И если бы я не активировал артефакт-кольцо, ускоряющего меня, хрен бы я успел нанести такой... критический урон. Удар прошёлся смачный, судя по выпученным глазам рыжего.
Жаль, что насладится я этим выражением не успел, так как ощутил новый удар кулаком, снизу вверх. И он был уже сильнее предыдущего!
— *** ! — не удержался я от сквернословия. Всё же получать под дых от «Графа» очень больно! Даже с барьером! И в особенности мне!
Пока летел, успел быстро сообразить и метнуть в Зерефа три огненных шара, так как кольцо успело остыть. Ага, оно после использования записанного в него заклинания нагревается. Ощущая как согревается палец с надетым на него артефактом, я совершил в воздухе кульбит и благодаря этому смог приземлиться на ноги, проскользив по дороге. Колени сразу заныли из-за перегрузки, но я стерпел и эту боль, хоть и заскрежетал зубами из-за ощущений в теле.
Когда инерция от приземления закончилась, сразу проанализировал ситуацию. Так как я целился шариками фактически в пол, то гвардейцев, сразу сделавших отступление к шокированным предателям, не задело. Но и из-за такой траектории Зереф спокойно уклонился от пламени... что задержало его на пару секунд, сыгравших большую роль.
Злой как Дьявол, которому подарили святую воду, Орикс по той же траектории перепрыгнул строй вояк и тут же с яростью накинулся на своего противника, лишая его возможности убежать. А так как он был без единой царапинки на теле, в отличие от врага, было легко предсказать исход боя.
Минута, и вот израненное тело главы стражи скручивают и бросают прямо ко мне в ноги.
— Мой лорд, ваш приказ выполнен! — встав на одно колено передо мной, заговорил здоровяк, что даже в таком положении был выше меня. Его всегда серьёзное лицо сейчас было очень хмурым, что аж брови соприкасались друг с другом. — Также я виноват в том, что вас задели! Я ослабил бдительность и допустил подобное! Прошу вас о наказании!
— Как вернёмся, съешь одно блюдо Олли, — сразу приговорил я того к многочасовым мучениям, от чего его брови всё же соприкоснулись, а его подчинённые, слышавшие нас, скукожили лица, будто съели кусок лимона. Кстати о них. — А вы чего глазеете? Свяжите предателей! А ты, Орикс... подними голову этой псины.
Гигант кивнул, и тут же обхватил своей огромной ручищей черепушку рыжего, поднимая целующееся с брусчаткой лицо на меня. Множество синяков, отсутствие нескольких зубов и взгляд, полный страха. А бояться ему есть чего.
Например, моих пальцев во всё ещё красных перчатках.
— Гофподин Ага... — договорить полубеззубое существо не успело, так как получило от меня ногой по челюсти. Вывихнуть ему её не получится, но приятного от поцелуя с сапогом всё равно мало. Блин, нога заныла... перегрузил я своё тело за сегодня сильно...
— Не помню, чтобы позволял такой шафке называть меня по имени, — а затем новый удар, но другой ногой. Больно, блин! Но надо вытерпеть. — А это за попытку меня убить.
— Профу профения, миворд... — начал мямлить он, отходя от побоев. — Профу, пофадите! Я вам пригофусь! Я же «Гваф»!
— Судя по твоему бою и отъевшемуся пузу, хреновый из тебя «Граф», — не удержался я от насмешки, смотря на это убожество. — Тем более, что мне не нужны подобные тебе отбросы, готовые за лишнюю монету вонзить мне нож в спину.
— Вы профто выфтрелите фебе в ногу! — в отчаянном порыве провыло подобие человека. — Вы офлабите городфкую фтражу! Зафиту города! Вы...
— Достал, — и поняв меня лишь по одному этому слову, Орикс от всей души приложил Зерефа лицом об дорогу. Да так, что по той пошли трещины! Убедившись что предатель без сознания, я перевёл взгляд на всё ещё стоявшего на колени капитана. — Передай гвардейцам на воротах живо отправлять раненых, если они есть, в лазарет, а остальным продолжать сторожить. А также...
Раздав ещё несколько указаний, дождался когда отряд вновь соберётся. Взяв курс к последней нашей цели, я в мыслях начал ворчать из-за этого идиота Зерефа, что попортил мне часть замыслов. Планировалось, что мы с братом только следующим днём пройдёмся "кавалерией" по главным предателям города, что уже должны были запаниковать и допустить ряд ошибок.
Но бывший глава стражи слишком уж сильно испугался карающей длани. Или пальцев, хе-хе. В общем, он сглупил раньше нужного. Зато собрал в одном месте всех своих подельников, что даже сократило нам несколько дней по разоблачению подкупных идиотов. В общем, плюсы есть, и довольно жирные.
Ещё один маленький плюс это слухи, которые по-любому разнесут мимо проходящие жители, видящие кровь на алебардах и щитах проходящей по улице гвардии. Это ещё больше воодушевит народ... и больше загонит в ужас крыс.
— Милорд, — обратился ко мне идущий рядом капитан, играя уголками губ.
При этом убавив до минимума громкость своего голоса, чтобы только мы и гвардейцы могли услышать разговор. Эти люди приносили клятву моему роду, а потому не посмеют выдать хоть что-то компрометирующее меня. Даже будучи пьяными их язык не развяжется.
— Не сочтите за грубость, но как бы я не ненавидел этого грязного предателя Зерефа, мне приходится согласиться с его словами. Стража сейчас станет вам подконтрольна, но из-за потери половины своего личного состава, безопасность в городе понизится ещё сильнее, чем при...
— Не проблема.
— ...Простите? — серьёзное лицо мужчины в очередной за сегодня раз нахмурилось, показывая непонимание. Ага, столько разных "хмуростей", проявляющих различные эмоции. Я вот не помню, он когда радуется, тоже... — Можете мне пояснить?
— Главная работа стражи — защищать народ города. От бандитов внутри и от захватчиков и монстров на стенах. Хотя с захватчиками работать должна уже армия лордства... которой у нас просто нет, — тут уже нахмурился я. Заразил меня великан. — Но прямо сейчас нам не нужно беспокоиться о подобном до моего восемнадцатилетия. Указ Совета о «Защите несовершеннолетних наследников.»
Особый указ, который был принят 11 высшими лордами после смерти моего отца. Он был создан, чтобы ещё слишком молодые наследники покойных лордов смогли окрепнуть и набрать достаточно сил, чтобы уверенно "встать на ноги".
По его указу, пока мне не исполниться ровно восемнадцать и я официально не займу титул лорда города Кадии и земель Рэдгир, мне никто не может объявить войну из-за мести, разногласий или же «по праву сильного».
Что касается искажений и выползаемых из них
