— Вот и хорошо. В любом случае раз ты звонишь мне первым, тебе всей этой шумихи не хочется, верно?
— Верно, Максим. Тогда так. На следующей неделе, у меня как раз должна быть встреча с вашим губернатором, и я устрою её у вас в Сибири. Могу встретиться с вами. Хотя если прилетите ко мне, то я гарантирую вам безопасность.
— Нет, только в Чите, — настоял я.
— Как угодно. Вообще, я редко кому так звоню, но хочу добавить, что со мной выгоднее дружить. Но встретимся лично… и посмотрим футбол.
Едва я успел спросить, причём тут футбол, как он отключился.
А у меня остались вопросы. Почему Платонов вообще решился на этот разговор? Нет, понятно, что ему это тоже приносит проблемы, и шумиха в СМИ ему не нужна. Тем более, второе покушение за этот год, и того мэра ему сразу припомнят.
С другой стороны, мы с ним на разных уровнях, и по всей логике этих «лихих 90-х», ему проще со мной вообще не говорить, а дать дело другому помощнику, чтобы тот довёл всё до конца. Или дали бы тот миллион братве, тогда те же ключевские с радостью отправились бы закатывать меня в асфальт. Вряд ли бы смогли, но попытка не пытка.
Или он решил подкупить меня, только уже другой суммой? Возможно, но тогда у него может пострадать репутация среди своих, когда всем станет известно, что какой-то чоповец из глуши перехитрил целого олигарха.
Зато деньги бы пригодились, чтобы не допустить подобного в дальнейшем. Вдруг сам Березовский захочет прибрать к рукам наш комбинат, а он-то в средствах тоже не стесняется.
А что до возможной общественной огласки, она хоть и неприятная, но человек, у которого есть свой собственный телеканал, может это сгладить. В любом случае, огласка — это оружие. О судьбе генерала Горностаева забывать нельзя, ведь если бы не вся эта поднятая шумиха, он бы победил.
Кстати, хорошая мысль о канале, надо её обдумать. Пригодятся все средства.
Но всё же, пока не случилась личная встреча, без подготовки сидеть нельзя. У олигархов нет неуязвимости, и, как покажут дальнейшие годы, даже олигархи не застрахованы от внезапной гибели или тюремных сроков. Если, конечно, у них нет нужных знакомств. У Платонова, например, действительно нужных нет.
И нельзя исключать того, что Платонов просто тянет время, чтобы собраться с силами и продолжить свой план.
В любом случае, Платонов что-то придумал, и мне нужно было понять, что именно, чтобы не угодить в большие проблемы. И встретиться с ним уже подготовленным.
* * *
Московская область, за 20 минут до разговора
Иван Платонов откинулся в мягком кресле. Перед ним, на массивном дубовом столе стояли бокал красного вина, корзинка с виноградом и грушами, а на самом краю лежала чёрная трубка радиотелефона с выдвинутой антенной.
Это его библиотека, но он часто приглашал сюда особых посетителей для разговора. Время ещё вечернее, за окном светло, но Платонов уже был одет в белый мохнатый халат. Олигарх только что вернулся из сауны, пристроенной к загородному особняку, и сразу же принял своего безопасника, у которого были срочные новости.
— Значит, простой директор какого-то мухосранского ЧОПа переиграл самого Ахмеда Дженготова? — с сомнением спросил Платонов. — Иваныч, я тебе такие деньги плачу не для того, чтобы ты мне сказки рассказывал. С Ахмедом даже генерал Дудаев лишний раз не спорил, когда тот на него работал.
— И тем не менее, — глухо сказал сидящий напротив него седой безопасник. — Дженготов задержан фсбшниками, вся его охрана тоже, а бригады киллеров раскрыты.
— Ты мне не говори детали, Ахмед сам должен был во всём разобраться, — Платонов с раздражённым видом отмахнулся. — И всё же… звучит странно. Наверняка это всё операция местного ФСБ, у которых вражда с центром. И Ахмед попал в этот замес, местные подумали, что он связан с генералом Кравцовым.
— Нет.
Сидящему напротив Платонова старику, носившему тёмно-синий костюм в тонкую полоску, было уже семьдесят два года. Но несмотря на солидный возраст, он оставался в здравом уме и твёрдой памяти, был в хорошей форме и всё ещё успешно занимался своей работой. Это Альберт Каримов, генерал КГБ в отставке, а ныне глава службы безопасности Платонова. В дела Ахмеда Каримов никогда не лез, выскочку не любил, но сейчас понимал, что придётся его выручать.
— Местные фсбшники в этой операции участвуют, — сказал Каримов. — Но это не часть борьбы против Кравцова. Мне уже позвонили, передали обстоятельства произошедшего, всё совсем не так. А про этого Максима Волкова я начал собирать материал, ещё когда был жив генерал Горностаев. И это всё… немного странно. И вот на такие странности вы всегда обращаете внимание, Иван Сергеевич, я знаю.
— Так, — Платонов нахмурился. — Странности я вообще-то не люблю, они мешают бизнесу. Говори, что накопал.
— Максим Волков, прозвище «Волк», двадцать два года, не женат, детей нет, — Каримов взял папку со стола и раскрыл её, но рассказывал всё по памяти, не читая. — Родители погибли в аварии в самом начале 90-х, их с братом воспитывал дед, хотя опекуном у несовершеннолетнего брата числится сам Максим. Это сделано для…
— Это неважно. Дальше.
— Учился в железнодорожном институте, ничем себя не проявил, кроме плохой посещаемости и скандалов из-за пьянок в общаге. Обычный парень, и ничем не выделялся. Но вот прошлым летом начались эти самые странности.
— Какие? — Платонов взял виноград из корзинки.
— Вернулся домой на каникулы, и через пару дней попал в милицию вместе со своим другом, участником военной кампании в Чечне.
— Пьянка?
— Они якобы выследили маньяка, — сказал Каримов, переворачивая распечатку. — Маньяк напал на девушку, а они это заметили и вмешались, но милиция остановила их от расправы. Хотя мои источники говорят, что место то было безлюдным, и маньяк бы сразу понял, что за ним следят, а эти двое будто знали, куда идти. Но здесь я не исключаю, что историю приукрасили.
