В котловане мы оказались через шесть часов после бригады, монтировавшей транстайм. На месте мы застали большой грузовик с прицепом и группу техников. От проходившего неподалеку, построенного за последнюю неделю, ответвления сети высокого напряжения уже протянули толстые кабеля питания. Выбранное место находилось еще на территории базы. Если попытка окажется удачной, территорию сократят именно на этот участок, о чем будут знать лишь немногие. Я согласился с Ником и Дугом, что мне было бы нелегко объяснить свое присутствие на территории, принадлежащей военным. Мы, правда, оптимистично сочли, что, возможно, через двадцать семь лет здесь уже не останется никакой базы, но на всякий случай все же решили ее урезать.
Хейруд крутился среди персонала, вовсе не походя на человека, который последние несколько лет провел на Луне. Он контролировал все соединения, останавливался ненадолго возле прицепа, где был смонтирован солидных размеров пульт управления, а потом срывался с места и, поднимая пыль широкими шинами тележки, снова куда-то мчался, проверял, контролировал, тестировал, хвалил и ругал. Когда мы подъехали, он бросил на нас взгляд, кивнул и покатился дальше, туда, где четверо энергичных парней растягивали металлизированную крышу над рингом. «Ринг» расположился несколько в стороне от всех устройств, а поставить над ним крышу потребовал Саркисян, опасавшийся наблюдения с воздуха. Ядро транстайма, его четырехугольное пространство, окруженное тройной спиралью толстых проводов, назвал «рингом» Ник, и даже Хейруд именно так теперь называл эту часть устройства. Когда Ник остановил машину и выключил двигатель, первым, что я увидел, был именно этот ринг. Он не произвел на меня особого впечатления, даже начинающий сценарист научно-фантастических фильмов придал бы ему более убедительную форму. Я тщательно осмотрел провода, хотя наверняка не смог бы определить род аварии, если бы она произошла, — просто обошел вокруг, посмотрел на них под разным углом, чуть ли их не похлопал и направился к грузовику, прицепу и метавшейся вокруг группе людей. Хейруд пересек мой путь на своей тележке, затормозил и спросил:
— Поместитесь?
— Да… думаю, что да. А сработает? — ответил я вопросом на вопрос.
— Да. Через десять минут.
— Что ж, подожду.
Я подошел к Нику и Дугу. Они стояли ко мне спиной, что я счел весьма удачным, когда стал закуривать. У меня дрожали руки. Даже не потому, что я боялся путешествия в будущее, просто вспомнил, какова ставка в нашей игре. Дуг Саркисян, если не считать самого первого разговора, когда он рассказал мне об ограблении, больше никогда не упоминал о том, насколько она высока. Мне мысль об этом тоже не доставляла особой радости, но все то время, что я провел на базе, частично заполненное бездельем, играми с Филом и вечерними ленивыми беседами с Пимой, где-то в дальнем уголке моего сознания позвякивал звоночек. Может быть, даже не тревожный, просто напоминающий. Сейчас, однако, я его не слышал, возможно, его заглушало волнение. Я посмотрел через плечо Ника. На маленьком столике стоял небольшой ящичек с открытой крышкой, а на ладони Саркисяна чистила усы пятнистая крыса.
— Ну вот, Гаджет, еще немного, и ты станешь старше на несколько десятков лет. Нравится?
— Да! — тихо пискнул я.
Появился Хейруд и, схватившись за тонкую стойку, поставил микрофон напротив рта:
— Группы номер четыре, пять и шесть! Доложить о готовности!
Десятка полтора человек направились к грузовику, трое техников подошли к Йолану. Выслушав их доклады, он кивнул.
— Группы номер три, два и один! — объявил он. Еще несколько человек скрылось внутри фургона.
Хейруд чуть дольше выслушивал доклады очередных троих руководителей. Он посмотрел на нас и показал рукой, чтобы мы отошли в сторону.
— Группа номер один! — сказал он в микрофон и поехал в сторону пульта управления.
Дуг посадил Гаджета на столик и пошел первым. Один из техников забрал контейнер и крысу и подошел к Хейруду. Я оглянулся. Котлован опустел. На короткой мачте возле одного из углов ринга начал пульсировать яркий голубой свет. Я затоптал окурок и подошел к прицепу. Техник только что вынул закрытый контейнер из углубления в столе и побежал I с ним к рингу. Хейруд уставился на экран монитора.
— У нас есть точная запись состава воздуха, находящегося вместе с крысой в полимерном контейнере, — сказал он, обращаясь к аппаратуре перед собой.
Я подумал, что эти слова были обращены непосредственно ко мне. Видневшийся на экране техник пролез под проводами на четырехугольник ринга, поставил контейнер точно посередине, быстро вылез обратно и бегом вернулся к нам. Хейруд даже не оглянулся.
— В машину! — прошипел он.
Техник бросился к грузовику. Лишь четыре человека должны были наблюдать за ходом испытания. Персонал не имел понятия, над чем именно он работает, так, по крайней мере, уверял Хейруд. Он пробежал пальцами по клавиатуре компа и громко вздохнул, впервые выдав собственное волнение. Несколько раз сжав руки в кулаки, он потер их, словно пианист, участвующий в конкурсе на скорость игры.
— Начинаем… — сказал он себе под нос.
Он набрал на клавиатуре две последовательности из букв и цифр. По главному экрану побежали строчки кодов, экраны поменьше последовали его примеру. Я повернулся и начал наблюдать за рингом. Три витка проводов, маленький контейнер, предупредительный свет на мачте. В тишине раздавалось лишь мое дыхание. Я шире открыл рот, чтобы другие не слышали, как я дышу. Со стороны пульта донеслись какие-то звуки, потом послышался стук клавиш и неразборчивое бормотание Йолана.
— Четыре… — бросил он сквозь сжатые зубы, — секунды… Есть!..
Когда он сказал «четыре», воздух над рингом вздрогнул так, как он порой дрожит над раскаленной автострадой, но тут же замер. Я подумал, что что-то не получилось, и в то же самое мгновение контейнер исчез. С места, на котором он лежал, поднялось маленькое облачко пыли, а когда оно осело, контейнер снова стоял на месте.
— Все, — громко сказал Хейруд.
Голос его дрожал. Он откашлялся, словно хотел что-то еще добавить, но решил не показывать своего волнения.
— Забрать контейнер? — спросил Ник.
— Спокойно! — остановил его Саркисян и взял со стойки микрофон. — Руководитель группы номер один!
Тот же техник, который устанавливал контейнер, выбрался из машины, спрыгнул на землю и подбежал к нам. Дуг указал на большой шкаф возле пульта управления.
— Комбинезон и комплект анализаторов, — бросил он. Техник достал из шкафа желтый комбинезон, быстро натянул его на себя, щелкнул фиксаторами шлема и, схватив жезл анализатора, поднес его шиш-кообразный конец к пластинке тестера. Подождав немного, он посмотрел на Саркисяна. — Проверь все как следует, — велел Дуг.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
