мне надо подумать. Предположим, что во время нашей встречи, он сделал то предложение, что вы озвучили. Денег я не возьму.

— Я это понимаю, и думаю, что вы запросили что-то взамен.

Не глуп был полковник, очень не глуп. Сделка, если она состоялась, должна быть взаимовыгодной, так как деньги не фигурируют.

— Но я не пойму, если в начале вас интересовали базы с точки зрения возможного ликвидирования, то теперь получается, у вас есть к ним интерес. Вы что закрыли глаза?

— Нет. Усилю бдительность, такая возможность появилась в связи с некоторыми смертями, — он не стал в отличие от Джеймса приписывать их мне, просто не упомянул меня. — Мне будет интересна та информация, что вы запросили у него.

— Откуда вы можете знать, что я мог попросить. Может быть, номер его личного телефона.

— Обмен может быть только равноценным. Вы хоть и условный журналист, но вам могли предложить информацию по какому либо картелю. Вы оставляете в покое его и его базы, а то, что он их контролирует, это ясно. Слишком близко они расположены, а янки не любят вблизи себя чужих. Это мое мнение.

— А мне то, что достанется?

— Прикрытие, свободное перемещение, помощь в отправке произведений искусства.

— И все?!

— А чтобы вы хотели?

— Но у меня легальный бизнес. Даже если я ничего не отправлю, то потери будут минимальны.

— А чтобы вы хотели? — повторил он.

— Страховку. Вы мне дадите материалы на Джеймса и операции его фонда.

— А это вам зачем? — растерянно спросил он.

— Защитить свою жизнь от случайных необдуманных шагов Джеймса, а также ваши совместные операции. Это страховка от вас и от него.

— Не многовато будет? Не подавитесь?

— Я всегда ем не торопясь. Дело в том, что у вас на руках будут документы на ваших противников, если в этом списке нет вас самих.

— Теперь понятно. Неплохо вы с ним сторговались. Но от меня защиты нет.

— Если вас там нет, но от вас я получу иные бумаги. И в общих интересах молчать. Мы с ним ни о чем не договорились, мы оба думаем. Предлагаю это сделать и в нашем случае.

— Согласен. Знаете, что меня не перестает удивлять, так это то, что случайный человек, заставляет целые службы идти на компромиссы. Простой человек все спутал.

— Шестеренка ломается, если в нее попадает болт, случайно там оказавшийся.

— Болты либо подкладывают, либо плохо прикручивают.

— Я вас понял. Берем время на раздумье?

— Когда у вас встреча с Джеймсом?

— Полковник, давайте договоримся о терминах. Я на вас не работаю и не собираюсь. Мы обговариваем возможность сделки. Разовой сделки. И все. Поэтому, не будем друг перед другом отчитываться. Я сообщу вам через несколько дней.

— Пусть так. Когда будет что сказать, позвоните Лауре.

— Но подведем итог, — предложил я. — Я передаю вам данные, что предоставит мне Джеймс о каком-либо картеле и список лиц, с кем он поддерживает отношения, а вы мне в этом случае, список его операций. Все верно?

— Верно.

Обмениваться рукопожатием, мы не стали и я в сопровождении Лауры проделал обратный путь на улицу.

— Куда теперь? — поинтересовался я.

— Тебе куда надо?

— Я сегодня вообще не обедал, а времени уже шесть. Составишь компанию?

— Поехали.

Проверяться на наличие слежки я не стал. Даже если она и была, то это их проблема. Я все равно ничего не мог изменить, а уж тем более «отрываться». Лаура остановилась возле небольшого, с виду непримечательного ресторана, где нас быстро обслужили.

— Ты очень рисковал сегодня, — поделилась она впечатлением от встречи.

— Помнишь, ты как-то сказала, что есть люди, которые могут торговать временем. Так вот я сегодня совершал сделку и покупал время. Без подобной страховки моя жизнь ничего не стоит, разве цены пули. Автомобильная авария. Но я не знаю, согласится ли он в конечном итоге на сделку.

— Он согласится. Я его знаю. У него много недоброжелателей и ему нужны рычаги на других. Он не самый плохой человек в СИДЕ, но он не любит когда ему выдвигают условия, а ты выдвигал.

— Значит обстановка такова, что он вынужден на них согласится. Я тоже не дал согласия. Могу передумать и уехать.

— Просто уехать сложно, ты увяз.

Я смотрел на нее и промолчал. Варианты отхода у меня были, но откуда ей это было знать, но разуверять ее я не стал.

После кофе спросил:

— А куда теперь?

— Поедем поправлять мне швы на чулках, — предложила она.

17

С одной стороны это только кажется, что задача, стоявшая передо мной, проста. Вроде бы получил одни документы, сделал копии и обменял на другие, как брокер на бирже. Но это только кажется. Я был зажат с обеих сторон двумя спецслужбами и втроем, естественно, я между ними, мы идем вперед, только вот они знают куда идти, а меня ведут. Что они обо мне думают, я мог только догадываться, но пока из роли журналиста и продавца искусства не вышел. Хотя, уверен, за простачка не считают. Игра становилась все интереснее. Дураков среди моих «компаньонов» по движению вперед не было. Фактически я мало о них знаю, а уж цели, что они озвучили наивны. Учитывая то, что я теперь находился в свободном плавании, то надо быть более осмотрительным. Так я рассуждал лежа в постели на другое утро. Спешить ни куда не хотелось, да и не было необходимости.

Часы показывали девять утра. Вернулся я от Лауры в полночь, и выспался.

Свет проникал в комнату сквозь плотные шторы, по его яркости я понял, что на улице снова солнце. Потянувшись, прошел в ванную, принял душ, сходил за круассанами и, сварив кофе, предался наслаждению ароматом свежей выпечки и кофе.

Поняв, что время не ждет, я после завтрака прошел в комнату и составил шифровку в Центр, Выйдя из дома и покрутившись по городу, оставил в тайнике парка Трес де Фебреро сообщение. Как всегда, прежде чем подойти к тайнику я проверился несколько раз, слежки не обнаружил. Пока в ней не было необходимости ни у того, ни у другого. Конечно, можно предположить, что время, взятое на раздумье, я могу использовать для контакта, если я агент, но они не могли знать, что я не выхожу на визуальный контакт. Тем не менее, я покрутился на машине по городу: заходил в магазины, кафе, останавливался возле уличных торговцев. Иногда останавливал случайных прохожих, спрашивая что-то. Метод старый. Если ведется слежка, то надо замечать, кто по сторонам интересуется моим общением, да и пусть потом проверяют случайных людей, на это обычно уходит много времени. Пока все было чисто.

Солнце начинало припекать, и я укрылся в тени деревьев. Достал из сумки блокнот и ручку, набрасывая статью. Должен же я был оправдывать профессию журналиста. Между тем оставил сообщение, а затем поехал в офис, где меня с улыбкой встретила Симона: