class="p">
Эй, может мой лучший друг тебя трахнуть?
Вечеринка постепенно затихает, но мое сердцебиение все еще вне контроля.
Я поцеловала Шейна Линдли.
Это было из-за злости и чтобы выиграть игру, но все же.
То, что я сделала, было неприемлемо. Это было вопиюще. Это был...
Самый горячий поцелуй на свете?
О боже, отвали, приказываю своему предательскому внутреннему голосу. Как мой собственный подсознательный голос может предать меня таким образом?
И все же эта мысль упорствует. Может, я действительно почувствовала крошечное волнение от этого поцелуя. Как я могла не почувствовать его, когда его эрекция прижималась ко мне? А она была… солидной. Щедрый пенис, как описала член своего парня моя подруга Брук однажды.
К сожалению, этот щедрый пенис принадлежит самодовольному, невыносимому Шейну Линдли. Поэтому я не буду с ним иметь дела, спасибо большое.
Уилл Ларсен отводит меня в сторону, когда я выкидываю пустые бутылки из-под пива в мусорный мешок. Я не уверена, как я оказалась в роли уборщицы, учитывая, что это не моя вечеринка.
— Эй, могу я переночевать у тебя? — спрашивает он тихим голосом.
Я смотрю на него с недоумением. — Почему? Ты живешь так близко. И ты не выглядишь пьяным, чтобы не дойти до дома.
— Да, я даже не подвыпивший. Он бросает взгляд через плечо.
Я следую за его взглядом и замечаю Беккета и Лили. Я слышала, как она согласилась провести с ним ночь, и сейчас обвивала его, как кашемировый шарф.
— Давай, Ди. Позволь мне переночевать. И, эээ, может быть, притворись, что мы собираемся заняться чем-то.
Я хмыкаю.
— Я серьезно, — говорит Уилл. — Просто… знаешь… сделай вид, что у меня есть причина пойти с тобой.
Мольба в его коричневых глазах вызывает тревогу. Он только что переехал с Беккетом и Райдером, сразу после того как Шейн переехал в Медоу-Хилл. Так почему он не хочет возвращаться домой? Прошла только неделя. Они не могут уже испытывать проблемы с соседством.
Но я не могу игнорировать мужчину в бедственном положении, поэтому, когда Шейн присоединяется к нам, я протягиваю Уиллу руку и тяну его в сторону.
С подмигиванием Уилл переплетается со мной пальцами и зовет Беккета. — Эй, уходите без меня. Я собираюсь остаться здесь.
Беккет выглядит удивленным на мгновение. Затем он замечает наши переплетенные руки, и уголки его губ приподнимаются. — Понял. Увидимся завтра.
Когда Беккет и Лили уходят, я тяну Уилла за руку. — Пойдем, пора.
Челюсть Шейна отвисает. — Серьезно? Вы, ублюдки, не собираетесь помочь? — Он указывает на столы, всё ещё заваленные коробками от пиццы и пустыми бутылками.
Я ухмыляюсь. — Не моя вечеринка, не моя ответственность.
Уилл лишь пожимает плечами. — Извини, брат. У меня другие планы.
Шейн сверкает глазами на своего товарища по команде. — Не делай этого, чувак. Она тебя живьём сожрёт. Ещё не поздно принять правильное решение.
— Он просто ревнует, — уверяю я Уилла. — Клянусь, этот парень просто одержим мной.
— Мечтай, — рычит Шейн. — И не забудь, кто кого поцеловал.
— Не забудь, у кого встал, а у кого пересохло.
— Ты была мокрее Атлантики, — парирует он.
— Суше Сахары. Но ничего, я уверена, что однажды ты сможешь возбудить женщину. Просто продолжай тренироваться на своей секс-кукле.
Махнув рукой в небрежном жесте, я увожу Уилла от бассейна к дорожке домой. Оглянувшись через плечо, я вижу мрачного Шейна с опущенными плечами, убирающего остатки беспорядка.
— Ты могла бы быть с ним поласковее, — говорит мне Уилл. Ясное освещение полной луны подчеркивает довольную кривизну его рта.
— Могу, — соглашаюсь я. — Но не буду.
Я также никогда не дам ему удовольствие знать, насколько мне понравился поцелуй с ним. Почему всегда самые самодовольные парни оказываются лучшими целующимися?
Как только мы безопасно оказываемся внутри Red Birchа, и я закрываю за нами дверь квартиры, Уилл предлагает искренний взгляд и говорит: — Спасибо, что сделала это.
— Ты действительно остаешься?
Он кивает. — Это все еще нормально, верно?
— Ну да, но…
— Не переживай, я не ожидаю ничего более.
— Ну, хорошо. Потому что ничего не произойдет. Но я требую объяснения в обмен на место и постель.
— У тебя есть какое-нибудь старое покрывало или одеяло, которое я могу бросить на диван?
— Не будь глупым. Ты будешь спать в моей кровати. Она достаточно большая для нас обоих. Тебе придется пережить мою бьюти-рутину, однако. Я отказываюсь ложиться спать, не позаботившись о своей коже. Я внимательно изучаю его. —Кстати, тебе тоже не помешает немного ухода за лицом. У тебя небольшой солнечный ожог.
— Я работал на улице всю неделю.
— Хорошо. Пойдем ко мне.
Он улыбается, привлекая мое внимание к его классической внешности американского парня. Он просто тот классический парень, который носит свою куртку выпускника в школе, заканчивает колледж с очень практичной специальностью и женится на женщине, которая родит ему 2 с половиной ребенка и печет печенье по выходным. А осенью они ходят на тыквенные поля и делают семейные фотографии, позируя в оранжевых свитерах.
— Ты в порядке?
Я вырываюсь из своих размышлений. — Извини. Я представляла тебя на тыквенном поле.
— Я был там голым?
— Конечно нет. Это испугало бы другие семьи.
Он выглядит озадаченным. — Я был там с семьей?
— Долгая история.
Уилл смеется. — Понятно.
Мы заходим в ванную, где я достаю скраб, который использую раз в неделю. Открываю крышку тюбика с розоватым белым веществом.
— Сначала мы будем отшелушивать, — объясняю я.
На его честь, он не жалуется вовсе. Он выполняет мои указания, и мы оба смеемся в голос, пока я втираю зернистое вещество в его лицо. После того как мы смываем скраб, я достаю следующий продукт.
— Теперь наносим маску. Она должна оставаться на коже пятнадцать минут.
Он отступает, наблюдая, как я выдавливаю черную массу на пальцы. — Что это, уголь?
— Там есть уголь. Поверь мне, твои мешки под глазами
