Кроме этого у Пола были и другие обязанности: глубоко изучить всю деятельность Всемирного Инженерного Комплекса. Тайн предложил ему как стажеру изучить технологический процесс.
С погодой повсюду что-то не ладилось. В южном полушарии зима была холодной и вьюжной. Летние дни здесь были серыми, теплыми, душными, но дожди не шли. Метеорологический Контроль старался облагодетельствовать одного за счет другого - влажность отводилась в один из засушливых районов Земли, оставляя другим или зной, или ужасные ливни, наносящие ущерб. Конечно, это было неудобно.
Климат внутри самого Комплекса поддерживался самостоятельно, но воздействие сезонных отклонений от нормы проникало даже сюда, где были кондиционеры.
Пол и Джейс обедали.
- Ну, и что же? Ты понимаешь, то она действительно принадлежит Бланту, - сказал Джейс. И впервые со дня знакомства в его голосе появилась мягкость.
- Она из Финляндии... и знаешь, почему ее так зовут?
- Нет. Не знаю.
- "Калевала" - финская национальная эпическая поэма. Лонгфелло написал свое стихотворение "Хиавата" о ней. Калева - Финляндия.
"Ветер над снежными полями. Перезвон сосулек в пещере. Я знал это уже давно", - подумал Пол.
- У Калева было три сына. Красавец Леминкайнен, искусный кузнец Илмаринен и поэт Вайнамейнен, - начал свой рассказ Джейс.
Пол смотрел на Джейса с интересом. Впервые он был спокоен. Он произносил имена из старой легенды с видом знатока - медленно, с любовью.
- Вайнамейнен придумал священную арфу - Кантеле. Она и есть арфа наша Кантеле. Арфа, к которой могут прикоснуться только руки богов или героев. Вот почему она у Уолта, старика, непреклонного в своей уверенности делать то, что захочет. - Джейс покачал головой. - Может, ты и самоуверенный. Пол. Но даже и тебе надо понять, что Уолт намного выше нас.
Пол слегка усмехнулся. Джейс, увидя это, коротко засмеялся. И тут вдруг снова Маг стал, как обычно, тверд, собран.
- Думаешь, что, если тебя нельзя убить, то ты непобедим?
Пол покачал головой:
- Я вполне уверен, что меня можно убить, но сомневаюсь, что можно победить.
- Почему? - Джейс наклонился вперед. Пол удивился, что он так серьезно спросил.
- Я не знаю.... Я чувствую это, - неуверенно сказал Пол.
Джейс нетерпеливо засопел и встал.
- Изучи список. Барт просил передать, что разыщет тебя сегодня ночью, после того, как ты вернешься из офиса... Если, конечно, не устал, то можешь ему позвонить.
- Хорошо, - сказал Пол и проводил взглядом этого человека, двигавшегося легко и стремительно среди столов ресторана.
Бартон Маклауд, этакий богатырь, стал ближайшим другом Пола. Такого друга у него еще никогда в жизни не было. И это произошло в последние несколько недель.
Маклауду было сорок с небольшим. Иногда он выглядел непомерно старше. Иногда напоминал мальчишку. Но в нем всегда присутствовала глубокая печаль, сожаление о ранее содеянном.
Он не раскаивался в совершенном убийстве. А почему животное не может умереть? Но в глубине души таилось чувство, что убийство это было ханжеским.
Он бы никогда и не подумал просить пощады. Его возмущало, когда мир, в котором он жил, настаивал на установлении презумпции невиновности для каждого, даже для тех, кого, по его мнению, следовало убить. Это был добрый, мягкий человек, немного застенчивый с теми, кого считал выше Блант, Джейс, Кантеле и Пол. Прирожденный буквоед и светлая голова. Его нравы были настолько чисты, что, казалось, между ним и бесчестьем стоит стена.
Как и у Пола, его жизнь была уединенной. Это, возможно, их и сблизило. Но взаимная честность и отсутствие обычного чувства страха тоже сыграли немалую роль. Дружба началась тогда, когда Пола послали обучаться основам защиты при отсутствии руки. Это входило в курс занятий Союза. Оказалось, что сверхразвитая рука Пола не нуждается в обычных тренировках. Занятия вел Маклауд.
- Вот это скорость! - воскликнул он однажды вечером во время схватки после нескольких неудачных попыток со своей стороны схватить и удержать руку Пола. - Такая скорость и сила! Тебе и мускулы не нужны! Но они у тебя тоже хороши, - он осмотрел руку с интересом. - Я не понимаю. Такие мускулы обычно замедляют движение. Но твои движения так же стремительны, как мои, а может, и быстрее.
- Каприз! - сказал Пол, сжимая и разжимая кулак, чтобы показать мускулы предплечья.
- Вот это да! - еще раз удивился Маклауд. - Это не сверхразвитая рука. Это само совершенство. Такая подойдет кому-нибудь даже на шесть дюймов выше тебя. Твоя другая рука была такой же длины?
Пол опустил руку. Совсем неожиданно для себя он увидел, что концы пальцев достают почти до колен.
- Нет, не была.
- Да-а, - сказал Маклауд, поежившись. Он начал натягивать рубашку, которую снял перед занятием с Полом. - Даже не вспотел. Приму душ дома. Выпьем?
- Если потом угощаю я, - ответил Пол. Так началась их дружба.
В конце июля позвонил Джейс, оставил список культов и обществ для Пола и передал, что Маклауд ждет его звонка после работы вечером.
Пол позвонил, и они договорились встретиться в баре того же ресторана, где Пол обедал с Джейсом.
Все оставшееся время после полудня он провел в самом центре Супер-Комплекса, составляя таблицы. Это было громадное, двухсотэтажное здание. Составлять таблицы должны были все, не исключая Тайна, один раз в месяц. Оснащение Супер-Комплекса наполовину самостоятельно переоборудовалось Изменения производились постоянно, чтобы оборудование соответствовало последнему слову техники. В определенной степени оснащение было способно (и оно упражнялось в этой способности) меняться самостоятельно. Соответственно, каждый из коллег Тайна обязан был дежурить, чтобы иметь информацию о всех технических изменениях.
Инженер начинал работу, имея ворох замечаний об изменениях, проходил по этажам и смотрел, все ли зафиксировано. Кроме того, могли появиться изменения во взаимоотношениях записывающего, считающего или контролирующего элементов.
Почти всеми эта работа воспринималась с легкостью.
Пробираясь по случайным коридорам, составленным подвижными блоками самого Супер-Комплекса, Пол обнаружил, что это не просто рутинная обязанность.
Пол теперь мог понять, почему слабый, напичканный наркотиками Мэлорн мог оказаться в душевном расстройстве. Такое дежурство может свести с ума. Здесь была жизнь. Но она отличалась от человеческой, была скрыта от глаз.
Движение происходило постоянно. Блоки, как живые, скользили по коридорам, соединялись в звенья, натыкались на открытые секунду назад двери.
Результаты заносились дома. Первые два раза Пол не смог занести все изменения. Он не смог не заметить так много бесцельности в механической жизни. И тут он подумал, что становится чувствительным, возможно, как Мэлорн. Мысль была нелепая. Минуту он представлял себе личность Мэлорна, сравнивая его с собой. И тут понял: Мэлорн боялся.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
