Улучшения и распространения хозяйства и доходы от богомольцев, во множестве стекавшихся в обитель, дали возможность содержать большее число братии, нужду в которой усиливали как сами богомольцы, так и частые назначения начальства на флотскую службу иеромонахов. Архимандрит стал просить в 1836 году епархиальное начальство об увеличении штата монашествующих шестью иеромонахами. Святейший Синод, на усмотрение которого представлено было это дело, 23 мая 1836 года постановил следующее определение:
«Принимая в рассуждение, — писал Синод, — что Сергиева пустынь, находясь близ столицы, посещается многими богомольцами, что в ней при управлении нынешнего настоятеля нравственное состояние братии, благочестие и порядок между ними и в самом церковном служении ощутительно улучшаются, и что монашествующие ее нередко командируются во флот для морских кампаний, Святейший Синод нашел справедливым и полезным, вместо предполагаемого епархиальным начальством только увеличения в этой пустыни штата иеромонахов шестью человеками, возвести оную из второго в первый класс с присвоением ей штата людей и содержания, общего для монастырей первоклассных, и тем доставив пустыни способ приуготовлять большее число хороших монашествующих, поддержать достоинство ее во мнении народа, для богомоления туда стекающегося».
Это постановление, которым выражается признание высшим духовным правительством современного преуспеяния обители Сергиевской, было по всеподданнейшему докладу высочайше утверждено 3 июня 1836 года. Следствием этого было быстрое увеличение числа братии, дошедшего в 1837 году уже до 42 человек. Недоставало помещения для многих.
Промысл Божий явил скорую помощь: около этого времени поступил в пустыню происходивший из петербургских купцов Макаров, скончавшийся в этой пустыни схимонахом.[95] Он пожертвовал в пользу обители весь свой благоприобретенный капитал, составлявший 50,000 руб. ассигнациями. На эту сумму был выстроен в 1840 году внутри монастырской ограды большой деревянный, на каменном фундаменте, корпус братских келий, весьма красивый по внешности, удобный по внутреннему расположению помещений, которых было в нем устроено на 20 человек иноков.
Круг деятельности архимандрита Игнатия расширялся поручениями духовного начальства по делам судебно — следственным. 31 января 1838 года он был командирован Синодом, по предложению обер — прокурора графа Протасова[96], для производства следствия в Спасо — Преображенский Валаамский монастырь, по доносу заштатного игумена Варлаама и монаха Иосии на настоятеля того монастыря Вениамина и наместника иеромонаха Иринарха о допущенных ими беспорядках[97].
Следователь обнаружил отсутствие правильного духовного управления и руководства монашествующими, вследствие чего возникли беспорядки и пороки, как частные некоторых лиц, так и общие, объявшие всю обитель. В особенном рапорте своем по этому делу к митрополиту Серафиму архимандрит изложил свои замечания и мысли о Валаамском монастыре, подлежащие исключительно взору архипастыря.
В этом рапорте он сопоставил против всех выведенных делом обстоятельств и действий лиц учение святых отцов, наставников монашества, коим объяснялись духовные причины их виновности и те духовные меры и средства, кои следует принять к уврачеванию обнаруженных недугов и к восстановлению общего благоустройства. Он же заметил и указал в этом рапорте на одного из числа валаамской братии как способного восстановить благостояние монастыря (ныне уже умершего бывшего игумена Дамаскина[98], который вполне оправдал это указание). Рапорт этот приводим во всей полноте как представляющий особый интерес по строго иноческому, взгляду на дело.[99]
«Вашему высокопреосвященству благоугодно было поручить мне исследование смут, волнующих ныне Валаамскую обитель, и обозрение оной во всех отношениях. С благоговейным усердием приняв сие послушание и исполнив оное сообразно скудным моим силам, представил я в Консисторию при рапорте подлинные допросы следователей и показания ответчиков; и здесь имею честь изложить пред Вашим высокопреосвященством в шести статьях те мои замечания и мысли о Валаамском монастыре, кои подлежат единственно взору архипастыря.
Статья 1–я
Древность Валаамского монастыря. Местоположение. Почва. Произведение царства растительного. Рыба. Климат. Строения монастырские. Средства улучшения оных. Средства содержания.
Основание Валаамского монастыря относят к веку равноапостольной княгини Ольги. В ее время, говорит предание, два греческие инока, преподобные Сергий и Герман, освятили благочестивыми подвигами пустыни Валаама. История безмолвствует о подробностях их жизни, но нетленные их мощи громко возвещают, что жизнь сия состояла из деяний благоугодных Богу. После них Валаам был постоянным жилищем иноков.
Неоднократно мирные хижины монахов были разоряемы шведами, и самые иноки предавались острию меча. Однако удобность места опять привлекала к себе любителей уединения. Здесь обучался монашеской жизни преподобный Александр Свирский, отсюда преподобный Савватий отправился к берегам Белого моря и положил основание пустынно — житию на Соловецком острове.
Скалы, состоящие из дикого камня, называемого в сем месте лудою, подымаясь из глубокого Ладожского озера, образуют остров, имеющий до тридцати верст в окружности и на двадцать пять отстоящий от ближайшего берега. Местоположение острова живописное, но дикое: повсюду торчат обнаженные камни. Грунт на всем острове есть сплошной камень, на пол — аршина или и менее прикрыт землею.
Лес, состоящий наиболее из сосны и ели, не достигает надлежащего роста, напрасно корни дерева, ища большей пищи, стараются проникнуть в глубину земли: ее нет, и они принуждены тянуться и переплетаться по поверхности. Но сей тонкий земляной слой очень плодороден: камни, испущающие из себя влагу в самую сильную и продолжительную жару, вполне предохраняют почву от засухи. Сена может быть собрано до десяти тысяч пудов. Хлеба сеется немного, но, судя по множеству удобных к пашне мест и по плодородию земли, при устройстве хозяйства Валаамский монастырь может довольствоваться своим хлебом. Равно и сенокос может быть усилен.
На скате горы близ монастыря, к полудню, очень удачно разведен фруктовый сад: деревья свободно выносят зимние морозы и дают обильный урожай: в прошлом году снято было до четырнадцати тысяч яблок. Также и огород щедро вознаграждает труды, доставляя годичный запас всякого рода овощей. Рыба не в каждое время года ловится при берегах острова, но когда ловится, то в таком количестве, что значительный запас оной солится и оставляется впрок. Во множестве ловится осенью сиг, но менее обыкновенного ладожского, и кроме домашнего употребления отправляется в Петербург, где продается под именем валаамки.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
